Статья
21 Ноября 2014 14:39

Информационная какофония

Одним из печальных последствий текущего похолодания в отношениях России со странами Запада стала существенная деградация всего международного дискурса по актуальным политическим вопросам.

Если прошлый год был ознаменован целым рядом дипломатических прорывов, позволивших найти сложнейшее комплексное решение проблемы сирийского химоружия и возобновить активные переговоры вокруг ядерной программы Ирана, то сегодня зачастую складывается впечатление, что различные участники происходящих процессов готовы пожертвовать достижениями предыдущих десятилетий ради гипотетических сиюминутных выгод.

Будто, отвергнув такт, этикет и нередко здравый смысл, отдельные персонажи, от действий которых зависят судьбы миллионов людей, доходят в своем стремлении угодить настроениям толпы и нанести оппонентам удары ниже пояса до откровеннейшего популизма в его самых крайних проявлениях.

Площадные лозунги Майдана словно перекочевали в высказывания, казалось бы, уважаемых и ответственных официальных лиц, породив всем памятные эскапады бывшего главы МИД Украины Андрея Дещицы и помощника Госсекретаря США Виктории Нуланд. К сожалению, немало поспособствовала примитивизации дискуссии вокруг событий в Киеве, Крыму и Новороссии тенденциозная подача посвященных ей материалов в СМИ.

Так, некоторые западные издания и телеканалы, видимо, ностальгирующие по риторике рейгановских лет, с самого начала украинских событий прививали аудитории разделение мира на черное и белое, заставляя многих американских и европейских политиков подыгрывать создававшимся таким образом настроениям потенциальных избирателей.

Неудивительно, что и в российских массмедиа, находившихся под явным впечатлением от работы зарубежных коллег, уже долгое время превалирует основанный на эмоциях взгляд на те или иные инициативы — как Москвы, так и Вашингтона с Брюсселем. Свое выражение он находит либо в подражании стилю передовиц британских таблоидов, либо в эксплуатации самых неоднозначных фобий советских времен. Содержательная сторона вопроса при этом уходит на второй план, уступая место конспирологическим теориям и проецированию личных комплексов и антипатий на конкретные международные события.

Своей кульминации такого рода информационная какофония неожиданно достигла во время саммита «двадцатки» в Брисбене — пожалуй, первого подобного форума, где выражению коальих морд и рассадке гостей за обедом уделялось больше внимания, чем реальному наполнению этого двухдневного мероприятия. Между тем в Австралии руководителями наиболее влиятельных стран мира обсуждались важнейшие вопросы планетарного масштаба, вокруг которых разгорелась оживленная дискуссия. Например, выступившие единым фронтом Барак Обама, Синдзо Абэ и Ахмет Давутоглу агитировали коллег начать более результативную борьбу против глобального потепления и увеличить ассигнования на противодействие изменениям климата в беднейших странах. Тони Эббот, в свою очередь, на правах хозяина добивался доминирования в повестке дня главной заявленной темы — необходимости повышения совокупного ВВП государств-участников на 2%, что должно обеспечить впечатляющий рост глобальной экономики. Обговаривались и согласовывались сотни предложений, направленных на достижение заявленных мировыми лидерами целей, а вокруг отдельных пунктов итогового коммюнике, например, касательно возможности сокращения разрыва между уровнем занятости мужчин и женщин до 2025 года, возникли весьма любопытные споры.

Но для немалого числа наблюдателей всех этих интереснейших и крайне важных вопросов саммита будто не существовало — вместо них в центре внимания оказались рукопожатия Владимира Путина с его партнерами по переговорам. Конечно, наивно было ожидать, что американский президент и канадский премьер-министр, находящиеся под серьезным давлением «горячих голов» из числа парламентариев и общественных деятелей, не упомянут Украину в частных беседах, попытавшись подать свои беседы с Путиным в надлежащем виде.

К слову, во время прошлогоднего саммита в Санкт-Петербурге Россия тоже, и не без успеха, воспользовалась данной площадкой для привлечения внимания к своей позиции неприятия готовившихся тогда бомбардировок Сирии. Впрочем, это не отменяет того факта, что «двадцатка» сосредоточена на экономических вопросах, и рассмотрение в кулуарах политической тематики никогда не приносило судьбоносных решений и прорывов — направляясь в Австралию, каждый из участников знал, какие именно тезисы ему (ей) предстоит услышать от коллег.

