Статья
21 Февраля 2011 8:52

Защита потерпевших и свидетелей

Защита потерпевших и свидетелей
Фото: Shutterstock

<p>В России стартует Неделя поддержки жертв преступлений. Ее начало приурочено к Международному дню поддержки жертв преступлений, который отмечается 22 февраля. Как рассказала на пресс-конференции, приуроченной к этому дню, лидер общественного движения «Сопротивление» Ольга Костина, в Европе этот день отмечают уже более двадцати лет. Россия же влились в это движение всего лишь три года назад.<br />
<br />
Одним из мероприятий, которые планируются в рамках проведения этой недели, станет информационный марафон в поддержку необходимости усиления защиты жертв преступлений и принятия соответственного закона. В проекте закона, в частности, говорится о том, что государство обязано возмещать ущерб, причиненный потерпевшим, в случае если осужденные, которые этот ущерб причинили, возместить его не могут. Марафон стартует на сайте движения «Сопротивление».<br />
<br />
Помимо этого, в рамках Недели поддержки жертв преступлений, 24 и 25 февраля будет работать горячая линия для участников уголовного процесса. Юристы и психологи вместе со специалистами всех силовых ведомств – Генпрокуратуры, МВД и Следственного комитета - будут принимать звонки от граждан. «В прошлом году мы за 2 дня обработали 600 обращений, - рассказала Костина. - Звонили граждане, которые стали жертвами преступлений и по каким-то причинам не могли добиться справедливости или правосудия, или на них оказывалось давление и они нуждались в профессиональной правовой поддержке».<br />
<br />
По данным МВД РФ, в нашей стране ежегодно около 10 миллионов человек выступают в качестве потерпевших и свидетелей в ходе расследования и рассмотрения уголовных дел по особо тяжким преступлениям. Из них каждый пятый получает угрозы с требованием изменить показания или отказаться от них. Значительное количество граждан, ставших жертвами или свидетелями преступлений, не обращаются в правоохранительные органы, опасаясь мести со стороны преступников и не веря в эффективность государственной защиты.<br />
<br />
В России существует ряд законов, направленных на защиту свидетелей в уголовном процессе. Основной документ на эту тему - федеральный закон «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» - был принят в 2004 году. В соответствии с ним, государственной защите подлежат: потерпевший, свидетель, частный обвинитель, подозреваемый, обвиняемый, подсудимый, их защитники и законные представители. А также осужденный, оправданный и лицо, в отношении которого уголовное дело либо уголовное преследование было прекращено. Кроме того - эксперт, специалист, переводчик, понятой, участвующие в уголовном судопроизводстве психолог, гражданский истец, гражданский ответчик и законные представители; представители потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и частного обвинителя.<br />
<br />
В 2008 году была принята пятилетняя программа до 2013 года, в соответствии с которой на защиту свидетелей выделено более полутора миллиардов рублей. Из них на МВД - 700 миллионов. Остальные распределились между Минобороны, ФСБ, ФСКН, УФСИН и ГТК.<br />
<br />
В 2010 году милиция израсходовала на программные цели около 70 миллионов - чуть больше половины от годовой нормы. Содержание одного защищаемого лица обходится государству в среднем в 100 тысяч рублей в месяц. За 10 месяцев этого года под программу попали 1700 свидетелей и потерпевших, более 400 судей и около 600 следователей СКП, сотрудников прокуратуры и иных должностных лиц. География обращений - самая широкая, но можно выделить и самые опасные регионы: Северный Кавказ, Москва, Санкт-Петербург, Центральная Сибирь и Дальний Восток.<br />
<br />
В качестве защиты участникам уголовного процесса предлагается:<br />
1. Личная охрана, охрана жилища и имущества.<br />
2. Выдача специальных средств индивидуальной защиты, связи и оповещения об опасности.<br />
3. Обеспечение конфиденциальности сведений о защищаемом лице.<br />
4. Временное помещение в безопасное место.<br />
