Статья
2454 16 Июля 2019 23:59

Освоение Арктики как стратегическая задача

Дискуссия об освоении Арктики с каждым годом становится все острее. Столь амбициозный и сложный мегапроект, от успешности реализации которого зависит положение нашей страны на международной арене, вызывает множество вопросов и требует от исполнителей нестандартных, уникальных подходов. О том, что необходимо для успешного освоения Арктики, и какие риски отмечают эксперты, в нашем обзорном материале.

Труднодоступный потенциал

Российская часть Арктики, утвержденная международными соглашениями, составляет 4,1 миллиона квадратных километров. Эта площадь примерно равна территории всего Европейского союза. Но важно не количество, а качество этой территории. Примерно два миллиона квадратных километров — потенциально нефтегазоносные.

По данным Минприроды России, ресурсы российской Арктики на текущий момент составляют около 511 миллиардов тонн нефтяного эквивалента. Это примерно 65% мировых потенциальных ресурсов углеводородного сырья или около 2/3 от всех запасов, разрабатываемых в мире в настоящее время.

Старший аналитик «БКС Премьер» Сергей Суверов напоминает, что, по прогнозам отраслевых экспертов, добыча нефти в России может падать уже с 2022 года, поэтому нефтяному рынку нужна свежая кровь: «Запасы в Арктике оцениваются примерно в 500 млрд тонн — это огромная величина, то есть это очень богатый регион. И вот только освоение нового арктического кластера поможет приостановить падение добычи в России. Ну и плюс создание инфраструктуры даст мультипликативный эффект экономике, который эксперты KPMG оценивают примерно в 2% к ВВП до 2050 года, 30 трлн рублей до 2038 года. То есть это огромный мультипликативный эффект в экономике, это российское оборудование, буровые установки, линии электропередач, аэропорты, дороги и так далее. Что предлагает „Роснефть“? Она предлагает, чтобы государство, естественно, помогло освоению этого проекта, предлагает налоговые льготы по примеру тех налоговых льгот, которые государство давало „Новатэку“ в проекте Ямал СПГ. Это обнуление ставки НДПИ, это налоговые стимулы при строительстве инфраструктуры, и только из-за поддержки государства возможная реализация этого проекта даст положительную внутреннюю норму доходности. Потому что без поддержки государства этот проект достаточно трудно развивать и самой „Роснефти“, и иностранные партнеры „Роснефти“ тоже, в общем-то, хотят положительную доходность, поэтому вот нужны такие вот масштабные налоговые льготы. Прежде всего по НДПИ, потому что НДПИ — это 70% налогов, да, поэтому», — отмечает эксперт.

С Суверовым согласен и доцент Финансового университета при Правительстве РФ Леонид Крутаков: «Вот объем прогнозируемых запасов в Арктике это порядка 65% прогнозируемых запасов всего мира. А мир просверлен скважинами разведочными на 60-70%, в США — на 90. То есть там практически нет шансов открыть новые. Дешевой нефти в мире больше нет. Это либо глубоководный шельф, либо Арктика. Без Арктики — это будущее энергетики вообще, мировой — невозможно ее развитие», — отмечает эксперт.

Однако огромный ресурсный потенциал необходимо реализовать, и перед компаниями, которые будут вести эту работу встает огромное множество вопросов и проблем. Одна из наиболее очевидных из них — полное отсутствие инфраструктуры. Арктика на сегодняшний день представляет из себя практически чистое поле, где нет ни транспортной, ни добычной инфраструктуры.

«В Арктике работать вдвойне тяжело, потому что там чудовищные природно-климатические и, кстати говоря, транспортные условия, они просто чудовищные. Поэтому развитие Арктики невозможно без налоговых инвестиций», — считает экономист Михаил Делягин.

Для того, чтобы успешно работать в Арктике, мало пробурить скважины. Необходимы морские терминалы, резервуарные парки, аэродромы, автодороги, ледоколы, инфраструктура для рабочих и множество других объектов. Ситуация усложняется и тяжелыми погодными условиями, которые потребуют применения новых технологий.

