Статья
17 Мая 2010 4:39

Большая сделка

<p>11 мая 2010 года британский премьер-министр Гордон Браун, представляющий Лейбористскую партию Великобритании (ЛПВ) передал королеве Елизавете II официальное прошение об отставке. Новым главой кабинета министров страны по формальной рекомендации Брауна в тот же день стал лидер Консервативной партии Дэвид Кэмерон. Он возглавил первое за последние 65 лет в политической истории Соединенного Королевства коалиционное правительство. В его состав вошли как представители победившей на всеобщих парламентских выборах 6 мая Консервативной партии, так и занявшей третье место Партии либеральных демократов (ПЛД). Вместе они создали парламентскую коалицию. Тори получили в кабинете министров 18 портфелей, а либ. демы - пять.<br />
<br />
Создание коалиционного правительства консерваторов  и либералов говорит о том, что две ведущие политические силы королевства смогли относительно безболезненно прийти к большой сделке. Переговоры между партиями начались 7 мая, то есть уже на следующий день после выборов. А прийти к взаимоприемлемым развязкам команды переговорщиков смогли на пятый день интенсивных консультаций – 11 мая. Большая сделка стала не только условием для образования двухпартийной коалиции, но и способом определения дальнейшей судьбы кабинета Брауна. Объединение консерваторов и либ. демов не оставило ему необходимого пространства для политической игры. Правительству лейбористов пришлось уйти в отставку, уступив дорогу новому кабинету.<br />
<br />
Согласно условиям двусторонних договоренностей тори и виги согласились на паритетное распределение полномочий, как в кабинете министров, так и в парламенте страны. Расклад сил на британской политической сцене с момента начала работы нового правительства означает, что либеральные демократы впервые с 1920-х годов стали полноценной третьей политической силой, которая не только имеет представительство в парламенте, но и участвует в процессе управления королевством. Большая сделка, оказавшаяся результатом компромиссного сближения между Консервативной партией и ПЛД, определила контуры политического ландшафта Великобритании на ближайшие пять лет.<br />
<br />
Ключевым побудительным мотивом к созданию коалиционного с либеральными демократами кабинета стали для консерваторов результаты выборов в Палату общин. Тори получили 305 депутатских мест вместо необходимых для абсолютного большинства 326 мандатов. Данный факт позволял им начать в одностороннем порядке создание правительства меньшинства. Однако рассчитывать на стабильность такого кабинета консерваторы не могли. ЛПВ, располагающая 258 местами и либ. демы (57 мандатов) имели все необходимые возможности для того, чтобы блокировать ключевые законодательные инициативы нового кабинета. Это сугубо техническое ограничение требовало от консерваторов начать поиск союзников для создания коалиции в Палате общин. Правительство, имеющее поддержку подавляющего большинства в парламенте, могло рассчитывать на абсолютную «свободу рук» в своей предметной деятельности. И тори остановили выбор на вигах. Данный факт говорит о достаточной амбициозности команды Кэмерона. Вместо поиска точек соприкосновения с малыми партиями, представляющими Шотландию, Уэльс и Ольстер, они пошли на переговоры с третьей политической силой королевства. Достижение простого кворума в Палате общин их не интересовало. Консерваторы ориентировались на установление полного контроля над нижней палатой парламента и недопущение развития партнерских связей между либеральными демократами и лейбористами. Обе цели были ими в итоге достигнуты.<br />
<br />
