В Аквиле завершился саммит G8
Лидеры "восьмерки", а также стран приглашенных на саммит завершили работу церемоний официального фотографирования.
Перед началом фотографирования была открыта мемориальная доска в память о жертвах землетрясения, которое поразило регион Абруццо весной этого года. Главы государств и правительств почтили память его жертв минутой молчания, которую отмерили удары колокола.
После этого лидеры 28 стран и руководители 8 международных организаций, которые принимали участие в саммите сфотографировались на память, тем самым завершив его работу.
Саммит "восьмерки" стал самым многоформатным за всю историю таких форумов. Количество стран-участниц неизменно увеличивалось – сначала с 8 до 14 в рамках Хайлигендаммского процесса утром второго дня и до 28 к вечеру. В последних мероприятиях к ним добавились еще восемь международных организаций.
В итоге в последний день саммита в Аквиле собрались, помимо лидеров стран G8 и ЕС, главы государства и правительств Алжира, Анголы, Египта, Эфиопии, Ливии, Нигерии, Сенегала, ЮАР, Австралии, Бразилии, Индии, Индонезии, Испании, Китая, Мексики, Нидерландов, Южной Кореи, Турции, Дании, Африканского союза, а также руководители ООН, ВТО, МВФ, Всемирного банка, Международной организации труда, Международного энергетического агентства, ОЭСР.
В процессе саммит безусловно доказал, что кризис большой восьмерки наступил уже достаточно давно. То, что было решено пригласить на эту встречу не только лидеров большой восьмерки, а так же больших стран Африки и Латинской Америки, кговорит о том, что кризис наступил, и кризис весьма серьезный.
Судя по всему, здесь вина в том числе и Сильвио Берлускони, который не смог четко сформулировать повестку дня, а поэтому было принято решение обсудить все, что только можно - и климатические изменения, и помощь странам Африки, и, конечно же, финансовый кризис. Но вместе с тем безусловно видно, что такой вот разброс тем призван просто маскировать отсутствие какой-либо повестки дня, или даже отсутствие способности этих стран выработать эффективный механизм устранения проблем, которые сейчас стоят перед цивилизацией, перед международным сообществом.
Что касается решений, принятых на этом саммите, я бы отметила два момента. Это решения по Ирану и по Северной Корее. На мой взгляд, они были достаточно мягкими вопреки последним заявлениям, и в особенности вопреки стремлению США ввести санкции против Ирана и КНДР. Формулировка решения оставляет широкое поле для трактовок. Иран и Северную Корею призывают отказаться от ядерной программы и решать эту проблему дипломатическим путем. Эту формулировку можно рассматривать как угодно - и как возможное введение санкций, и как ужесточение подхода международного сообщества, как возможность силового решения - то есть, все что угодно.
Опять же, отмечу заявление Николя Саркози, где он сказал, что до сентября у Ирана есть время свернуть свою программу, а потом будет применение силового воздействия.
Что это, пока не ясно, я думаю, что, скорее всего, это опять же очередное обещание, поскольку против Ирана пока, кроме санкций, никаких более-менее серьезных мер не принималось. Отмечу, что для России итоги саммита в целом не хороши и не плохи, поскольку ключевым саммитом для России была встреча в Санкт-Петербурге в 2006 году. Теперь же это исключительно имиджевая составляющая.
Глобальная повестка дня, как показал саммит «большой двадцатки» в Лондоне, подразумевает не столько предметные решения, сколько расстановку акцентов, которые в последующем должны дать продвижение инициатив, реализуемых отдельными государствами.
Далеко не случайно, что в «саммите двадцатки» принимали участие представители ООН, африканского союза, ВТО, Международного Валютного фонда. Именно они, а также Всемирный банк и энергетическое агентство должны стать теми субъектами, которые будут принимать предметные решения глобального характера. А такой расширенный саммит «группы восьми» должен был определить для них векторы и направления их активности.
Учитывая тот факт, что повестка дня у таких глобальных встреч мировых лидеров, в том числе в расширенном формате, начинает уплотняться, потому что сейчас мы видим фактически лишь второй саммит. Хотя он и называется громко «саммитом восьмерк и», тем не менее, де-факто он дублирует саммит двадцатки
Уже в этот год их будет три, если не состоится еще один саммит «восьмерки» - то есть два саммита большой двадцатки и один саммит большой восьмерки.
Фактически в условиях кризиса государства демонстрируют стремление к большему взаимодействию и желание найти хотя бы приблизительный вектор выхода из глобальных проблем, которые решить они, по всей видимости, самостоятельно не в состоянии. Особенно если говорить о проблемах глобального потепления или энергетики и энергетических ресурсов, что, в общем-то, наверно, оправданно, какие предметные решения буду приниматься. Как показал саммит большой двадцатки в Лондоне, на самом деле далеко не все из того плана, который был согласован тогда, сейчас получило предметную реализацию и воплощение.
![ИИ-тократия](/upload/resize_cache/iblock/5ca/238_170_1/kckzprbeem0n8e6xwr9a7kk4488w8t7q.png)