Статья
13 Ноября 2014 11:05

На пороге перманентного кризиса

С того момента, как Виктор Янукович объявил о приостановке переговоров с ЕС, тем самым невольно спровоцировав системный кризис на всех уровнях власти, минул лишь один год. Однако за это короткое время политический ландшафт Украины прошел через самые глубокие и драматичные перемены за всю историю ее независимого существования.

Процессы общенациональных потрясений, включавшие неконституционное отстранение президента с его поста, отсоединение Крыма и войну на Донбассе, привели к проявлению новой расстановки сил, которая, несмотря на повсеместную турбулентность, может сохраниться в этой стране на относительно протяженный временной период.

Завершающие штрихи в дело определения изменившейся конфигурации властных институтов внесли выборы в Верховную Раду, символично прошедшие практически параллельно сепаратному голосованию в ДНР и ЛНР. Как показал их результат, большинство надежд местных жителей, связанных с созданием, как предполагалось, более прогрессивной политической системы, равно как и соответствующие прогнозы внешних наблюдателей, не оправдались.

Украинское государство, находившееся в докризисный период, возможно, на высшей ступени своего постсоветского социально-экономического развития вместо следования по пути вожделенной европеизации откатилось на долгие годы назад — неудивительно, что действующий статус-кво в гипертрофированной форме напоминает худшие периоды новейшего летоисчисления страны.

Закономерности текущей борьбы в правительственных коридорах и взгляд на опыт прошлых лет позволяют прийти к определенным выводам относительно перспектив государственности Украины, и выводы эти, к сожалению, нельзя назвать оптимистичными для ее населения.

В частности, фундаментальная угроза общенациональной стабильности, как это ни парадоксально, кроется в действующей редакции Конституции, возврат к которой был одним из главных требований Евромайдана на его завершающем этапе. В нынешнем виде Основной Закон предусматривает существование в стране парламентско-президентской формы правления, наименее эффективно, как показывает практика, сочетающейся с местной спецификой политической жизни.

Предыдущий отрезок полноценного функционирования данной редакции документа, пришедшийся на 2006-2010 гг., характеризовался непрестанными конфликтами президента (Виктор Ющенко) и премьер-министра (Виктор Янукович и Юлия Тимошенко), активной борьбой за контроль над силовыми структурами, попытками конкурирующих госорганов проводить обособленный внешнеполитический курс и регулярными спорами вокруг компании «Нафтогаз».

В конечном счете, вплоть до победы Януковича на президентских выборах и отмены через Конституционный Суд поправок 2004 года, политическая реальность страны оказалась парализованной чередой правительственных и парламентских кризисов, несколько раз поставивших их участников на грань вооруженного столкновения.

В настоящий момент крайне затянувшееся формирование правящей коалиции наряду с растущими противоречиями в окружении Петра Порошенко и Арсения Яценюка вызывают прямые ассоциации с внутривластными баталиями времен президентства Ющенко. При этом наличие под контролем каждой из «партий власти» легализованных и неформальных полувоенных объединений, а также резко снизившийся порог неприятия насилия в обществе позволяют им шантажировать друг друга возможностью как силового сценария, так и активизации протестных выступлений. 

Рассчитывать в этих условиях на многолетнее существование устойчивой коалиции было бы крайне наивно благодаря ожидающемуся удорожанию жизни (в результате выполнения сверхжестких требований МВФ), постоянному балансированию на грани возобновления войны и неурегулированности газового и угольного вопросов, и правительству Яценюка, и администрации Порошенко выгодно со временем возложить ответственность за непопулярные решения на партнеров-конкурентов, усиливая таким путем собственные позиции.

Возможно, уже готовясь к грядущему охлаждению отношений с «Народным фронтом», президент пытается провести спешную вертикализацию МВД и начинает поднимать вопрос о расформировании наиболее одиозных добровольческих батальонов, наталкиваясь на нескрываемое сопротивление со стороны как Арсена Авакова, так и аппаратно противостоящего ему главы СБУ Валентина Наливайченко, ответственного, в том числе, за феномен «Правого сектора».

Впрочем, все усилия главы государства в этом направлении могут обесцениться в результате запланированной на следующий год конституционной реформы. Так, поправки, предложенные самим Порошенко и уже одобренные Венецианской комиссией, предусматривают вычленение из его кадровой квоты назначенцев на пост глав Минобороны, МИДа и СВР.