5. Замена документов.<br />
6. Изменение внешности (пластическая операция).<br />
7. Изменение места работы (службы) или учебы.<br />
8. Изменение места жительства.<br />
<br />
Из восьми мер безопасности для конкретной охраняемой персоны на практике выбирается определенная комбинация мер, которая оптимально отвечает ситуации. Нередко практикуется временное или постоянное переселение того, чья жизнь или здоровье подвержена угрозе, в место, которое находится в ведении силовых структур. Иногда предлагается сменить место работы, биографию, ПМЖ и даже внешность. По закону в этом случае ни жилищные условия, ни зарплата не должны измениться. Бывает, что человеку дается личная охрана.<br />
<br />
Участник уголовного процесса может получить госзащиту двумя способами. Если в его адрес поступают угрозы, он должен обратиться к следователю, который ведет уголовное дело. Тот в трехдневный срок обязан вынести постановление либо о применении к участнику процесса мер госзащиты, либо об отказе. При этом, подзащитный в любой момент может отказаться от опеки.<br />
<br />
Второй способ получения защиты распространяется на те случаи, когда преступление совершено, но уголовное дело еще не заведено, угрозы не поступали, а свидетель, потерпевший или даже подозреваемый уже опасается за свою безопасность. Тогда он может обратиться в любое отделение милиции, а уже оттуда запрос будет переадресован в УОГЗ. Спустя несколько дней следователь должен будет вынести постановление о принятии к человеку мер госзащиты, и охрана будет осуществляться.<br />
<br />
Однако, несмотря на столь обширные возможности в теории, меры по защите прав участников уголовного процесса применяются на практике лишь к малому числу от общего количества подзащитных. Об этом говорилось в резолюции по итогам слушаний «Система защиты потерпевших и свидетелей в РФ. Проблемы и перспективы», прошедших в Москве по инициативе Общественной палаты и правозащитного движения «Сопротивление» в 2009 году. По мнению участников слушаний, так происходит из-за недостаточной информированности участников судебных процессов о своих правах.<br />
<br />
Общественная палата и движение правозащитников снова обсудили эту тему 21 февраля 2011 года. Председатель комиссии ОП РФ по общественному контролю за деятельностью и реформированием правоохранительных органов и судебно-правовой системы Анатолий Кучерена в разговоре с корреспондентом «Актуальных комментариев» отметил, что за прошедшие два года закон не стал соблюдаться тщательнее. «Мы видим, что те проблемы, которые существуют - они остались, - отметил Кучерена, - по-прежнему слабая информационная работа проходит в части того, что те же следователи должны гражданам, которые находятся в группе риска, объяснять, что у них есть право на то, чтобы воспользоваться программой защиты свидетелей и потерпевших». Правозащитник добавил, что также остался нерешенным ряд вопросов, связанных с разобщенностью внутри ведомств, которые непосредственно должны были быть нацелены на работу с программой защиты прав свидетелей.<br />
<br />
В резолюции 2011 года уточняется, что основной задачей подразделений и ведомств, которые ответственны за безопасность участников уголовного процесса, имеют неверную изначальную задачу, определяющую их работу. Основной задачей должно стать не стремление раскрыть как можно больше преступлений, а защита жизни, здоровья и имущества участников судопроизводства.<br />
<br />
На самом деле, служба государственной защиты уже давно сформирована и работает, но она не может никому навязать свои услуги. А люди, которые могли бы воспользоваться ее услугами, зачастую просто не знают о ее существовании. От этого страдает объективность и беспристрастность судебной системы. Свидетели все чаще меняют свои показания в суде, получая угрозы и боясь мести от тех, против кого они выступают.<br />
 <br />
