Статья
22 Марта 2016 9:47

Инерционный сценарий неизбежен?

Чем ближе приближается начало избирательной кампании, тем актуальнее становится вопрос – по какому из возможных сценариев она пройдет? Это важно и для политиков, и для рядовых партийцев, и для политтехнологов, и для СМИ, и для чиновников, отвечающих за политические вопросы. От ответа на этот вопрос зависит и выстраивание стратегии и тактики избирательной кампании, и фондрайзинг, и составление необходимого бюджета, и взаимодействие с масс-медиа, администрацией президента, чиновничеством на местах, позиционирование кандидатов и партий в соцсетях.

Под словом «сценарий» мы понимаем предсказуемость-непредсказуемость результатов кампании, напряженность борьбы, вероятность появления новых игроков на политической сцене.

Основная проблема на сегодняшний день заключается в том, каким будет сценарий – инерционным или неинерционным? В первом случае сюрпризов ожидать не приходится, кампания пройдет скучно и без особого азарта. Во втором случае подразумевается наличие интриги.

Последние две думских кампании – 2007 и 2011 года – подразумевали именно инерционный вариант проведения. «Единая Россия» являлась несомненным фаворитом, конкуренция была искусственно ограничена, системные партии от оппозиции вели себя вяло. Для оживления власть даже пошла в 2011 году на создание ОНФ и на интригу с «Правым делом» Прохорова, которую, впрочем, быстро прикрыли за ненадобностью и во избежание непредвиденных вариантов.

От неинерционных кампаний на федеральном уровне россияне отвыкли уже давно, но в качестве примера на региональном уровне можно привести кампанию в Иркутской области 2015 года, когда победил коммунист Сергей Левченко.

Как представляется на нынешний момент, именно инерционный сценарий думской кампании наиболее вероятен и в этот раз.

Во-первых, продолжает господствовать в общественных настроениях «крымский консенсус». Он заключается в том, что население одобряет политику президента, считает, что в России нельзя допустить повторения украинского «майданного» сценария, что необходимо сплотиться вокруг Кремля в условиях международных санкций против нашей страны. Это мягкий вариант «мобилизационного» сценария, когда имеется внешняя угроза и основное внимание уделяется именно ей, а не внутриполитической жизни.

Во-вторых, на федеральной сцене не появилось новых значимых политических сил и партийных проектов. То, что создается, наподобие партии Титова, априорно является нежизнеспособным, искусственным, и выполняет вспомогательную инструментальную функцию. Внесистемные силы – что на патриотическом фланге, наподобие комитета Стрелкова, что на либеральном – вроде ПАРНАСа или незарегистрированных партий – влачат жалкое существование, и на повестку дня оказать значимое влияние не способны.

В-третьих, системные партии не заинтересованы в утрате своих позиций, и также будут стремиться работать на инерционный сценарий, ибо любое обострение борьбы грозит им потерей имеющегося влияния.

В-четвертых, социально-экономическая ситуация остается относительно стабильной, несмотря на продолжающийся кризис. Население мотивировано на выживание и приспособление, а не на протест.

В-пятых, правящий лагерь демонстрирует единство рядов, в нем нет признаков раскола, что могло бы каким-то образом подтолкнуть политическую борьбу. Административный ресурс демонстрирует свою силу, и отказываться от его использования власть не собирается.

В-шестых, противниками консенсуса не найдено такой темы, которая могла бы увлечь значительную часть избирателей, как, например, в 2011 году, когда Навальный сперва вбросил мем «партия жуликов и воров», а затем лозунг «голосовать за любую партию, кроме «Единой России».

Против инерционного сценария могли бы сыграть следующие факторы:

1.                 Резкое обострение экономического кризиса, например, в связи с новым падением цен на нефть, или обнажением ранее затушевываемых финансовых проблем, скажем, в банковском секторе, или выявлением дыр в бюджете.

2.                 Громкий коррупционный скандал в истеблишменте, который не удалось бы купировать сразу.

3.                 Внешнеполитический провал, при котором вина Кремля была бы очевидна.

4.                 Выпадение одной или более системных партий из нынешней системы. Скажем, слишком независимое поведение КПРФ, результатом которого стало бы либо снятие ее с дистанции, либо попытка убрать Зюганова, что в свою очередь привело бы к бойкоту выборов со стороны коммунистов.

Но вероятность всех этих факторов слишком мала, чтобы говорить о них более-менее определенно. На сегодняшний день наиболее возможным представляется именно инерционный сценарий кампании.

Разумеется, в его рамках тоже будет заложена какая-то интрига. Инерционность в 2011 году все равно привела к резкому ухудшению результата «Единой России», число мандатов которой упало с 315 до 238. В этом году перед партией власти стоит задача, во-первых, не потерять имеющиеся позиции, а, во-вторых, по возможности их улучшить. Для этого были возвращены выборы по одномандатным округам, которые в большинстве своем отойдут представителям ЕР и им сочувствующим, поскольку в условиях пассивности и безразличия населения у оппозиции – системной или несистемной – нет средств и сил для борьбы в них.

Таким образом, результат «Единой России» будет первой интригой текущих выборов. При этом проценты по партийному списку будут не так важны, как показатели в одномандатных округах, хотя, разумеется, резкий отрыв от других партий должен сохраниться.

Второй интригой станет результат КПРФ. Сможет ли она не просто занять второе место по спискам, но и уйти вперед с достаточным отрывом от ЛДПР и СР?

Другой серьезной проверкой для нее станет результат в одномандатных округах. Найдет ли она достаточное число сильных кандидатов и сможет ли договориться с другими партиями о разделе округов, чтобы не прослыть партией сродни ЛДПР 90-х, которая практически не имела тогда кандидатов-одномандатников?

Для ЛДПР и СР основная борьба развернется между ними – кто займет третье и четвертое места соответственно? Эсеры сильно ослаблены внутрипартийными разногласиями и их традиционно списывают со счетов, но, однако, они выступают сильнее, чем им предсказывают. Вероятность того, что партийная конструкция современной Думы будет пересмотрена и какая-то из трех оппозиционных партий выпадет из нее – весьма невелика, равно как маловероятно попадание в парламент пятой партии. При этом по одномандатным округам в Думу смогут пройти представители иных сил, и, таким образом, парламент, сохранив в общих чертах нынешние параметры (м.б. с некоторым увеличением мест у «Единой России») станет немного более пестрым.

Максим Артемьев специально для «Актуальных комментариев»

Другие статьи автора
____________

Читайте также:
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".