Статья
2163 6 Апреля 2019 11:27

«Путинизм» и «Джексонианство»

«Путинизм» и «Джексонианство»
Фото: kremlin.ru

Прошлогодняя «бархатная революция» в Армении и недавняя отставка президента Казахстана Нурсултана Назарбаева являются индикаторами серьезных перемен не только на постсоветском, но и евразийском континенте. Однако сложно понять и осмыслить эти и другие в отрыве от глубинных процессов, имеющих место в России — основного геополитического игрока региона. В последнее время наблюдается интересная тенденция, когда высокопоставленные российские политики пишут статьи идеологического характера, в которых пытаются осмыслить метафизические смыслы мирополитических процессов и найти место Москвы в меняющемся мире. Основной посыл этих работ заключается в том, что страна подошла к определенному периоду, когда завершается процесс формирования новой долгосрочной национальной идеологии — «путинизма». Данная идеология слабо связана с субъективной личностью самого российского лидера, она в значительной степени отражает цивилизационные, политические, культурные и религиозные ценности, возникшие на стыке столкновения либерального эксперимента первой десятилетки после распада СССР с консервативным реализмом, который с 2000 годов последовательно набирал обороты.

Государственники-консерваторы быстро разочаровались в неолиберальном пути, учитывая, что лидеры условного Запада не торопились интегрировать Россию в свою систему, а политический диалог выстраивался на основе риторики бесконечных обещаний и реального игнорирования позиции Москвы в ключевых вопросах международной политики. Вторая крупнейшая ядерная держава, которая сыграла ключевую роль в создании системы баланса сила в Европе после разгрома Наполеона Бонапарта и победы над нацисткой Германией априори не может себя представить на обочине глобальных мирополитических процессов и смириться с тем, что ее считают проигравшей стороной в Холодной войне. Глубинные элиты, отвечающие за стратегические решения, воспринимают свою страну через нарративы «Москва — Третий Рим» и «Правопреемницы Византии».

Идеология «путинизма» во многом похожа на американское «джексонианство», близкое к нынешней администрации президента Дональда Трампа. Обе концепции исходят из концепции первоочередности интересов своих стран и наций. Глобализм и наднациональные институты важны с точки зрения установления более тесных контактов между различными акторами, но они не должны выступать в качестве «учителей» тех или иных стран. Формулы крайне просты — для Трампа «America First» и все остальное должно быть подчиненно достижению этой цели, а для Владимира Путина мир не имеет значения, если в ней нет России. Важное место в этих идеологемах занимает вера и религия. Соединенные Штаты были сформированы на основе протестантской пуританской этики и именно это определяет духовное начало американской нации и государственности. Аналогичный стержень для России — это православие, принятое в 988 году по византийскому образцу. Религиозный элемент всегда играл важную роль в процессе государственного строительства (Православие. Самодержавие. Народность — философия Российской империи) и формирования национальной элиты. С точки зрения российских лидеров православие может выступить в качестве основного фактора консолидации общества, способствуя формированию новой российской идентичности, без которой общество обречено на духовно-нравственный кризис, чреватый серьезными последствиями, вплоть до потери суверенитета и исчезновения как цивилизационной общности. При этом очевидно, что Америка и Россия многоконфессиональные страны, поэтому задача протестантизма и православия объединять и укреплять, а не доминировать или поглощать.

Политика, с точки зрения «путинизма» и «джексонианства», должна строиться на основе силы и решимости. Конкретная реализация этих принципов осуществляется через усиление военного фактора. Трамп в Америке и Путин в России последовательно укрепляют свои вооруженные силы, повышая финансирование для оборонного сектора и военно-промышленного комплекса. Лидеры двух стран — США и России — осознают, что неолиберальный порядок находится в глубоком кризисе и его крах неизбежен, поэтому они обязаны укрепить свои государства с целью обеспечения безопасности своих наций в меняющемся мире. Для Москвы, по мнению ее идеологов, также важно вернуться к своим геополитическим смыслам. В этом также можно найти много общего между «путинизмом» и «джексонианством». Так, президент Трамп готов использовать все ресурсы для защиты интересов Соединенных Штатов в критических точках. В отношении той же Венесуэлы он справедливо исходит из бессмертной концепции «Доктрины Монро», согласно которой американский континент является зоной жизненно важных интересов США. Аналогичным образом Россия воспринимает постсоветское пространство, которое исторически, политически и экономически тесно связано с Москвой.

Дональд Трамп, исходя из своих представлений о защите интересов США, принимает решение перенести посольство США из Тель-Авива в Иерусалим (что верно) и признать Голанские высоты за Израилем. Подобный шаг будет оспариваться многими странами и народами — это правда, но необходимо признать и другую правду — все эти суждения будут носить субъективный характер и исходить из конкретных симпатий. Почему эти мнения должны волновать президента Соединенных Штатов, принимающего решения на основе своих убеждений о правильном и ошибочном, добре и зле? Точно также Путин поддержал тогдашнего президента Медведева о вопросе признания независимости Южной Осетии и Абхазии и во время своего третьего срока принимал решение о присоединении Крыма. Свои шаги Москва не считает антиамериканскими или антизападными, просто ее представления образа того же Запада совершенное иное, основанное на консервативных христианско-иудейских ценностях.

В целом, «путинизм» говорит о бесспорности того факта, что именно Владимир Путин спас новую Россию от распада и спустя какое-то время вернул ее в глобальную политику в качестве великой державы со своими национальными интересами. То же самое «джексонианство» — сделать Америку великой вновь, вернуть ее к своим реальным цивилизационным ценностям и миссии, заложенной отцами-основателями. Конечно близость идеологических установок не говорит о том, что США и Россия станут союзниками и вместе будут формировать новый миропорядок. Скорее наоборот — конкуренция на международной арене будет усиливаться, а кризис в отношениях Вашингтона и Москвы углубляться. Однако эти концепты позволяют надеяться, что стороны, адекватно воспринимая друг друга и уважая друг друга (ведь даже противников можно уважать), не станут переходить опасные красные линии.

Арег Галстян, кандидат исторических наук, американист

Источник

Актуальные комментарии
© 2008-2018 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".