Статья
116 26 Ноября 2011 10:10

Машины для товарищей

Как объект индивидуальных желаний машина — в сущности, мобильная частная территория — всегда находилась в противоречии с коллективистской идеологией коммунистической партии.

Комментарии экспертов

Книга Льюиса Сигельбаума посвящена одной из главных сторон амбивалентной советской реальности, желанию советских граждан передвигаться на автомобилях и владеть ими, несмотря на многочисленные государственные и общественные барьеры. Советское общество «альтернативного модерна», построенное как и Запад, вокруг идеи технического прогресса и роста благосостояния, никак не могло разрешить эту дилемму.

С одной стороны, требовалось быстро и надежно двигаться к коммунизму. Об этом — грядущей советской автомобильной эре — в 20-ых годах было написано немало строк. Соответствующие пассажи можно отыскать, например, в ранних фантастических рассказах Андрея Платонова. С другой стороны — личный автотранспорт превращал советского человека в мобильного индивидуалиста, жадного до прочих материальных благ. Автомобилизация Советского Союза опередила воспитание новой коммунистической личности. Мы уже научились признавать ведущую роль товарного дефицита в крахе СССР — дело не в том, что людям было нечего есть или нечего носить, а в том, что они хотели получить доступ к сверкающему миру джинсов и гамбургеров. Настало время сделать следующее наблюдение: советское общество было уничтожено переехавшим его личным автомобилем, выпущенным на конвейере ВАЗа.

В 1974 году в СССР впервые было произведено больше легковых автомобилей, чем автобусов и грузовиков. Эти автомобили попали в частные руки. Сначала «автолюбителей» (великий советский эвфемизм, указывающий на то, что автомобилями не владели, а просто любили их, как любят иногда марки или отдых на свежем воздухе) пытались ограничивать. В 60-ых на просторах СССР еще тлела мечта о Юрии Деточкине — честном труженике, мешающим ворам и жуликам из числа «частников» наслаждаться роскошью своих ГАЗ-21. У частников тогда не принимали заявлений о хулиганстве: если ваш сосед проколол вам шины, то это только на благо советского строя, чтобы другим было не повадно. Частников постоянно штрафовали за грязь на автомобилях, а мыть при этом их было негде — во дворе нельзя, гаража нет, автомойки ориентированы на государственные машины и точка.

Но все это, а также очереди на покупку и запредельно высокие цены на автомобили в сравнении с советскими зарплатами, не останавливало частников-автолюбителей, уже почувствовавших в воздухе ароматы «девочки в маленьком Пежо». В начале 70-ых поколение родителей моих родителей массово сдавали на права и любой ценой старались получить сначала «Москвич 408», а потом и «Жигули». Был проложен жесткий маршрут от к квартире к даче. И именно доступная автомобилизированному населению дача, шесть соток, отгороженных грядками от других грядок, стало тем местом, где погибла советская цивилизация.

Фильм «Инспектор ГАИ», снятый в 1982 году, рассказывает о директоре станции техобслуживания (Никита Михалков сыграл самого себя), вознесенного на вершину советской иерархии. Именно этот человек, способный решать вопросы с запчастями для постоянно ломающейся продукции ВАЗ, оказывается всесильным. К нему идут на поклон и местные партийные бонзы, и руководство местных силовиков, не говоря уже о простых гражданах.

Бум потребления в СССР начался с автомобилей и запчастей к ним, двинулся к частному и антисоциальному пространству дачи, достиг пика и затем рухнул, завалив под своими обломками страну. Те, кто сегодня призывает спасти АвтоВАЗ, должен помнить о том, кто убил их родину.


© 2008-2018 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".