Комментарий
27 Августа 2014 17:33

Традиция коррупции

Юрий Пивоваров политологЮрий Пивоваров

Юрий Пивоваров
политологЮрий Пивоваров

27 августа исполняется 254 года со дня запрета императрицей Елизаветой Петровной взяточничества госчиновников.

Российские законотворцы, даже находясь на каникулах, продолжают работать над совершенствованием антикоррупционного законодательства. Предлагается обязать родственников осужденных за любое коррупционное нарушение отчитываться об источниках приобретения имущества.

Проблему коррупции в России с «Актуальными комментариями» обсудил историк, доктор политических наук, профессор, академик Историко-филологического отделения РАН Юрий Пивоваров.

- Человечество и в древние, и в средние века, и сейчас, и не только в России, сталкивалось с проблемой так называемой коррупции. Весь вопрос заключается в масштабах, характере и качестве коррупции.

- Отличается ли чем-то коррупция в России от этого явления в других странах?

- Что у нас называется коррупцией? Это часто такие традиции российского общества. Коррупция это внеправовой передел, скажем, собственности, имущества, каких-то материальных, нематериальных средств. Когда один человек звонит своему другу, говорит: «Возьми моего сына учиться в МГУ» и сына берут – это тоже коррупция, хотя никаких имущественных отношений нет.
  Что касается российского общества, для которого характерен дефицит права, где власть подменяла право, где суд не играл большой роли, для нас коррупция – это, если угодно, естественное состояние. Это наша органика. Это не та коррупция, о которой поставлены итальянские, американские фильмы – это не об этом, это не о законах, что родственники должны тоже отчитываться, если кто-то на чём-то пойман. Всё гораздо глубже, серьёзнее.

Другой вопрос – эту органику надо понять. Понять, как можно её преодолевать, как можно минимизировать и, что делать в этих традиционных исторических условиях? Внеправовой передел всяких благ, имуществ и прочее, прочее, привилегий – это, действительно, наша характерная черта, как вообще характерная черта неевропейских обществ. Потому что только в Европе и в Америке право играет ту роль, в которой мы бы хотели видеть свои законы и суды. Но у нас другая история, у нас другие традиции.
Мне эти российские традиции несимпатичны. Как русский человек я понимаю, что они есть, и с ними тяжело.

- Как бороться с этими традициями коррупции, если они являются органикой русского человека?

- С ними можно бороться, как боролись при Сталине – стрелять, сажать, запретами. Говорят, при Сталине меньше воровали. Действительно, меньше. В Китае с коррупцией как борются?  Расстреливают чиновников, попавшихся на этом. Мы это знаем. 
Но, например, к концу XIX века российское чиновничество практически освободилось от коррупции в узком смысле слова: взятки и прочее, прочее. Как? За счёт просвещения, образования, за счёт высокого социального статуса, за счёт высокой оплаты, за счёт понятий чести, благородства, стыда, если ты что-то такое сделал. Коррупция – это комплексная проблема.

В нашем же обществе борьба с коррупцией всегда вызывает у меня улыбку, потому что когда организм тяжело болен гриппом, а мы боремся только с внешними симптомами, болезнь не победить. Эта поверхностная коррупция, описанная юристами, показанная в фильмах, – не самое страшное, а вот то, что в глубине лежит – это уже серьезно.

Когда мы видим, что в Подмосковье и вокруг крупных российских городов стоят роскошнейшие виллы, сопоставимые с калифорнийскими, баварскими, мы задаемся вопросом – откуда это берётся? Это достойные люди, всем известные, патриотичные. А откуда они это взяли, на какие деньги? В этом есть некое фарисейство. Мы боремся с коррупцией, тут же садимся в «Мерседес», во Внуково-3, летим к себе на виллу в Лондон

Всё должно начаться сверху, власть имущие должны начать с себя. Когда меня спрашивают: «Когда у нас будет хорошо?», я говорю – «Когда у нас премьер-министр будет жить в двухкомнатной квартире, как Ангела Меркель». Канцлер ФРГ живёт в той же двухкомнатной квартире, где она жила, когда была кандидатом наук в ГДРовской академии наук. Канцлер Шрёдер, только выйдя на пенсию, сумел купить себе дом в Ганновере, а до этого не имел. Американский президент, который атомную бомбу сбросил, мерзавец, вышел из Белого дома в 1952 году с чемоданом, сел на автобус, поехал в свой городок, где он жил. Когда российские верхи покажут пример – вот тогда. Но в это я никогда поверить не смогу. Я не говорю о ком-то персонально, я говорю вообще об огромной массе людей, которая нами правит на региональном уровне, на национальном, местном. Это самые богатые люди.

С традицией коррупции надо бороться, понимая, что это болезнь, и это то, что тормозит развитие общества. Но как бороться? Человек должен знать, что у него нормальная заработная плата, у него будет нормальная пенсия, у него будет нормальное социальное обслуживание. Тогда уйдут эти вполне обоснованные психологические причины. Представьте, жена мужу говорит: «Дурак, тебя выгонят с твоего начальства, и как мы будем жить? А дети, а внуки?». И он готов идти каким-то коррупционным путем. Когда он будет уверен в детях, внуках и себе, когда он будет точно знать, что он не пропадёт  – только тогда он не пойдет на это. Нужно здоровое социально-гармоническое общество. К нему надо стремиться, и Россия знала периоды более или менее приближения к этому обществу.

Наталья Захарова специально для «Актуальных комментариев»

  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".