При том, что выгодное президенту изменение формы выдвижения кандидатуры на должность премьера (не по предложению коалиции, как сейчас, а «с учетом ее пожеланий») может и не принести ему дивидендов при согласованных действиях парламентариев, переход военного ведомства под кураторство главы правительства позволит последнему обрести власть над подавляющим большинством существующих вооруженных подразделений.

В случае если Яценюк к этому времени сохранит свой пост, он автоматически получит максимальные рычаги для подрыва президентского влияния во всех стратегически значимых сферах — от социально-экономической до правоохранительной, военно-политической и даже дипломатической.

На руку действующему премьеру играет и явное расположение к нему со стороны ключевого внешнего участника кризиса — официального Вашингтона. В отличие от Порошенко, натолкнувшегося в ходе сентябрьского визита в США на унизительный отказ в предоставлении Украине статуса «основного союзника вне НАТО» и летальной военной помощи, Яценюк в диалоге с американским руководством избежал значимых разочарований.

Показательно, что на фоне царящей в Киеве поствыборной неопределенности, Джо Байден публично призвал украинского лидера ускорить формирование коалиции, хотя он не может не понимать, что этот процесс сегодня упирается именно в нежелание Порошенко идти на кадровые уступки «Народному фронту» и его руководителю. В свою очередь, посол Джеффри Пайетт открыто выразил надежду на то, что президент немедленно возьмется за реформы и «не будет искать отговорок», приведя в пример достижения того же Яценюка.

Расчет американской администрации на скорейшее аппаратное усиление главы правительства и расширение его полномочий понятен — с января к исполнению обязанностей приступит новый состав Конгресса, республиканское большинство в котором намерено добиться активизации военной поддержки Украины. И на этом фоне в Белом доме и Госдепартаменте, несомненно, желали бы перехода ключевой роли в распределении исходящей из США помощи к более близкой и предсказуемой фигуре премьер-министра.
 
Намечающийся раскол в исполнительной власти создает благодатную почву для усиления центробежных тенденций в стране, которые многие киевские лидеры предпочитают игнорировать. Вопреки победным реляциям проправительственных СМИ, декларировавших объединение Украины перед лицом «российской угрозы», итоги выборов показали, насколько велики протестные настроения в юго-восточном регионе.

Впечатляющий электоральный успех «Оппозиционного блока» и немалый процент голосов, отданных в соответствующих областях Компартии и «Сильной Украине» Сергея Тигипко, свидетельствуют о непреходящем кризисе доверия к ставленникам столичных групп влияния и ориентирующихся на них деловых кругов.

Несмотря на это, Порошенко и Яценюк демонстративно отвергли идею сотрудничества с бывшими «регионалами», по факту не приняв во внимание волеизъявление собственных сограждан. Интересно, что большая часть избирателей на территории исторической Новороссии и вовсе отказалась от участия в голосовании.

Причины подобной пассивности могут крыться как в высоком уровне общественной паранойи перед лицом провластных боевых подразделений, так и в недоверии к тем политикам, которые позиционируют себя в качестве «системной оппозиции». Наличие «молчаливого большинства» с неопределенными предпочтениями и устремлениями может привести к возникновению здесь питательной среды для деятельности внесистемных групп, ориентирующихся на электорат некогда авторитетных партий наподобие ППСУ Натальи Витренко и «Родины» Игоря Маркова.

Можно сказать, что сегодня юго-восток оказался перед лицом переформатирования регионального политического пространства, нуждающегося в возникновении новой мощной пророссийской силы. Попытки путем давления загнать эти процессы в подполье натолкнутся лишь на их радикализацию и рост сочувствия народным республикам Донбасса, в особенности если ДНР и ЛНР удастся успешно ликвидировать ущерб от военных действий и начать возрождение своей промышленности.