С точки зрения либ. демов главным условием для большой сделки явилось их тотальное нежелание идти на создание правительства меньшинства с лейбористами. Уже 7 мая Ник Клегг заявил, что правительство Великобритании должны формировать консерваторы. Тем самым лидер ПЛД не только дал недвусмысленно понять, что не настроен идти на создание коалиционного кабинета с ЛПВ, но и де-факто санкционировал начало переговоров с Консервативной партией. Они рассматривались руководством либеральных демократов как стратегическое условие для прихода к власти. На этом фоне состоявшиеся 11 мая консультации между вигами и лейбористами стали не более чем попыткой ПЛД улучшить свои позиции в переговорном процессе с консерваторами. Ни о каком достижении компромисса на этом треке речь не шла. Либ. демы встречались с лейбористами, держа в уме дискуссию с консерваторами. Об этом говорит заметная скоротечность переговоров ПЛД с ЛПВ. О намерении начать их Клегг заявил 10 мая. А уже 11 мая виги дали понять, что не видят перспектив в достижении взаимоприемлемых решений с лейбористами и не заинтересованы в продолжении переговорного процесса. Данное обстоятельство вынудило Гордона Брауна вечером того же дня уйти в отставку, уступив апартаменты на Даунинг-стрит, 10 Дэвиду Кэмерону.<br />
<br />
С одной стороны, скептицизм ПЛД к ЛПВ подогревался нежеланием Ника Клегга работать в одной команде с Гордоном Брауном. Однако кроме этого, отсутствие заинтересованности вигов в коалиции с лейбористами опиралось на взвешенное понимание нежизнеспособности такого объединения. Тактический союз обеспечивал двум партиям только 315 мест в Палате общин вместо необходимых 326. В этой ситуации ПЛД и ЛПВ предстояло или договариваться с региональными партиями или работать в статусе правительства меньшинства. Оба этих варианта обладали достаточно ограниченной «политической ликвидностью». Возможные переговоры с Шотландской национальной партией (ШНП), валлийской Плайд Камри (ПК), ольстерскими Демократической юнионистской партией (ДЮП) и «Шинн Фейн» вместе или раздельно простыми быть не обещали (наиболее приемлемыми для ЛПВ были бы консультации с ШНП и «Шинн Фейн», которые в сумме располагают заветными 11 мандатами). Скорее лейбористы и виги рисковали увязнуть в затяжных согласованиях с неопределенным конечным результатом, что серьезно отодвинуло бы сроки формирования нового кабинета. А правительство меньшинства было априори обречено на скорую политическую гибель. Без необходимого бэкграунда в парламенте такое правительство просто не смогло бы эффективно функционировать. Все его ключевые решения по вопросам экономики, социальной сферы и внешней политики блокировались бы консервативным большинством. При этом тори сделали бы ставку на демонстративную контригру против правительства меньшинства с целью роспуска парламента и проведения досрочных выборов по сценарию 1974 года. В случае реализации такого сценария они могли бы получить абсолютное большинство и тогда уже единолично сформировать новый кабинет министров.<br />
<br />
На этом фоне консультации между консерваторами и либ. демами выявили существенное совпадение их позиций относительно внутриэкономического развития королевства. Так тори и виги пришли к взаимопониманию  в сфере налоговой политики. Не возникло серьезных расхождений  между партиями и по вопросам здравоохранения  и образования. Сходство позиций, которое  казалось не таким очевидным в  ходе предвыборной кампании, обеспечило двум партиям легкий компромисс, ставший  важнейшим основанием для заключения большой сделки. Близость позиций  Консервативной партии и ПЛД означает не только их умение играть на политической конъюнктуре. Оно подразумевает фундаментальный сдвиг в британской партийной системе – сближение левого и правого центра, стирание граней между ними в экономике и социальной сфере. С 1997 года тори прошли сложный путь с правого фланга в центр. Вместо неолиберальной парадигмы они сделали выбор в пользу социально ответственного экономического курса. Тэтчеризм уступил в консервативных программах идее «Большого общества», примиряющей сохранение индивидуальных свобод с сильным и ответственным государством и коллективизмом. В свою очередь либ. демы с момента своего появления в 1988 году демонстрируют постепенное смещение с левого фланга в центр. Их платформа подразумевает активное участие государства в социально-экономической жизни страны, но она же не отрицает веру тори в британский индивидуализм. «Сведение» правого и левого центра оказалось во многом вынужденным процессом. Если бы не отсутствие абсолютного большинства, тори вряд ли бы пошли на создание коалиции с вигами. Однако оно вряд было бы возможно в принципе, если бы не внутренняя эволюция Консервативной партии и ПЛД.<br />
<br />
