Беспорядки в Молдавии

Комментирует:

Павел Святенков политолог

Я думаю, что дают эффект состоявшиеся беспорядки в Молдавии. Естественно ожидать, что пересчет голосов в подобных условиях даст некую прибавку голосов оппозиции. Это, в свою очередь, будет означать следующее.

Вполне возможно, сложится ситуация, при которой коммунисты могут утратить абсолютное большинство в парламенте. Абсолютное большинство им необходимо для избрания президента, поскольку в Молдавии президент избирается парламентом. А это будет в свою очередь означать, что оппозиция получит право голоса при избрании преемника президента Воронина.

Дело в том, что он не может баллотироваться на следующий срок, но ожидалось, что он, благодаря контролю над коммунистической партией, сможет единолично определить преемника.

Оппозиция, если ей с помощью беспорядков удастся этого добиться, сможет получить голос при решении проблемы преемника и существенно осложнить задачу президенту Воронину. В конечном итоге это может ослабить и его собственные позиции в правящей партии, поскольку, если удастся добиться избрания на пост президента неворонинского кандидата, то, вполне возможно, появится и какой-то премьер-министр, не вполне подконтрольный Воронину.

Разумеется, все эти соображения действительны только в том случае, если оппозиции удастся добиться такого пересчета или пересмотра голосов на прошедших парламентских выборах, который даст в ее руки пакет голосов, позволяющий влиять на ситуацию, то есть позволяющий ликвидировать большинство, принадлежащее в парламенте коммунистам.

Павел Данилин политолог

Для начала нужно зафиксировать, что митинги были организованы либерал-демократической партией и либеральной партией, и что сейчас создаётся так называемая гражданская коалиция, которая должна взять власть из рук у коммунистов. И говорить о том, что эти партии не принимают участия в организации погромов в Кишинёве, мне кажется, было бы по меньшей мере безответственно.

Достаточно очевидно, что происходящее координируется (причём координируется очень успешно) на уровне студенческих отрядов самоорганизации. То есть это примерно то же самое, что мы видели в Киеве в 2004 году, когда так называемая «Пора», а так же работа проющенковских сил на ректораты и на студенчество смогло вывести на улицы достаточно большое количество людей по тем временам (от 400 до 600 тысяч человек в Киеве).

В Кишинёве сейчас вышло примерно 15-20 тысяч человек на улицы. Это — очень большая цифра для Кишинёва. Это такая же молодёжь, это тоже выведенные под тем или иным предлогом недовольства кризисной ситуацией, недовольства Ворониным (он действительно вызывает очень большое недовольство у населения). Затем, под видом этой массовки будет проведена банальная подмена результатов выборов, и в случае, если молдавские власти не проявят жёсткости, они лишатся властных полномочий и полученной на выборах победы.

Это банальная технология проведения «оранжевой революции». В Молдавии она готовилась очень давно. Когда там Воронин встал на сторону «оранжевых» после «оранжевой революции» на Украине, он сам создал все предпосылки для подобного сценария.

Павел Салин ведущий эксперт Центра политической конъюнктуры, кандидат юридических наук

То, что «цветной» сценарий для Молдавии готовится, стало ясно где-то в конце прошлого года — именно тогда активизировались в интернете различного рода прорумынские (под флагом проевропейских) молодежные движения, до этого времени либо не существовавшие, либо «замороженные». Правда, до конца было не ясно, дадут ли ему ход. А фундаментальные причины для прорумынского переворота вызревали давно, и Воронин с коммунистами сейчас пожинают плоды своей политики. За годы его президентства молдавская интеллигенция практически на корню была скуплена на гранты Румынии и ЕС, на эти деньги был выстроен интеллектуальный концепт «Великой Румынии», под влияние которого и попала бунтующая ныне молодежь. А Воронин ничего не сделал для пресечения этой гуманитарной интервенции, подтачивающей его власть, предпочитая делать ставку на административный аппарат. Кстати, именно поэтому «цветной» сценарий в гораздо меньшей степени угрожает России: наши власти вовремя спохватились и нейтрализовали угрозу гуманитарной интервенции, попросту лишив «пятую колонну» материальной помощи и взяв под контроль интеллектуальную жизнь страны, в том числе и ее будущее — молодежь. Правда, как показывают последние события, тема цветной революции не снята с повестки дня.