Технологический потенциал освоения Арктики также отметил Крутаков: «Арктика — это не только проект „Восток ойл“, это не только целая страна, это возможность нашего технологического прорыва. То есть это и приборостроение, тут говорилось, и судостроение, то есть это мультипликативный эффект колоссальный».

Реализация столь масштабного проекта, конечно, потребует мобилизации огромных ресурсов. Ни одна компания на сегодняшний день не готова при помощь собственных сил реализовать весь объем задач. Успех гарантирован только в рамках интегрированных проектов с длинным жизненным циклом. Такие проекты требуют создания определенных инвестиционных условий.

Инвестиции и особые условия

В условиях сложной экономической ситуации и замедления темпов роста российской экономики столь сложные и масштабные проекты пугают инвесторов и представителей крупного бизнеса. Если в феврале 25% предпринимателей ждали оживления деловой активности уже в следующем году, то в июне таких оптимистов было всего 15%, ссылаются на данные опроса аналитики IHS Markit. По мнению экономиста Сиана Джонса, из-за слабеющего внутреннего и внешнего спроса, а также усложняющихся условий ведения бизнеса предприниматели не рискуют вкладывать. Частные компании не чувствуют себя в безопасности и снижают инвестиции. Бизнес вынужден фокусироваться на рисках, а не на возможностях, это ведет к сужению горизонта планирования и отказу от игры вдолгую. В результате мы наблюдаем рекордные дивидендные выплаты российских компаний на фоне стагнирующей экономики.

Для преодоления этой ситуации необходимы крупные инвестиционные проекты, и освоение Арктики может быть таковым. Государство получит мультипликативный эффект для всей экономики, который, по предварительным оценкам, может превысить 30 трлн рублей до 2038 года.

По мнению ведущего эксперта Союза нефтегазопромышленников России Рустама Танкаева, в России необходимо создавать специальный налоговый режим для арктических проектов: «Надо с чего-то начинать. Мы начали — „Ямал СПГ“. Правильно. Положительный пример. Надо его развивать дальше. Следующий. Ванкорский кластер и развитие Севморпути, загрузка Севморпути. Это даст толчок всем остальным регионам арктическим для развития», — считает эксперт.

Позиция властей

Руководство страны отмечает важность освоения Арктики для развития государства. Например, в мае президент РФ Владимир Путин подписал указ о национальных целях и стратегических задачах развития страны на период до 2024 года. Одна из стратегических задач нашей страны на этот период — развитие Северного Морского пути, который призван стать ключевой транспортной артерией, связывающая воедино Евразию. Для успешной реализации этого проекта, грузопоток по Северному морскому пути должен быть доведен к 2024 году до 80 млн тонн. Без нефтегазовых ресурсов арктического региона обеспечить загрузку СМП невозможно.

«Пришло время промышленной политики. Вот „Восток Ойл“ это промышленный проект, который даст колоссальный эффект. Это дороги, аэропорты, это Северный морской путь, про который мы говорили. Без 80 миллионов тонн трафика он не оживет. Вот этот проект дает сто миллионов тонн трафика только углеводородов», — напоминает Крутаков.

Однако, как уже было отмечено выше, для реализации столь амбициозного проекта необходимы особые экономические условия для ведения бизнеса. Ведь именно у государства, по мнению экспертов, есть необходимый инструментарий: «главный рычаг в руках государства — это налоги, да, потому что можно, конечно, попробовать с помощью государства привлечь также иностранных партнеров, которые могли бы снизить финансовые риски и частично взять на себя финансирование, да, вот этих проектов, но, наверное, вот это все-таки задача больше нефтяных компаний, которые осваивают. То есть в принципе те примеры, которые есть за рубежом, говорят о том, что все-таки именно налоговый стимул является основной мерой господдержки», — подчеркнул Суверов.

Примечательно, что у государства и российского бизнеса уже есть работающие модели.

Наглядный пример — завод по производству сжиженного газа «Ямал СПГ», построенный НОВАТЭКом в партнерстве с Total, CNPC и Silk Road Fund. Проект позволяет производить в полтора раза больше СПГ, чем на действующем заводе «Газпрома» на Сахалине. Это позволит России уже в 2020 году поставлять на мировой рынок свыше 27 млн т сжиженного газа — это больше, чем сегодня экспортирует Малайзия, третий по величине после Катара и Австралии производитель СПГ.

