Статья
24 Августа 2010 1:13

Анатоль Ливен: Россия, Ислам и евразийская концепция

Россия представляет собой особый вид современной европейской модели - модель государства, стремящегося мирно интегрировать многочисленные и продолжающие расти мусульманские меньшинства на фоне угроз со стороны террористов и экстремистов.

Каждая крупная европейская страна ищет свой уникальный подход, но до сих пор их попытки не увенчались успехом - хотя бы даже частичным. Собственные ответы России на вопрос о положении мусульманских меньшинств ключевым образом определяют будущее российского государства и российского национального самосознания. Опыт России также послужит полезным уроком для всей Европы.

В европейском контексте Россия уникальна тем, что она была и в значительной степени продолжает оставаться империей на суше (здесь ее можно сравнить разве что с Турцией). Большая часть ее мусульманского меньшинства имеет свои собственные территории, обжитые с древних времен (даже если во многих случаях представители этих меньшинств также населяли соседние регионы и всю Россию).

Стремление интегрировать мусульманское меньшинство является одновременно и минусом, и преимуществом России. Минус, разумеется, заключается в том, что на Северном Кавказе религиозный экстремизм перемешался с местным этническим национализмом, направленным против российского государства и локальных этнических конкурентов. Сочетание нищеты, отсталости, роста населения, криминала, экстремизма и межэтнической напряженности, затрагивающей обширные территории Северного Кавказа, делает преждевременными разговоры о «решении» проблем региона или о «решительной» победе российского государства в обозримом будущем. Скорее всего, также как и в течение многих десятилетий периода начала XVIII - середины XIX веков, перед Россией будет стоять задача управления и сдерживания проблем этого региона.

Именно поэтому для судьбы России в будущем очень важно, чтобы население этих регионов и их диаспоры сохраняли свое национальное самосознание и культуру, которые согласуются с более широким национальным лицом России.

Решая эти сложные задачи, Россия и мусульманские лидеры внутри России имеют огромные преимущества по сравнению с Западной Европой. Многие из этих преимуществ характерны только для России, а потому бесполезны в западном контексте, однако другие способны дать некоторые уроки.

* * *

В течение многих лет принятие христианства было платой за право войти в российскую элиту. В более поздние годы империи, однако, Россия контролировала столько мусульманских земель вместе с их аристократией, что это условие перестало быть обязательным, и во времена Первой мировой войны русским кавалерийским полком уже командовал генерал хан Нахичеванский - чего нельзя было даже представить в британской и французской армиях того времени. Даже в гвардейских полках число мусульман возросло до такой степени, что к ним приписывались представители исламского духовенства.

В западной и центральной Европе назначения мусульман на высокие государственные посты - как и недавнее назначение леди Уордиа на пост председателя Британской консервативной партии - все еще очень редки и становятся поводами для серьезного обсуждения. И действительно, по вполне очевидным причинам, это единственная основа, на которой может существовать и расширяться великая империя. Рим, Китай и другие страны наглядно продемонстрировали нам это. В таких империях невозможны ни замысловатые расистские деления западноевропейских империй, ни принцип «одной капли крови», действовавший в США. Эта относительная открытость вызывала неприязнь и недовольство со стороны этнического населения России (которое само является разнородной смесью этносов и культур), которое никогда не бывало длительным.

Эта история глубоко повлияла на то, как русское и нерусское население воспринимают друг друга. Европейские морские державы основывались на жестком принципе расового превосходства и - по возможности - разделения. Так, британские путешественники, посетившие азиатские области российской империи в XIX веке, были шокированы не только уровнем коррупции и злоупотреблением власти, но и легкостью и равенством в общении между русскими и азиатами.

Относительная - не абсолютная - социальная, экономическая и образовательная отсталость и социальная изоляция являются ключевыми факторами, приводящими к радикализации народов. Это относится и к большей части мусульманского населения Западной Европы, которые происходят из отсталых сельских регионов Магриба и Южной Азии и намного более бедны, чем «белое» население. Но этого нельзя сказать, например, уже о мусульманах Поволжья по сравнению с их европейскими соседями.

По сравнению с Западной и Центральной Европой самое больше значение имело то, что в течение нескольких веков российское государство разрабатывало ответы на вызовы, с которыми западные европейцы начали сталкиваться только после 11 сентября 2001 года: например, поиск мусульман, которые имеют авторитет в своих собственных областях и при этом верны государству; назначение их на ключевые посты с тем, чтобы они могли контролировать и изолировать собственные радикальные элементы. Эта стратегия была не очень успешна в Западной Европе (и пока не продемонстрировала успеха на Северном Кавказе), но она принесла реальные плоды в Поволжье, в значительной степени потому, что ее поддержали правительства автономных республик Татарстан и Башкортостан.

* * *

Причиной трудностей Запада по отношению к мусульманским меньшинствам является полное непонимание их национального самосознания. С одной стороны официальная пропаганда неоднократно продвигала темы открытости, равенства и культурного многообразия. С другой стороны, как среди политиков, так и среди населения, чувствуется глубокое беспокойство при попытках изменения национального самосознания с тем, чтобы найти в нем место мусульманскому народу. Поэтому идеи вроде той, что предложил известный историк и публицист Ян Бурума - чтобы исламское общество и культура в Голландии стали одним из «столпов» государства, какими в свое время стали протестантская и католическая культуры, полностью созвучны с российскими размышлениями на эту тему, но они были категорически отвергнуты большинством голландцев.

Тем не менее, в основании и русской, и мусульманской концепции развития лежат попытки найти ответ на один и тот же вопрос: «Как развивать глубинное культурное самосознание людей, которые, с одной стороны, чувствуют себя частью Европы, а с другой стороны, явно исключаются из «основного состава» Европы и чувствуют себя неполноценными, когда Европа смотрит на них сверху вниз; которые являются частью Азии, но далеки от азиатских традиций.

В России этому будет также способствовать рост мусульманского населения. Акцент на евразийскую концепцию - это очевидная реакция на подобную историческую ситуацию, в которой оказались как федеральное правительство России, так и местное правительство в Татарстане, и такой очевидный способ идеологического управления демографическим ростом мусульман в России и продвижения мусульманского культурного самосознания, который будет исключать проявления как русского шовинизма, так и исламистского экстремизма.

Последствия роста евразийского мышления для будущего либеральной демократии в России могут быть суровыми - хотя это, конечно, будет во многом зависеть от других факторов. Однако если мусульманское население России и Западной Европы продолжит расти, то рано или поздно потребуется некое идеологическое и культурное «переопределение» этих стран, чтобы избежать ужасных и нескончаемых конфликтов. Россия находится в хорошем положении, чтобы возглавить это движение.

Анатоль Ливен
Британский и американский политолог, старший научный сотрудник программы американских стратегий фонда «Новая Америка», автор ряда монографий, в том числе «Ethical Realism» (2006, в соавторстве).

Оригинал статьи размещен на сайте Мирового политического форума«Стандарты демократии и критерии эффективности».

  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".