В то же время, нельзя не учесть то обстоятельство, что текущий рост напряженности сопровождается беспрецедентным переделом собственности, масштабы которого сопоставимы с периодом 90-х годов. Во многом ему способствует существенное ослабление позиций ведущих финансово-промышленных групп юго-востока, подконтрольных таким предпринимателям, как Ринат Ахметов, Дмитрий Фирташ, братья Клюевы, члены семьи Виктора Януковича и др. В отличие от них, не только сохраняют вес, но и усиливаются олигархические кланы Игоря Коломойского и Сергея Левочкина, обладающие большим влиянием в новой Раде, значимым медиа-ресурсом и, в случае с днепропетровским губернатором, подконтрольными добровольческими подразделениями.

Судя по всему, именно этим фигурам и ряду деятелей меньшего масштаба, предстоит стать крупнейшими выгодоприобретателями по итогам начавшегося перераспределения активов, закрепить которые косвенным образом позволит все та же конституционная реформа Порошенко.

В случае если президентские поправки вступят в силу, ожидающаяся децентрализация значительно расширит полномочия областных советов и утверждающихся их депутатами глав исполкомов. Собственно, именно олигархические структуры, которым на заре кризиса была передана ответственность за управление наиболее проблемными и богатыми юго-восточными областями, сегодня обладают наибольшим административным ресурсом для подготовки к будущим региональным выборам и проведению в местные парламенты своих протеже.

От того, насколько перестройка самоуправления будет соответствовать чаяниям и настроениям широких масс, зависит и общая ситуация в регионе. Либо в этих областях появится вертикаль власти, замыкающаяся на ту или иную крупную бизнес-структуру, либо они окажутся ввергнутыми в ситуацию перманентного противоборства представителей Киева, проолигархических организаций и протестного электората. Так или иначе, побочным результатом этой реформы, проводимой при очевидном нежелании Порошенко опираться на настроения юго-востока в ходе принятии ключевых решений, может стать обособление региона и его поэтапное превращение в конгломерат «государств в государстве».

Неформальная автономизация исторической Новороссии последовательно приведет к ответным движениям на западе Украины, уже продемонстрировавшем на рубеже 2013-2014 годов потенциал по раскачиванию общеукраинской ситуации. В ходе прошедших выборов именно западные области обеспечили лидерство «Народному фронту» Яценюка, что в значительной мере связано с превращением местных настроений в часть мейнстрима столичной риторики.

Однако, как показывает опыт Юлии Тимошенко, долговременное сохранение симпатий «западенцев» к тем или иным укоренившимся в Киеве политикам вовсе не гарантировано; в дальнейшем они могут перейти, например, к мэру Львова Андрею Садовому, явно готовящемуся к следующему избирательному циклу и имеющему поддержку со стороны польского истеблишмента, с которым он тесно связан уже долгие годы. Впрочем, подобным кандидатам, не имеющим собственной внушительной медийной и экономической базы, будет крайне сложно заручиться полным доверием столичных элит, что, безусловно, обернется для ядерного электората того же Садового существенным разочарованием и возобладанием стремления к идейному отгоражаиванию от центральной власти.

Раскол на запад и юго-восток, на преодоление которого на словах так рассчитывали организаторы Евромайдана, не только не преодолен, но и усиливается с перспективой роста в обоих регионах недоверия к каждой из правящих партий. Как бы ни пыталось центральное правительство затушевать идеи федерализации Украины, в вялотекущем режиме они будут постепенно воплощаться в жизнь, только основную инициативу у президента и кабмина перехватят ориентированные на местное население партии и бизнес-группы.

В силу всех этих проблем начинает вырисовываться будущее страны, которое вряд ли посчитают светлым даже романтики «еврореволюции». До проведения конституционной реформы, скорее всего, продолжится интенсифицирующееся противостояние в рядах правящей коалиции, аналогичное внутривластному конфликту 2007-2010 годов.

Неспособность БПП и Народного фронта опереться на устойчивое большинство в парламенте будет провоцировать их на политическое маневрирование, сопровождающееся использованием силовых инструментов давления на конкурентов. Уголовное преследование отдельных фигур, выборочное применение люстрационных механизмов, регулярные угрозы и отказ от разоружения со стороны якобы самостоятельных добровольческих батальонов уже сейчас превращаются в часть печальных реалий украинской действительности. Вступая в борьбу за управленческие ресурсы, и президент, и премьер-министр будут делать основную ставку на увеличение собственной популярности в преддверие следующих парламентских выборов (согласно Конституции, они не могут состояться раньше, чем через год после досрочного избрания Рады), которые вновь позволят каждой из «партий власти» претендовать на получение контрольного пакета голосов.

