Дума и Охта

В думской этот вопрос выглядел вполне невинно: «о внесении изменения в план проведения правительственного часа». Но на деле «изменение» увело дискуссию в парламенте далеко в сторону от организации работы.

 

Раз в неделю на Охотный ряд приходит представитель правительства, чье выступление депутаты обычно после горячо обсуждают. План визитов согласовывается заранее, депутаты по сути сами выбирают тех, с кем хотят увидеться. Однако, с расписанием прибытия министров и чиновников на этот парламентский год не все оказались согласны. Представители оппозиционных фракций требуют срочно пригласить в Госдуму министра культуры, а вместе с ним генпрокурора. Только они, по мнению Оксаны Дмитриевой и Елены Драпеко могут спасти от позора город Санкт-Петербург, исторический центр которого 1 февраля должны исключить из списка объектов, охраняемых ЮНЕСКО. Впрочем, по этому вопросу докладов Александра Соколова и Юрия Чайки депутатам показалось недостаточно. Далее, в процессе дискуссии они предлагали позвать в думу: представителей ЮНЕСКО для дачи объяснений, почему в Лондоне небоскребы строить можно, а в Санкт-Петербурге нельзя; главу правления Газпрома» Алексея Миллера, чтобы убедить его отказаться финансировать проект; министра обороны Анатолия Сердюкова, чтобы попросить у него разрешения передвинуть небоскреб на место военного полигона, и даже министра энергетики Сергея Шматко. Его, видимо, просто за компанию.

 

Причина такого ажиотажа - здание еще не построенное, но уже успевшее разделить город на две части - Охта-центр, небоскреб на правом берегу Невы.

 

Затеявшая дискуссию Оксана Дмитриева задела самую нежную струну в сердцах депутатов. Она заговорила о ветеранах, к тому же упомянув президентское послание: «А завершилось послание прекрасными словами, по поводу того, что мы с ветеранами одной крови. Я думаю, что я одной крови с моим дедом, который погиб, защищая Санкт-Петербург, с моим прадедом и его семьей, которые тоже погибли в Петербурге от голода. Но мне представляется, что те, кто принимает решение о строительстве, не одной крови с победителями Великой Отечественной войны». Первой жертвой двойного удара депутата Дмитриевой стала коммунистка Тамара Плетнева. Она явно была впечатлена и растрогана речью коллеги. Плетнева призналась, что всегда от души радовалась за тех, кто родился в Санкт-Петербурге, потому что сама она «выросла в глухой деревне, и до 12 лет даже не знала что такое поезд». Петербург же для провинциальной девочки был всегда мечтой, а те, кто принимал решение о строительстве Охта-центра не воспринимают Питер как она, потому что думают лишь о своих кошельках.

 

Но не один Петербург ЮНЕСКО вычеркнет из своих любимчиков. Вместе с городом на Неве статуса международного сокровища лишатся Москва и Ярославль. Столица изменила исторический облик Красной площади, а в Ярославле построили гигантский собор, который, как кажется международным специалистам, оказался там совсем не к месту.

 

Соратница Оксаны Дмитриевой по партийной работе Елена Драпеко оказалась тоже уроженкой Санкт-Петербурга. Она назвала Охта-центр памятником Газпрому, пожалела Валентину Матвиенко, которая «не в силах остановить гигантский каток, который катится на город». Имя этому катку - финансовая элита страны, подытожила бывшая актриса.

 

Если выступления прекрасной половины Госдумы были чувственны и трогательны, то сильная половина была в вопросе строительства небоскреба, была категорична и даже порой чересчур резка.

 

Например, депутат Александр Коган сравнил бизнес-центр с фаллосом. Остальные парламентарии-мужчины с энтузиазмом подхватили удачный эпитет.

 

Валерий Селезнев возмущался, что архитекторы ЮНЕСКО превратили все города Европы «в некие фаллические символы и образы». В перечень городов-фаллосов депутат Селезнев включил Барселону и Лондон.

 

Василий Захарьящев вел себя при дамах еще более беспардонно. Позже ему даже пришлось извиняться. Дмитриеву он обвинил в том, что она превратила Петербург в тамбовский филиал: «темные улицы, грязные мосты». Видимо, Захарьящев имел ввиду те далекие времена, когда замруководителя фракции «Справедливой России» трудилась в питерском заксобрании. Это высказывание задело за живое и Тамару Плетневу, которая как оказалось, была родом как раз из тамбовской области.

 

Но Захарьячев снова попросил слова и от всей души извинился, объяснив, что башню нельзя смешивать с чьей-то кровью, потому что, к примеру, его отец - инвалид войны, придерживается совсем другого мнения относительно «башни-кукурузины».

 

Идею небоскреба он одобрил, но предложил передвинуть его немного в сторону, на место военного полигона, который все равно пустует. Кстати, в представлении депутата Захарьящева, Охта-центр тоже не просто здание, а некий символ. Правда, уже не фаллическим, как у Когана и Селезнева, а «символом высокой культуры и архитектуры». По крайней мере, с последним поспорить трудно - если Охта-центр будет построен, он действительно станет самым многоэтажным зданием города.