Формально достаточно оперативное создание коалиции породило рассуждения на тему того, что виги переиграли тори в закулисных переговорных баталиях. Об этом говорят пять портфелей в кабинете (ключевыми среди которых являются позиции заместителя премьер-министра и министра по делам бизнеса и инноваций). Кроме этого следует отметить, что либ. демы получили право воздерживаться при голосовании по спорным вопросам государственной политики в Палате общин. Речь, в частности, идет о проблемах атомной энергетики, налоговых льготах и финансировании университетов. Кроме того, нельзя забывать, что ради создания объединенного правительства консерваторы были вынуждены согласиться на проведение референдума по вопросу о реформировании избирательной системы королевства. Пул уступок тори своим союзникам по коалиции оказался довольно внушительным.<br />
<br />
Главным условием относительно благоприятного для либ. демов содержания большой сделки стал профессионализм их переговорной команды. В течение пяти дней согласования позиций переговорщики от ПЛД  проявили себя более искушенными  и опытными игроками, чем их консервативные контрагенты. В этом нет ничего удивительного, учитывая их персональный профиль. Главными действующими лицами либеральных демократов являлись Эндрю Станелл, бывший партийный кнут в Палате общин и Дэвид Лоуз, ставший в новом кабинете главным секретарем казначейства. Первый располагает доскональными знаниями по вопросу участия ПЛД в переговорах с другими партиями на протяжении последних 30 лет. А второй являлся ключевым политическим советником в процессе создания коалиционного правительства Шотландии в 1999 году. Тогда в него вошли представители ЛПВ и ПЛД. Подобных профильных специалистов по коалиционной проблематике в команде тори просто не оказалось.<br />
<br />
Однако успех вигов, достигнутый в ходе согласования большой сделки, на поверку является весьма скромным. За пять мест в кабинете и возможность проведения референдума по изменению системы голосования, либ. демам пришлось пойти на существенные уступки консерваторам. Причем как по вопросам социально-экономической, так и внешней политики. Либеральным демократам, в частности, пришлось согласиться с сокращением госрасходов на 6 млрд. фунтов стерлингов уже в 2010 году, а не в 2011-м, как предусматривает их экономическая программа. Также они согласились с введением квот на иммиграцию и отказались от амнистии нелегалам. Наконец, ПЛД уступила Консервативной партии и по проблеме отношений с Европейским союзом. Виги согласились с тем, что британские полномочия могут быть переданы ЕС только через референдум, и отказались от перехода на евро. Сдав ряд позиций по внутриполитическим вопросам, тори в то же время сохранили за собой «командные высоты» в определении стратегического курса экономического развития Великобритании и линии её поведения на международной арене. Данный факт говорит о том, что выводы об успешной игре либеральных демократов в ходе пятидневного переговорного процесса оказались заметно преувеличенными.<br />
<br />
Решать судьбу Великобритании будут консерваторы. Либ. демы сыграют в этом процессе ассистирующую роль, с концентрацией на отдельных политических и социальных вопросах. В частности, Клеггу предстоит заняться реформой политической системы. Винс Кейбл будет отвечать за взаимодействие государства с бизнесом и банковским сектором, а Дэвид Лоуз примет участие в разработке финансовой стратегии кабинета министров. Однако в такой селективной роли либеральных демократов заложено условие для возможных конфликтов внутри коалиции. Нельзя исключать, что, несмотря на большую сделку, виги проявят заинтересованность в расширении своих полномочий. О своем мнении они могут заявить как в правительстве, так и в Палате общин. Ожидать односторонних уступок со стороны тори в этом случае не приходится. Они уже и так сделали слишком много «жестов доброй воли» по отношению к своим партнерам, чтобы добровольно санкционировать дальнейшее расширение их политического влияния. Как следствие, нельзя исключать возникновения условий для распада двухпартийной коалиции. Большая сделка может оказаться под угрозой денонсации.</p>
<p><strong><em>Максим Минаев, эксперт Центра политической конъюнктуры, специально для АК</em></strong></p>
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".