Для Порошенко внеочередное народное волеизъявление станет критически важным после вступления в силу поправок к Основному Закону, однако последовательное снижение его личной популярности, разумеется, не прибавляет президентскому блоку гарантий превращения в следующем парламенте в доминирующую силу. Впрочем, иного выбора, кроме игры ва-банк, у украинского лидера нет — и сохранение текущего положения дел, и вероятное увеличение электоральной поддержки «Народного фронта» после конституционной реформы радикально сократят полномочия главы государства, превратив Яценюка в фактического руководителя страны.
 
От исхода противостояния первых лиц, в конечном счете, будет зависеть ход реформирования национального административно-территориального устройства. Переход к назначению глав областной исполнительной власти заксобраниями поставит их в прямую зависимость от местных групп влияния, и, если Порошенко все еще не отказывается от обещаний организовать общенациональный диалог (который станет неизбежным при полноценном выполнении минских соглашений), то «Народный фронт», очевидно, придерживается другой тактики.

Период руководства страной парламентской коалицией «Европейский выбор» продемонстрировал, что единственным способом удержания юго-востока в орбите своей власти Яценюк и его соратники видели альянс с олигархическими кругами, успевшими за время так называемой АТО обзавестись частными армиями и зачистить политическое пространство в своих вотчинах. В ближайшие годы этот регион может стать ареной противоборства их ставленников с внесистемными деятелями, ориентирующимися на Россию и призывающими к взаимодействию с народными республиками Донбасса. Преломить негативные тенденции способен лишь своевременный поворот конструктивно настроенной части киевских элит (в первую очередь, президента) в сторону местной оппозиции и успешное продолжение диалога с ДНР и ЛНР.

Впрочем, не исключено, что в таком случае уже «Народный фронт» попытается сыграть на активизации радикально настроенных западноукраинских сил, опираясь на те же методы, что и в начале 2014 года. Использование противоборствующими фракциями в конъюнктурных целях фобий и устремлений, царящих в различных частях страны, способно продолжаться достаточно долгое время, но исход у этой деятельности может быть лишь один.

Накануне выборов в Раду партии Порошенко и Яценюка пытались предстать в роли политических сил нового типа, готовых сформулировать объединительную повестку дня для всей страны. Однако пока что итоги их деятельности оставляют неопределенным сам ответ на вопрос: возможно ли в принципе появление в израненной войной Украине программы действий, устраивающей все ее население?

Увлекшись междоусобными противоречиями и не решив эту базовую задачу (в том числе, так и не добившись прогресса по урегулированию донбасского конфликта), киевские руководители рискуют оказаться в ситуации, когда при сохранении украинских границ реальное влияние центрального правительства на регионы с каждым годом продолжит сужаться. И результат таких метаморфоз, вполне вероятно, приведет не к превращению украинского государства в восточноевропейскую Швейцарию, о чем, возможно, грезили некоторые идеологи Майдана, а к переносу на его почву опыта, к примеру, Демократической Республики Конго.

Политолог, ведущий аналитик Центра политической конъюнктуры Антон Гришанов специально для «Актуальных комментариев»
Нельзя не учесть то обстоятельство, что текущий рост напряженности сопровождается беспрецедентным переделом собственности
24 Августа 2016 Украина и Донбасс  СК возбудил дело против Степана Полторака Следственный комитет России возбудил уголовное дело в отношении главы Минобороны Украины Степана Полторака. Кроме того, дела возбуждены в отношении еще нескольких высокопоставленных военнослужащих. 24 Августа 2016 Украина и Донбасс  Украинский телеведущий осудил Майдан Депутат Киевского совета, известный на Украине телеведущий Дмитрий Гордон сожалеет о том, что в 2013 году поддержал Евромайдан. По его словам, если бы в период Евромайдана он знал, к каким последствиям приведет государственный переворот, то поступил бы иначе. 24 Августа 2016 Украина и Донбасс  Порошенко обменял генпрокурора на кредит США добивались от президента Украины Петра Порошенко увольнения прежнего генпрокурора Виктора Шокина, угрожая в противном случае удержать финансовую помощь Киеву в виде кредитной гарантии в размере $1 млрд.
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".