Ввод завода в эксплуатацию — заслуга не только акционеров, но и налоговых льгот. Южно-Тамбейское месторождение, служащее для «Ямал СПГ» ресурсной базой, освобождено от НДПИ на газ в первые 12 лет добычи при условии, что ее совокупный объем за этот период не превысит 250 млрд куб. м.

Кроме того, проект получил прямые государственные субсидии. В 2015 году правительство одобрило покупку облигаций «Ямал СПГ» на 150 млрд руб. из Фонда национального благосостояния.

Другой удачный пример — инвестиционные стимулы, предоставленные «Роснефти» на развитие Самотлорского проекта. В результате предоставленных инвестиционных стимулов спад добычи на месторождении замедлился с 5% в 2008-2017 году до 0,9% в 2018 году. Прямой налоговый эффект составил порядка 60 млрд рублей.

Подобная практика распространена не только в России. Для успешной работы бизнеса льготы применяют США, Саудовская Аравия и многие другие страны. Экономист Михаил Делягин в эфире телеканала «Россия 24» напомнил, что именно благодаря налоговым льготам в США появился рынок добычи сланцевой нефти: «Сланцевая отрасль появилась именно благодаря огромным, не могу сказать налоговым льготам — это неправильный термин, налоговым инвестициям. Потому что о чём идёт речь? Государство говорит: Дорогие друзья! Вот если не делать ничего, то там и будет ничего, и никаких денег государству не будет. Смысл проекта заключается в том, чтобы не брать налоги некоторое время с этого проекта и позволить ему развиваться. И тогда, вот, говорят эту сумму — 2,6 триллиона рублей, нужно учесть, что это на тридцать лет. Потому что, когда вы называете сумму 2,6 триллиона, возникает ощущение сразу: „Ой! В федеральном бюджете заморожено двенадцать с половиной. Это что же, останется чуть меньше десяти? Как же наше правительство будет жить с десятью триллионами рублей, которые не знает, куда приткнуть?“. Нет. Это — на тридцать лет. То есть это менее полупроцента годовых расходов. Но забывают, что эффект налоговый составит 4,4 триллиона рублей. То есть речь не о том, чтобы взять деньги и выкинуть на ветер. Нет. Речь идёт о том, чтобы получить в федеральный бюджет 1,8 триллиона рублей, которых не было бы без этих налоговых инвестиций. Точно так же, точно по этой же схеме американцы создали сланцевую отрасль. Когда не было ничего, они стали давать льготы. Они, правда, стали осуществлять ещё инвестиции прямые в исследования, и отчасти они стали поддерживать производство, и они создали ситуацию, когда более половины американской нефти, по официальной американской статистике, является сланцевой», — отмечает эксперт.

Российский налоговый режим, по мнению эксперта, значительно усложнит развитие российской Арктики: «в том налоговом режиме, который у нас, невозможно развитие и Черноземья. Но в Арктике, соответственно, нужно отлаживать принципиально новые механизмы, и, что очень важно, что очень важно, предложение заключается не в том, чтобы „вот помогите компании!“. Нет. Предложение заключается в том, что „помогите проекту“ и любым участникам этого проекта. Абсолютно любому», — подчеркнул Делягин.

Делягин отметил, что на ситуацию могли бы повлиять дешевые кредиты: «В принципе, если цена кредита будет человеческой, не как на Западе, не как в развитых странах, но хотя бы 4%, тогда налоговые инвестиции не понадобятся. Но это требует нормализации всей социально-экономической политики Российской Федерации», — отметил эксперт.

Крутаков напомнил, что США вкладывают огромные средства в нефтяную промышленность: «Размер субсидий США — закрытая сумма. Я как-то нашёл: за 2013 год суммы субсидий американского правительства в сланцевую нефть сопоставимы со всей экспортной выручкой России от экспорта нефти. То есть она вот если не выше, то примерно одинакова. Там колоссальные суммы идут!», — отмечает эксперт.