Кстати, с января этого года на помощь органам государственной защиты были призваны новейшие технологии, устройства, которые позволяют скрыть личность свидетеля от обвиняемых и их возможных сообщников. Мобильный комплекс защиты свидетеля состоит из двух систем. Одна устанавливается в помещении, где находится свидетель, вторая - в зале судебных заседаний. Во время судебного заседания свидетель сидит в совершенно отдельном помещении, но он слышит и видит, все, что происходит в зале. В сам же зал судебных заседаний передается только речь свидетеля. Причем, голос его изменяется до неузнаваемости, распознать его, даже с помощью спецпрограмм, невозможно, но разборчивость и смысл речи не теряется.</p>
Комментарии экспертов
<p>Мы знаем, сколько в обществе людей, которые пострадали в ходе преступлений. Мы знаем, насколько тяжело их душевное и духовное состояние. Мы знаем, насколько серьезно они нуждаются в помощи со стороны священнослужителей, психологов, близких людей, да и общества в целом.<br />
<br />
Когда человек оказывается оставлен один на один со своей бедой - это недопустимая для общества ситуация. Поэтому то, что о жертве преступлений стали сегодня говорить как в плане духовной и нравственной, так и в плане законодательной поддержки, это очень хорошо. Радует, что возникает проект закона о защите прав потерпевших. В любых ситуациях, в том числе тогда, когда человек становится жертвой богатых и влиятельных людей, ему должна быть обеспечена защита и поддержка закона. В обществе должна восторжествовать справедливость.<br />
<br />
Надо сказать, что ценность справедливости долгое время игнорировалась в нашем обществе. Особенно так было в 1990-е годы, когда считалось, что справедливость - это нечто связанное с определенной политической  формацией, а именно коммунистической политической системой. Однако, мы знаем это очень хорошо, что справедливость - это одна из основных христианских ценностей, и вся история христианского мира говорит о том, что справедливое воздаяние и за доброе, и за недоброе дело всегда было одним из основополагающих установок христианского общественного действа. Более того, справедливое обустройство общества всегда поддерживалось церковью. И это представление о справедливости должно быть сегодня отражено и в праве, и в нашем отношении к жертвам преступлений.<br />
<br />
Нам нужно общаться с потерпевшими, нужно духовно поддерживать их, разделять их тяготы и тревоги, их скорбь. Нам нужно молиться о них. Люди приходят в храмы, и очень часто на исповеди приходится слышать рассказы о том, как кто-то совершает в отношении них преступление и несправедливость. Надо сказать, что к Святейшему Патриарху обращаются с письмами буквально каждую неделю десятки людей. Это люди, которые считают, что встретили несправедливое обращение со стороны местных органов власти, со стороны работодателей, тех или иных лиц, в частности родственников и соседей. Все обращения обрабатываются и органами власти, и самим Святейшим Патриархом. Иногда это делаю и я. Надо сказать, что люди очень часто обращаются и к представителям церкви, и к священникам храма с просьбой о помощи и о ходатайстве, и мы всегда стараемся помочь, в том числе, через органы власти.</p>
<p>Закону о защите свидетелей - уже шесть лет, и за это время ни разу не было анализа правоприменения этого документа. Впервые мы на базе Общественной палаты РФ, с участием представителей МВД и других силовых ведомств, которые этим законом пользуются, откровенно говорим о том, что происходит. Наши коллеги из милиции говорят о необходимости коррекции регламента, им не удается полноценно работать при тех условиях, которые есть сейчас. То, о чем мы говорим сегодня, – это права жертв преступлений, права социальные, права процессуальные, которых на сегодняшний день меньше, чем прав у обвиняемых. Этот факт сегодня признают все силовые структуры России. И такой перекос не позволяет говорить о состоятельности правосудия, о гуманизации правосудия, потому что отсутствие сострадания у государства и общества к жертвам преступления просто не позволяет выровнять этот фон.<br />
<br />