В отличие от большинства наблюдателей я бы не стал обвинять в происходящем США и ЕС. Первые сейчас озабочены куда более масштабными проблемами, а европейцам, в условиях кризиса сбрасывающим балласт в лице «новой» Европы, не нужна еще одна нищая страна (косвенно это подтверждает и то, что наблюдатели от ЕС признали выборы соответствующими все стандартам). Так что все происходящее — преимущественно проект Румынии. Страна на грани коллапса и бунта против властей — пример Венгрии перед глазами. Домой возвращаются гастарбайтеры, потерявшие работу в Европе и представляющие собой чрезвычайно взрывоопасный материал. В такой ситуации нужен мегапроект в сфере внешней политики, и «воссоединение румын» сюда как раз подходит, поскольку позволяет отвлечь население от насущных проблем. Сейчас последний шанс — очень скоро ЕС, пострадавший от кризиса, уже не будет выглядеть таким привлекательным фетишем. Только молдаване, поведшиеся на то, что со вступлением в Румынию они автоматически получат «входной билет» в ЕС, будут разочарованы — никому в кризис они в Европе не нужны. Именно поэтому я в отличие от многих наших ура-патриотов одобрил бы приход националистов в Кишиневе к власти. За годы своего правления, пришедшегося на кризис, они бы настолько скомпрометировали националистическую идею, что у молдаван на десятилетия бы выработалось отвращение к ней, как у россиян к либерализму монетаристского толка.

Егор Холмогоров главный редактор портала «Новые Хроники»

Прежде всего, происходящее в Молдавии означает, что эпоха оранжевых революций не закончилась, как мы наивно могли об этом подумать. Вашингтон, похоже, решил любой ценой зачистить «постсоветское пространство» ото всех режимов, которые могут хотя бы быть заподозрены в возможности ориентации на Россию. Уж на что русофобский режим Воронина в Молдавии, но взялись и за него. Тем временем на Украине явно будет осуществлена попытка переиздания оранжада в версии 2.0 под названием «Арсений Яценюк».

Насколько будут успешными эти попытки? Зависит от того, насколько России надо будет, чтобы они провалились. В случае с Молдавией у Воронина неплохая поддержка населения и есть шанс, что оранжевый бунт заставит его развернуться и пойти на сближение с Москвой и на диалог с Тирасполем. Но не обязательно: возможно реакция будет и обратной, и Воронин свернет тот даже довольно ограниченный антирумынский курс, который проводил в последние годы. Это, к сожалению, весьма характерно для постсоветских политических элит, проявляющих трусость даже тогда, когда надо бороться за выживание.

Так или иначе, судьба российских интересов в Молдавии напрямую связана с развитием в течение этого года ситуации на Украине. Если проект Яценюк удастся, то мы не только потеряем в итоге Молдавию, но и положения Приднестровья станет критическим. Если результат борьбы за Украину будет в нашу пользу, то отстоять Приднестровье удастся, а румынизация Бессарабии остановится.

Сергей Ильин публицист, главный редактор издания «ВВП»

События в Кишиневе целесообразно оценивать (и искать аналоги) исходя из картинки — причем картинки в динамике. И если смотреть с этой позиции, выясняются любопытные вещи. Молдова — это не Киев, это — Бишкек.

Киевский Майдан — это, в первую очередь, статика. Люди собрались в центре города и несколько недель довольно спокойно бузят. Бузят — но, собственно, и не более. Как бы ни относились к событиям «оранжевой революции», вся эта история была в высшей степени ненасильственной. А вопросы решались «наверху», со всеми поправками на «уличный ресурс», подкрепленный оппозицией.

Притом, что оппозиция была вполне консолидирована: сейчас уже нелегко представить Ющенко и Тимошенко как лучших друзей, стоящих плечом к плечу. Де-факто, именно оппозиция мобилизовала «улицу» — и в дальнейшем эффективно использовала ее для позиционной борьбы. В которой и одержала победу.

Совсем другое дело — Киргизия-2005. Если оставить в стороне восстания в регионах (хотя это и не вполне корректно), то Бишкек пал в считанные дни. И картинка там была именно такая, как сейчас в Кишиневе: участники акций постоянно в движении, летят камни и бутылки, нон-стоп конфликты с правоохранителями. И отсутствие консолидации в рядах оппозиции: фактически, власть просто свалилась к ногам новых лидеров. Оставалось только нагнуться и поднять ее.

То, что мы сейчас видим в Кишиневе явно больше похоже на «киргизский» вариант. Единственное различие — основные действия изначально разворачиваются именно в столице (это как раз «киевский вариант»).

Говорят, что сейчас с молдавской столице приближаются жители близлежащих населенных пунктов. Пока границы города блокируются. И тут, мне кажется, как раз и находится ответ на вопрос «что дальше».

Если к митингующим присоединятся сельские жители, то по моему прогнозу, получится самый натуральный Бишкек, а локальные конфликты могут перейти в прямые погромы. Если кто-то думает, что молдавская деревня настолько цивилизованней киргизской — забудьте. В конце концов, толпа — она и есть толпа.

Хотя в целом шансы Воронина удержать ситуацию под контролем мне представляются не столь уж малыми. В худшем случае — перевести развитие событие в сторону «киевского сценария». Тогда ему, по крайней мере, не придется спешно бежать из страны.

Кстати, если бежать — то интересно куда. Подозреваю, что основной вариант — Москва.