Крутаков считает, что к господдержке в таких проектах необходимо относиться не как к затратам, а как к инвестициям в будущее: «Можно ведь относиться не как к затратам, а к новым рабочим местам и новым доходам. Я думаю, что проектная политика, промышленная политика именно такой подход и проповедует, потому что это вот только спекулятивный сектор считает издержки, а промышленный считает будущие эффекты. Я только одно хотел сказать в этом смысле. Позиция Минфина, который посчитал убытки, да, уже и с ними выпадающие как бы. Знаете, помните фильм такой „Не горюй“. Там Кикабидзе в яме оказывается с Мкртчян, там. Он говорит: „Хочешь конфетку?“ Тот говорит: „Да“. А он говорит: „Нет конфетки“. Вот Минфин хочет конфетку, которой еще нет, понимаете в чем дело. Ее надо сделать, построить», — отмечает эксперт.

С ними также согласен Сергей Суверов: «Уровень налогообложения наших нефтяных и газовых компаний — самый высокий в мире. Если арктические проекты получают определённую льготную среду инвестиционную, то получается, как с „Ямалом СПГ“: реализуется проект, важнейший, крупнейший проект для России, появляются новые источники поступления в бюджет и так далее», — отметил эксперт.

Кластерный подход

По мнению Рустама Танкаева, для успешного освоения Арктики необходим кластерный подход: «Уже, как известно, создан Ванкорский кластер на севере Красноярского края. Это такой северо-восточный угол Западно-Сибирской нефтегазоносной провинции. Регион очень перспективный. Запасы там открывают ежегодно достаточно большие. Почему кластер? Потому что сделана единая инфраструктура для большого количества месторождений, что позволяет очень сильно экономить деньги и делает экономику этих проектов приемлемой. Но если мы как сейчас продолжим качать эту нефть по системе Восточная Сибирь — Тихий океан в Козьмино и дальше поставлять на мировой рынок, огромные расстояния прокачки съедают значительную часть полученной, возможной прибыли. И, конечно, лучше найти другие пути, более эффективные. Более эффективным путем является строительство на побережье порта нефтеналивного и поставка нефти танкерами как в Европу, так и в Юго-Восточную Азию. Для того, чтобы это реализовать, нужно фактически построить целую страну. Потому что там ничего нет. Северный морской путь, как мы знаем, был заброшен, сейчас он оживает. Сейчас очень многое делается для того, чтобы он заработал. Но для того, чтобы он заработал, во-первых, нужны опорные пункты, порты, которые позволят бункероваться судам, позволят производить текущий ремонт и так далее. И, конечно, нужны сами суда. Их нужно построить», — отметил эксперт в эфире телеканала «Россия 24».

Перспективы

У России сегодня есть необходимые навыки и технологии для освоения Арктики. Государство должно лишь создать благоприятные условия в столь сложном регионе, что позволило бы бизнесу реализовать стратегические задачи.

21 Августа 2019 Новости
«Роснефть» отчиталась о производственных результатах за I полугодие 2019 года
 «Роснефть» отчиталась о производственных результатах за I полугодие 2019 года «Роснефть» вновь улучшила свои производственные показатели, следует из информации, опубликованной на сайте компании. Увеличена среднесуточная добыча углеводородов, зафиксирован прогресс в сфере разработки новых месторождений и многих других сферах.
20 Августа 2019 Новости
Грязная нефть «Дружбы»: как «Транснефть» пытается уйти от ответственности
 Грязная нефть «Дружбы»: как «Транснефть» пытается уйти от ответственности «Транснефть» пытается переложить с себя ответственность за загрязнение нефтяного трубопровода «Дружба», а также усложнить контроль за качеством нефти, поступающей на экспорт, считают эксперты.
14 Августа 2019 Новости
«РН-Юганскнефтегаз» получит более 6 млрд рублей благодаря внедрению новых технологий
 «РН-Юганскнефтегаз» получит более 6 млрд рублей благодаря внедрению новых технологий «РН-Юганскнефтегаз», которое является дочерним предприятием НК «Роснефть», по итогам 2018 года реализовал мероприятия с экономическим эффектом 6,1 млрд рублей благодаря внедрению технологий по разработке низкопроницаемых коллекторов.
© 2008-2018 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".