Закон Хлопонина

Назначение красноярского губернатора полпредом в новообразованном Северо-Кавказском Федеральном округе и одновременно вице-премьером федерального правительства стало первой политической сенсацией нового года. Александра Хлопонина в этой двойной роли мало кто ожидал.

 

Означает  ли это, что нынешнее решение президента продолжает традицию предыдущих кадровых сюрпризов (вице-премьерство Немцова, премьерство Кириенко у Ельцина, премьерство Фрадкова и Зубкова у Путина)? Или же парафраз знаменитой чубайсовской фразы: «Сильный ход, Борис Николаевич!» – в данном случае прозвучал бы неуместным анахронизмом?

 

Я лично склоняюсь ко второму  варианту. И вот почему.

 

Упомянутые выше кадровые решения принимались в логике построения внутривластных «сдержек и противовесов» и были нацелены на решение вполне определенной тактической задачи. То, что затем означенные персонажи выходили на стратегические рубежи и становились потенциальными «ферзями» на «великой шахматной доске» российской политики, сути дела не меняет. Политические фигуры – в отличие от шахматных – ходят, как хотят.

 

А вот решение по Хлопонину – явно из разряда изначально стратегических. Успешному губернатору, наладившему жизнь в очень, прямо скажем, непростом (о Лебеде, разумеется – или хорошо, или ничего) регионе и заслужившему, говоря по-булгаковски, если не «свет», то «покой» уж точно, предложено местечко – «горячее» не придумаешь. Да – повышение и при том двойное. И по медведевской, и по путинской, так сказать,  «вертикалям». Из-за чего даже закон о правительстве в срочном порядке придется корректировать. Убирать из ст.11 положение о том, что «члены Правительства Российской Федерации не вправе (…) занимать другие должности в органах государственной власти». Так что теперь очередной закон «о внесение изменений в закон и т.д.» можно будет по праву называть «законом Хлопонина».

 

А, с другой стороны, не свидетельствует  ли этот самый факт о том, что ситуация – абсолютно чрезвычайная? И что  создается новый федеральный округ, новый властный статус (президентский полпред-правительственный зампред) и принимается фактически именной закон - не как синекура и награда, а как необходимые условия для выполнения чрезвычайно сложной, предельно ответственной и едва выполнимой миссии?

 

Основная  линия экспертного анализа идет в направлении «силовик» – «гражданский». Что, в общем-то, очевидно и уже  поэтому – правильно. Но, если мы видим  заведомо цивильного Хлопонина в  той роли, которую многие прочили (и еще продолжают стоять на своем) заведомому же «силовику», то давайте наберемся смелости точно и без обиняков определить ту миссию, которую бывший красноярский губернатор должен будет выполнить теперь уже в Пятигорске.

 

Мне она представляется следующей. Кавказ как никакой иной регион постсоветской России пострадал от неожиданного распада СССР. В том смысле, что с исчезновением прежней власти, там исчезла власть как таковая. А потому проект перехода к политической демократии и рыночной экономике на этой части земли российской никоим образом там реализоваться не мог. И – как показывает трезвый анализ – не может и по сей день.

 

Потому  что на российском Кавказе должен совершиться, прежде всего, ментальный (а значит – не моментальный) переход  от двух прежних способов получения денег – прямой грабеж и финансовые махинации – к их за-ра-ба-ты-ва-ни-ю. Особая пикантность состоит в том, что и в остальной России это не сильно чтобы получалось. Но, например, в Красноярском крае – при всех его ископаемых «бонусах» – все же какая-никакая, но экономика есть.

 

Вот эту-то абсолютно небывалую на Кавказе  экономическую миссию и призван  реализовать единый теперь  в  двух лицах Александр Хлопонин. А  особая стратегичность этого медведевского  выбора видится в том, что за «экономикой» там подтянется и то, что можно будет называть «политикой». И уж таких ситуаций, когда за победителя голосует 101% избирателей, мы в не очень, хочется верить, будущем уже не увидим.

 

Потому, собственно и – Хлопонин.