Комментарий
27 Декабря 2010 16:53

Книги-2010

Михаил Бударагин публицистМихаил Бударагин

Михаил Бударагин
публицистМихаил Бударагин

Главный итог любого года - сумма прочитанных книг. «Актуальные комментарии» традиционно следят за всеми новинками non-fiction, но и о художественной литературе стоит сказать особо. Благо, сказать, есть о чем - от нового Пелевина до не менее нового Дэна Симмонса, от птицы Карлсона до ученика чародея - все радует глаз.

Михаил Шишкин. Письмовник


Проза Шишкина – самый интересный феномен русской литературы второй половины «нулевых». И дело даже не в том, что кто-то, наконец, решился продолжить традицию, а в том, что именно Шишкину удалось вдохнуть в эту традицию жизнь, причем, какую-то совершенно иную жизнь. «Письмовник» – еретически простой эпистолярный роман, в котором самое трудное – определить, что же тебе нравится больше, сюжет или язык. Я думаю, язык, но могу и ошибаться.


Павел Басинский. Лев Толстой: Бегство из рая

Басинский так бережно и вместе с тем так точно пишет о бегстве Льва Толстого из Ясной Поляны, что даже я, никогда не питавший к Толстому никаких теплых чувств, искренне сочувствовал графу.  Не знаю, возможен ли более комплиментарный отзыв о тексте: Басинский – спасибо ему за это, честно – заставил меня пересмотреть свой взгляд на Толстого. Еще год назад мне казалось, что человека, способного на это, просто не существует. А он есть.


Виктор Пелевин. Ананасная вода для прекрасной дамы


Новый Пелевин лучше старых двух. Он достиг той стадии письма, когда рецензии бессмысленны: просто читайте Пелевина, там все есть.


Дмитрий Быков. Остромов или Ученик чародея

Быков дописал начатую Оправданием и Орфографией трилогию историей о Ленинградском тайном кружке, где шарлатан учит желающих быть чуть-чуть лучше, чем они есть на самом деле. Одному из учеников это удается. Роман мало того, что прекрасно написан, он по-быковски публицистичен, в хорошем смысле многословен и говорит о нас сегодняшних куда больше, чем можно ожидать от романа о 20-х годах прошлого века. Говорит неприятные вещи, но от кого-то же мы должны их услышать


Владимир Березин. Птица Карлсон

Карлсон многолик, как Шива, и вездесущ, как бог из машины. Он притворяется то отцом Гамлета, то Грегором Замзой, но всегда остается самим собой. Книга Владимира Березина – цикл рассказов о том, как трудно жить на белом свете одинокому мужчине в самом расцвете сил. Всем смешно, а вообще-то очень грустно.


Олег Дивов. Симбионты

Роман Дивова - не просто очень актуальный текст о нанотехнологиях, но повествование о том, как вообще возможно существование науки в России. Фантастика в лучших традициях жанра: с моралью, все, как полагается. Для детей среднего школьного возраста, которые еще не успели спиться и подсесть на наркотики.


Дмитрий Данилов. Черный и зеленый

Проза Данилова не поддается никакой внятной классификации, именно поэтому она так сильно не нравится всем моим знакомым-философам. Они норовят записать Данилова в либералы (или анти-либералы, я все время путаюсь). Но вся правда состоит в том, что действительно существует такой жанр письма, который проще всего обозначить как «Дмитрий Данилов», ничего другого тут все равно не скажешь. Здесь сейчас должна быть какая-то рекламная замануха, но ее не будет, потому что она все равно окажется неправдой. Так что на свой страх и риск.


Дэн Симмонс. Друд, или Человек в черном

Симмонс - автор знаменитых «Гипериона» и «Террора» - мог бы уже ничего не писать, он - живой классик. Но фантасмагорический роман о Диккенсе и Коллинзе – это уже другой Симмонс, гораздо более точный в деталях и гораздо менее «англоязычный». Роман о лондонских реалиях с есенинскими интонациями словно бы написан соседом Борхеса, а это – если вспомнить, с чего Симмонс начинал – дорого стоит.


Стиг Ларссон. Девушка, которая взрывала воздушные замки

Есть такой Стигг Ларссон, он швед и пишет романы для девочек о любви. Он жутко популярен в России, как был в свое время популярен Паоло Коэльо, если кто-нибудь еще помнит о таком. Ларссон попадает в этот обзор в основном потому, что было бы ужасным снобизмом просто не заметить этого очень продаваемого в России автора. В чем смысл его романов, я не понимаю. Мимими какое-то.


Ю Несбё. Снеговик

Ю – это имя, а не инициал. Несбё – норвежец и действие «Снеговика» происходит в Норвегии, речь идет о серийном убийце. Стивенкинговский сюжет в атмосфере скандинавского холода. Несбё пишет очень просто, но к детективной составляющей претензий нет: все на уровне.

Михаил Бударагин, специально для Актуальных Комментариев

  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".