Статья
15 Декабря 2008 4:25

Закат немецких мандаринов: Академическое сообщество в Германии 1890-1933

История взлета и падения "креативного класса" начала XX века.
Комментарии экспертов

Работа Рингера впервые вышла на немецком языке еще в 1969 году и с тех пор стала классической. Ее предмет – это академическое сообщество Германии в 1890-1933 годах. Немецкие ученые – некоторый аналог русской интеллигенции – рассматривали себя в это время как единый социальный класс, отвечающий за ключевую общественную функцию – просвещение.

 

На фоне стремительной индустриализации Германии, начавшейся в 1870-ых и имевшей зримые плоды двадцатью годами спустя, среди немецких интеллектуалов стало модно говорить о кризисе. Подразумевался кризис ценностей германского университета, то есть кризис культуры, кризис науки, всего наследия немецкого романтизма. Академическое сообщество ощущало себя в качестве последнего бастиона культуры на пути технического прогресса, сметающего традиционные немецкие ценности. Аналогичные чувства, кстати говоря, практически в то же время испытывали и некоторые русские интеллигенты. Отличие состоит в том, что для Германии этот процесс носил массовый характер, причем его социальной базой выступал именно университет. Что и позволяет Рингеру выводить вполне в духе веберианской социологии особый идеальный тип – «мандарина».

 

Этот термин берется Рингером произвольно, вероятно, исключительно за его звучность и наличие достаточно косвенных параллелей между предметом его изучения и китайскими чиновниками-мандаринами как они представлены в известной работе Макса Вебера. Рингер определяет своих «мандаринов» как социально-культурную элиту, которая обязана своему положению в обществе в первую очередь образованию, а не наследственным правам (как аристократия) или богатству (как «обычные» буржуа). Особую роль в этом сообществе играют университетские преподаватели, потому что именно они определяют правила игры, сами принципы допуска в «мандарины». Они же (по крайней мере, в Германии) наиболее последовательно и активно выражают интересы всей социальной группы в целом.

 

Основная гипотеза Рингера состоит при этом в том, что «мандарины» могут доминировать в общественно-политической жизни страны только во вполне определенных исторических условиях, а именно при переходе от аграрного общества к полной индустриализации. В этих условиях, пишет Рингер, богатство еще не является единственным признаком социального статуса, а наследственные титулы старой аристократии уже начинают терять свою ценность. Именно здесь профессиональная квалификация или ученая степень могут оказаться единственным серьезным основанием для того, чтобы иметь социальную значимость.

 

Постепенно влияние «мандаринов» становится все более серьезным. Среда распространения этого влияния – это бюрократия, подчиненная законной власти монарха. «Мандарины» выступают в качестве хранителей и толкователей закона и тем самым оказывают существенное влияние на функционирование имперской бюрократической машины.

 

Упадок или закат «маднаринов» связан с появлением новых влиятельных групп в результате индустриализации – это капиталисты, менеджеры, инженеры и даже богатые рабочие… Работа Рингера написана в то время, когда власть индустриального капитала была неоспоримой, однако в те же годы появлялись и первые теории «постиндустриального общества». И сегодня так называемый креативный класс – в своем роде наследник немецких мандаринов Рингера – снова выходит на авансцену истории. По крайней мере, в собственном воображении.

 

Книга предоставлена магазином "Фаланстер".

 

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".