Александр Дугин лидер "Евразийского движения", доктор политических наук

На поддержку Воронина была направлена значительная группа из нескольких сотен представителей Евразийского союза молодёжи в качестве наблюдателей за выборами, вместе с Лигой русской молодёжи Молдовы. Это был боевой отряд для того, чтобы поддержать евразийский курс Воронина. Также были представители других патриотических российских организаций, в том числе «Молодая гвардия» из «Единой России» и «Россия молодая». Им всем было отказано в аккредитации на выборах.

Это был довольно мощный и подготовленный отряд, который по сути дела был в качестве гаранта того, чтобы то, что произошло, не произошло ни при каких обстоятельствах. Воронин категорически отказал в наличии там этих российских патриотических структур, поскольку заигрывал с Западом, боялся, что наличие хорошо организованной сетевой евразийской и русской патриотической молодёжи может создать негативную ситуацию. Теперь он пожинает результат своих действий.

Эта российская молодёжь в течение многих лет была натренирована в ожидании «оранжевой революции» для противодействия разрушительным атлантистским тенденциям и в России, и в ближнем зарубежье. Воронин испугался этой силы. Я могу сказать, что вчера ещё это казалось невозможным, что Воронин контролирует всё. Сегодня здание парламента горит.

То же самое послезавтра будет и в России, если наше руководство не поймёт значения тех сетевых технологий, которые отрабатываются молодёжными патриотическими движениями, и продолжает уповать на то, чтобы договориться с Западом через либеральный сектор. Всё сегодня замечательно... А у Воронина было как замечательно и хорошо, ему не нужна была никакая поддержка, не нужны были никакие евразийские кадры, никакие опричники, никакие молодёжные движения, которые бы его поддержали. Он уповал на полицию, свою власть и свои выборы. И вот, что мы получаем.

Нельзя недооценивать сетевые технологии. Они пронизывают всё общество на постсоветском пространстве, особенно они сильны на Кавказе и в столице. И не сегодня — завтра у нас пойдёт то же самое, что и в Молдове. Поэтому надо быть бдительным, не надо расслабляться, не надо уповать на какого-то Обаму, который якобы такой молодец и теперь не будет нам гадить. Обама будет гадить не больше и не меньше, чем предыдущая Америка. Это машина, это механизм. Он сказал, что выведет войска из Ирака, а вводит туда, и в Афганистан ещё 50 тысяч добавляет. Он окружает Россию, он развивает партнёрство по линии НАТО с Грузией и с Украиной ничуть не меньше, чем предыдущее политической руководство США. А представители и заместители Обамы (заместитель госсекретаря) снуют на постсоветском пространстве, просто не вылезая оттуда, причём так активно взялись, что нам мало не покажется.

Я очень рад тому, что происходит в Молдове. И Воронину — урок (да чёрт бы с ним, с Ворониным, хотя если мы потеряем Румынию, будет очень плохо). Он в любом случае дискредитирован, как слабый, колеблющийся лидер. Если русские лидеры, Медведев и Путин, будут слабыми, колеблющимися лидерами, то в один момент их просто снесут. Либо они должны опираться на свой народ, доверять ему, людям, которые готовы за страну, за идею и за суверенитет России в огонь и воду, либо, если они будут опираться на придворных холуев и льстецов либерально-западнического ключа, которыми они сейчас себя окружили и которые втирают, что с Обамой теперь будет перезагрузка. Такая может быть «перезагрузка»...

Максим Шевченко член Общественной палаты РФ

Никакого соглашения достигнуто не будет, у оппозиции совершенно очевидные цели – это свержение Воронина и изменение курса республики. Я практически уверен, что за этим стоят определенные румынские политические силы.

Румыния находится в тяжелейшей экономической ситуации – там просто катастрофа, и, я думаю, в целом это всё используется для переключения внимания населения. Румыны чувствуют себя достаточно сильной этнической группой. Молдаване, даже левобережные, бессарабцы – молдаване скорее принадлежат к румынской нации по языку, по всему и так далее. Но они всегда жили отдельно, никогда не были в подчинении собственно единого Румынского Государства, исключая короткий период с 1918 по 1940 год, когда Бессарабия, бывшая территория Российской Империи, была оккупирована румынскими войсками.

Поэтому ставка на дестабилизацию будет ключевой в этой ситуации. Проблема главная в том, что Воронин почти попытался договориться насчет Приднестровья. То есть он почти договорился о включении Приднестровско-Молдавской республики в политическую систему Молдовы (в рамках федерации, конфедерации – это уже не имеет значения), вообще исключая для вот этой европоцентричной прорумынской оппозиции какие-либо политические перспективы.

Но эти события, на мой взгляд, они, конечно, также исключают и возможность какого-либо воссоединения Приднестровья с Молдовой. Более того, если они в безумии своем попытаются устроить какие-либо провокации против Приднестровья, то я вполне вижу Игоря Смирнова в роли руководителя воссоединенной Единой Целой Молдовы. Приднестровцы точно свободу не отдадут этим обезумевшим психопатам.