Комментарий
28 Июля 2009 0:00

В бой идут одни мертвяки

Вячеслав Данилов философВячеслав Данилов

Вячеслав Данилов
философВячеслав Данилов
<p><i>ответ М. Литвинович </i></p>

<p>Хотели бы мы оказаться на месте <i>этих ребят</i>? Ну, к примеру, на месте тех, кто прыгал с чертесотого этажа Башен-близнецов 11 сентября 2001 года? Или на месте того парня, который написал записку в погибшей подлодке «Курск»? Или на месте тех, кто оказался на пути американской военщины в Ираке? На месте жертвы.</p>

<p>Место жертвы требует ритуального оформления — ненапрасная жертва работает мгновенно и безотказно: сожженная рука Муция Сцеволы развернула войска варваров от Рима. Жертва, принесенная непосредственно на глазах у врагов, эффектна и эффективна.</p>

<p>Место жертвы становится священным — жертвенное становится объектом тайного желания. По большому счету — каждый желает быть жертвой. Невозможность быть жертвой — то есть погибнуть зазря — называется homo sacer. Человек священный — его может убить всякий, при этом убитый не может считаться жертвой.</p>

<p>Сегодня мы не можем провести четкой границы между современным homo sacer — бомжом или приговоренным к смертной казни — и жертвами массовых репрессий или жертвами капиталистической гиперэксплуатации.</p>

<p>Капитализм катастроф обезличивает жертву — имена тех, кто выпал из WTC 11.09 никому не известны. Территория трагедии отдана под застройку — и больше не является могилой неизвестного менеджера.</p>

<p>Жертва и смысл жертвы разошлись. Сегодня Иисус погибнет в ДТП, и никто об этом не узнает: Иисус останется цифрами милицейской статистики, и то, если повезет.</p>

<p>Индустрия катастроф превращается в катастрофу в форме индустрии: жертвы не считаются (нумерически), и не считаются (более ничто не значат). Мы утратили вкус к жертве, никто не хочет больше быть жертвой. Нет альтернативы тихой и тупой смерти — герой более невозможен.</p>

<p>Что, примерно, то же самое, что и невозможность эффективной жертвы — сегодня даже трупами никого не завалишь.</p>

<p>Глеб Павловский в недавнем <a href=http://www.liberty.ru/Themes/Dmitrij-Medvedev.-Pravo-na-vragov target=_blank>интервью </a> Марии Сергеевой на РСН заявил, что жертвы — это объект пересчета и прогноза. К примеру, некой «медведевский авангард» — борьба за сомнительное преимущество быть которым — нумерически востребует определенное число жертв. Чем-то это напоминает историю из III Властелина колец, где в атаку идут одни мертвяки. Кто-то может выступать в роли политического авангарда, будучи заранее смертником. Авангард заранее возможен только как дело штрафников. Без имени и фамилии, или именами, которые будут написаны лишь потом — как у Александра Матросова.</p>

<p>Жертва более не совпадает со своим именем — именем которой и только можно подымать кого-то в бой.</p>

  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".