Тот эмоциональный фон, который переживает человек, одному осилить очень тяжело. Потому что это смесь страха, отчаяния, ненависти. Это такая взрывная смесь, которая может изуродовать человека, в том числе и физически. Мы мало говорим об этом, но перенесенный человеком стресс, если ему не оказана помощь, через какое-то время превращается во вполне конкретные физические заболевания. В международной практике существуют целые институты травм, которые этим занимаются, а у нас пока разговор об этом только начинает заходить речь.<br />
<br />
В законодательстве Германии, Великобритании, Соединенных Штатов Америки вы увидите, что заявитель - это основная фигура правосудия. Это норма во всем мире. С его заявления начинается работа правоохранительной машины, поэтому он принципиально важен для любой системы правосудия. Кроме нашей. К сожалению, на сегодняшний день государство не предпринимает никаких системных шагов для того, чтобы защитить своих граждан, пострадавших от преступных деяний. Рассчитывать на доверие к правоохранительной системе и государству не приходится. Уже сам Бастрыкин говорил об этом совершенно четко. Самая большая сенсация в его речи на коллегии МВД заключалась в том, что одним из критериев оценки работы Следственного комитета РФ будет не только количество и раскрываемость преступлений, но и, в том числе, будет такой критерий, как работа с гражданами, с заявителями. Не важно, было ли преступление, может быть, конкретное заявление вообще не приведет к возбуждению  дела, но отрабатывать эти заявления все равно нужно, помогать, слушать, советовать. Поэтому, на сегодняшний день нам представляется, что тот перекос, который существует в отношениях власти к жертвам преступления, недопустим.<br />
<br />
Я приведу простой пример. Если судебные решения не выполняются, это утрирует идею правосудия. На практике у нас на сегодняшний день жертва преступления не может получить ни компенсацию от причиненного ей вреда, ни помощь. Те компенсации, которые государство иногда выплачивает, - это реакция на какие-то  массовые события, например теракты. И то, такая реакция происходит не всегда. Жертвы вДомодедово были поддержаны быстро и четко, а вот жертвы «Сапсана» - нет. Почему, если это громкое социальное событие, такое, как «Хромая лошадь», то его поддерживают разово, а если не громкое, то вообще не обращают на него внимание? Чем от этих нашумевших трагедий отличается осиротевшая семья молодого человека, который был единственным кормильцем и был жестоко убит несколькими  подонками, после чего его мама-инвалид и жена с грудным ребенком остались без средств к существованию? В этой реальной истории ее жертвы не получили компенсации, потому что у осужденных не нашлось таких денег. Почему за рубежом в таком случае, если уж совсем ничего нет у осужденного, государство выплачивает пенсию потерпевшим самостоятельно, а наша страна с себя такую обязанность сняло? Более того, условно-досрочное освобождение в большинстве стран мира начинается с вопроса - что ты сделал для компенсации причиненного тобой вреда? У нас, благодаря усилиям министерства юстиции, эта норма не обязательна. То есть, для того чтобы получить условно-досрочное освобождение, достаточно просто сказать, что ты раскаялся.<br />
<br />
Из 23 миллионов сообщений о преступлении, поступивших в прокуратуру, только 3 миллиона зарегистрированы. Средняя цифра по стране – 10-11 миллионов жертв тяжких преступлений. Понятно, что эти люди, их родственники, их близкие и коллеги, которые наблюдают страдания жертв преступлений, создают тот фон, который не позволяет в России ни изменить систему, ни каким-то образом ее реформировать. Потому что невозможно реформировать правоохранительную систему, если граждане отказываются с ней сотрудничать. Это немыслимо.<br />
<br />
Посмотрите, что творится с точки зрения криминального фона в стране! Достаточно открыть любую правовую программу, посмотреть любое ЧП, и что вы там увидите? Вы там увидите историю жертв, которым, как правило, отказывают даже в сочувствии, а не то что в правосудии. Сколько мы будем жить в государстве, в котором происходит такое лицемерное изображение правосудия, вместо реального? У нас есть противники, мы это прекрасно понимаем, потому что гораздо легче строить правовую политику, так как она строится сейчас.<br />