Поэтому и разговоры о том, что досрочный отъезд российского президента стал проявлением некоей обиды или являлся демаршем, также следует признать прерогативой людей, до недавнего времени не стремившихся ознакомиться с международной дипломатической практикой. Хотя и им было бы трудно не заметить, как за несколько дней до этого в Пекине Обама и Эббот проигнорировали заседание Делового совета АТЭС. По логике апологетов теорий заговора, такое поведение, видимо, должно означать вызов, брошенный лидерами США и Австралии главам остальных 19 стран тихоокеанского региона, которые на той встрече присутствовали.

В принципе, парадоксальному освещению брисбенского форума можно было бы и не уделять существенного внимания. Проблема в том, что такого рода спекуляции вкупе с провокационной подачей материала уже давно пронизали большую часть информационного пространства. За последние месяцы можно было привыкнуть и к практике распространения утечек из конфиденциальных правительственных бесед, и к жонглированию фактами на брифингах, например, Госдепартамента и Пентагона, на основе которого распространяются очередные домыслы и мифы о подоплеке российской политики.

Но куда более удивительно то обстоятельство, что команда «отбой» солдатам этой информационной войны не была дана даже после возникновения реальных шансов на урегулирование конфликта на Украине; вместо этого атаки на Москву продолжились с удвоенной силой. И в рамках этих нападок, в соответствии с каноническими оруэлловскими традициями, смысл многих понятий меняется на прямо противоположный. Например, превратился в клише тезис о «нарушении Россией Минских договоренностей», однако если обосновывавшим его представителям Евросоюза некоторыми изданиями был предоставлен карт-бланш на критику России, точка зрения МИД РФ и самих жителей Донбасса обычно не принималась во внимание как не встраивающаяся в «удобную» картину миру. Хотя и без ее цитирования непредвзятый детальный анализ текста соглашений и хода их выполнения приводит к совершенно иным выводам, согласно которым именно Украина отнеслась к данному документу как к ни к чему не обязывающей отписке.

Внезапно отдельные издания обнаружили корень зла в проведении на Донбассе демократических выборов; при этом каким образом свободное волеизъявление мешает мирному процессу, авторы подобных умозаключений предпочитают не уточнять. Бессмысленно напоминать о том, как они же превозносили голосование на выборах депутатов Верховной Рады, в ходе которого неформальными наблюдателями на избирательных участках выступали бойцы Нацгвардии.

И если в случае с контентом зарубежных СМИ представителям российской внешнеполитической сферы еще можно порекомендовать активнее использовать инструменты «мягкой силы» для формирования нужного фона, то направить в конструктивное русло кипучую энергию внутрироссийского информационного сообщества намного сложнее. Наверное, стоит надеяться, что по мере естественного спада сегодняшнего накала страстей повсеместный дилетантизм снова сменится профессиональным аналитическим подходом, а стремление свести личные счеты и побольнее уколоть руководителей страны — занятием более ответственной и взвешенной позиции даже при остром желании выдать очередную порцию критики.

Разумеется, демонстративное неуважение массмедиа к лидеру собственного государства не является только отечественным феноменом. В тех же США первый срок Обамы прошел в атмосфере форменной травли президента со стороны ультраконсервативных публицистов, обвинявших его чуть ли не социализме и скрытых симпатиях к исламистам.

Впрочем, вряд ли этот американский опыт может служить для российского журналистского сообщества образцом. Нельзя не заметить, что оскорбительный стиль ведения дискуссии и критического осмысления действий правительства в большинстве случаев приводит не к изменению модели его работы, а к росту конфронтационных настроений в обществе, снижению взаимного доверия власти и СМИ и подмене фактов иллюзиями. Едва ли авторы нападок на президента и его курс рассчитывают именно на такой результат.

Политолог, ведущий аналитик Центра политической конъюнктуры Антон Гришанов специально для «Актуальных комментариев»

24 Августа 2016 Украина и Донбасс  СК возбудил дело против Степана Полторака Следственный комитет России возбудил уголовное дело в отношении главы Минобороны Украины Степана Полторака. Кроме того, дела возбуждены в отношении еще нескольких высокопоставленных военнослужащих. 24 Августа 2016 Украина и Донбасс  Украинский телеведущий осудил Майдан Депутат Киевского совета, известный на Украине телеведущий Дмитрий Гордон сожалеет о том, что в 2013 году поддержал Евромайдан. По его словам, если бы в период Евромайдана он знал, к каким последствиям приведет государственный переворот, то поступил бы иначе. 24 Августа 2016 Украина и Донбасс  Порошенко обменял генпрокурора на кредит США добивались от президента Украины Петра Порошенко увольнения прежнего генпрокурора Виктора Шокина, угрожая в противном случае удержать финансовую помощь Киеву в виде кредитной гарантии в размере $1 млрд.
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".