Статья
2 Февраля 2010 0:51

Университет в руинах

Зачем анархисту оставаться в университете или о бесполезных университетских знаниях в структуре кризиса девяностых.
Комментарии экспертов
<p>Особенный колорит вышедшей в ГУ ВШЭ книге «Университет в руинах» придает тот факт, что автор — все еще молодой человек. И таким останется навсегда. В <nobr>1994-м</nobr> году этот молодой канадец погиб в авиакатастрофе. Ему было 34 года. Книгу завершала, я так понял по предисловию, его подруга.</p>
<p>Сделаны эти культурологические рефлексии из ряда статей, опубликованных ранее. С одной из них, напечатанной в <nobr>1995-м</nobr> году в NLH я ознакомился еще в те счастливые годы, когда университетский график с одной стороны и не слишком обременительные занятия бизнесом с другой, позволяли мне выкраивать время на библиотеку. Там в зале периодики «Иностранки» я обычно коротал время, пока не «поднимут» нужную книгу, и читал в основном этот журнал, изредка «Analysis» или еще что-нибудь, вроде «Вопросов философии» в поисках свеженьких переводов. Тогда этот журнал еще можно было если не читать, то хотя бы просматривать. По поводу статьи — могу сказать, что тогда она нисколько меня не задела. Впрочем, сама книга не намного интереснее.</p>
<p>Риддингс занимает довольно консервативные позиции относительно Университета в целом и его будущего в частности. Современный, или, как его иногда называет автор, «настоящий» Университет вырос на обслуживании идеи национального государства. С кризисом национального государства Университет впадает в длительный период стагнации. Приводит она к тому, что идея Просвещения и нынешний Университет окончательно, как кажется, расходятся. Выход автор видит в «институциональном прагматизме». Мысль расшифровывается очень просто: пусть Университет, потерявший идентичность и культурную миссию, делает с собой что хочет.</p>
<p>Центральная идея Риддингса вызывает, честно говоря, у человека, наглядевшегося на практики «реального» университета только ухмылку: «Университет теряет свой привилегированный статус модели общества и не возвращает его, не становится моделью отсутствия моделей. Скорее Университет оказывается одним из мест, в которых ставится вопрос бытия-вместе, ставится с настоятельностью, обусловленной отсутствием институциональных форм (таких как национальное государство), исторически способствовавших замалчиванию данного вопроса на протяжении приблизительно трех последних столетий» (с. 38). Такое замечательное предложение наверняка бы очень понравилось певцу «совместности» товарищу Вячеславу Дмитриеву, поскольку дает простой и очевидный в своей невинной непосредственности ответ на вопрос, на который сам Дмитриев не может ответить уже лет двадцать: зачем анархисту оставаться в Университете?</p>
<p><nobr>90-е —</nobr> это период, пожалуй, наибольшего кризиса Университета в <nobr>20-м</nobr> веке. Именно из <nobr>90-х</nobr> выросли разного рода «антикризисные» программы, призванные вдохнуть новую жизнь в Университет: Болонский процесс в Европе или программы по переориентированию Университета на прямое обслуживание крупнокопоративных заказов как Стэндфорд. В середине же <nobr>90-х</nobr> после волны неолиберальных реформ такого рода мировоззрение, которое и отразилось в тексте «Университета в руинах», было крайне распространенным.</p>
<p>Книга не новая — 1996 года издания. И, как мне кажется, сейчас в России — бесполезная. Даже несмотря на то, что в последней части обильно цитируются Деррида, Нанси, Льотар и Ко. Поскольку в ней нет ничего о том что определяет сегодняшний день дискуссий об Университете — а именно, нет ничего о Болонском процессе.</p>
<p>Билл Риддингс «Университет в руинах» — ИД ГУ ВШЭ, М., 2010</p>
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".