<br />
Мы обращаемся к СМИ, к общественности, и очень надеемся не только на духовную, но и на лоббистскую поддержку Патриарха, потому что это, все-таки, весомая личность. Представленный нами закон о потерпевших, конечно, пока лишь каркасный документ. Но к нему будут вноситься и вносятся поправки, и мы совершенно убеждены, что на сегодняшний день поворот в этом направлении произойдет. На этой неделе мы будем направлять два обращения - президенту Медведеву с просьбой проверить, как выполняется его поручения, и премьер-министру Путину, в том числе и как лидеру партии «Единая Россия». Идет предвыборная кампания, и нам представляется вполне разумным на том криминальном фоне, который мы имеем, чтобы эта работа стала одним из предвыборных брендов. </p>
<p>Если говорить о той практике, которая сейчас сложилась, то законы, так или иначе защищающие права потерпевших и свидетелей, у нас, за очень редким исключением, не применяются. То есть, потерпевшему и свидетелям по уголовному процессу приходится скорее самим беспокоится о собственной безопасности, а вовсе не полагаться в этом вопросе на государство. Единственное исключение делается для широко обсуждаемых процессов или если могут существовать какие-то последствия для имиджа государства. Только в этих случаях предпринимаются какие-то меры со стороны государства для защиты потерпевших лиц.   <br />
<br />
Сейчас, скорее, есть некая декларация о том, что мы должны это делать - защищать участников процесса. А в реальности правоохранительные органы говорят о том, что у них не хватает людей и средств, и ничем помочь они не могут. Поэтому, я не думаю, что изобретение какого-то нового закона может как-то эту ситуацию изменить. У нас, как известно, есть стандартная шутка о том, что в России строгость законов легко компенсируется необязательностью их исполнения. Для участников уголовного процесса нужно просто более четко через СМИ объявлять их права и обязанности. То есть, с одной стороны, им нужно объяснить всю ответственность, которая на них накладывается, а с другой стороны, указать на то, что они сами могут требовать от государства.<br />
<br />
Тогда участники уголовного процесса могли бы добиваться через суд обеспечения своих прав, если они могут доказать, что им может угрожать опасность, что они опасаются за свою жизнь и что у них есть какие-то реальные основания для таких опасений. Тогда они могли бы идти в суд и требовать эту безопасность им обеспечить, а в том случае, если она не обеспечена, то как-то компенсировать моральный ущерб. Но это, скорее, касается теории, а как это в реальности происходит - совершенно другой вопрос.</p>
<p>Сегодня, спустя два года после общественных слушаний на эту же тему, мы решили к этому вернуться и посмотреть, как работает закон о защите прав потерпевших и свидетелей, и как работают подзаконные нормативные акты. И мы видим, что те проблемы, которые существуют, - они остались.<br />
<br />
Действительно, слабая информационная работа проходит в части того, что те же следователи должны гражданам, которые находятся в группе риска, объяснять, что у них есть право на то, чтобы воспользоваться программой защиты свидетелей и потерпевших. И есть ряд вопросов, связанных с разобщенностью внутри ведомств, которые непосредственно должны были быть нацелены на работу с этой программой защиты прав свидетелей.<br />
<br />
Сейчас МВД – основная структура, которая должна соблюдать соответствующие подзаконные нормативные акты, но мы сегодня слышали, что вопросы с предоставлением квартир и ряд других вопросов не решаются. Это нас, безусловно, тревожит. Теперь мы более детально посмотрим, где у нас происходят сбои, по каким министерствам и ведомствам. Потому что, в целом, нельзя сказать, что закон плохой, но необходимо просто обратить внимание на правоприменение и понять, почему у нас происходит такая разобщенность.</p>
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".