Каким будет бюджет 2027–2029

экономистКонстантин Лебедев

Проект бюджета на 2027–2029 годы задаёт ориентиры не только для государственных расходов, но и для всей экономической политики на ближайшую перспективу. В документе одновременно заложены социальные обязательства, расходы на оборону и безопасность, технологическое развитие, контролируемый дефицит и новые параметры налоговой политики. Как государство планирует сохранить устойчивость бюджета и обеспечить финансирование заявленных приоритетов в ближайшие три года? На эти вопросы «Актуальным комментариям» ответил профессор кафедры международного бизнеса Финансового университета при Правительстве РФ Лебедев Константин.

Какой главный экономический сигнал заложен в проекте бюджета на 2027–2029 годы?

— Параметры бюджетного пакета, внесённого Минфином в правительство на 2027–2029 годы, производят впечатление глубоко продуманного и ответственного подхода к государственным финансам. 

При этом можно разобрать его ключевые аспекты по порядку. Первый и, пожалуй, главный экономический сигнал, который я вижу в этом проекте, — это последовательный курс на обеспечение долгосрочной устойчивости бюджетной системы при безусловном выполнении всех социальных обязательств.

Приоритеты, обозначенные ведомством, — поддержка участников СВО и их семей, оборона и безопасность, технологическое развитие — не просто декларация, а чётко выстроенная иерархия ценностей. Это свидетельствует о том, что государство рассматривает бюджет не как набор статей, а как инструмент стратегического развития, где социальная справедливость и национальная безопасность гармонично сочетаются с инвестициями в будущее.

Удержание дефицита на уровне около 2% ВВП — это тонкая, но очень грамотная настройка, т. е. с одной стороны, она не позволяет разбалансировать систему, с другой — оставляет пространство для манёвра в случае непредвиденных обстоятельств.

Заложенная базовая цена нефти в $50 за баррель — это консервативный, я бы даже сказал, осторожный прогноз, который создаёт своеобразную «подушку безопасности». Такой подход позволяет не зависеть от волатильности сырьевых рынков и гарантирует исполнение бюджета даже при неблагоприятной внешней конъюнктуре.

Насколько реалистично одновременно сохранять социальные и оборонные расходы, технологические приоритеты и контролируемый дефицит?

— Мой ответ — вполне реалистично, но при условии, что мы имеем дело с системной работой, а не с разовыми мерами. Здесь важно понимать, что бюджетный пакет не является статичным документом, он предполагает гибкое перераспределение ресурсов.

Социальные обязательства защищены законодательно, и их финансирование стоит на первом месте. Оборонные расходы — это неизбежная необходимость в текущих геополитических условиях, и их уровень обоснован. Технологическое развитие — это инвестиции в будущий рост, которые в перспективе должны дать мультипликативный эффект.

Контролируемый дефицит в 2% ВВП — это не критический, а вполне умеренный показатель для нашей экономики. Более того, он позволяет привлекать заёмные средства на приемлемых условиях. При этом реалистичность всей этой конструкции опирается на несколько факторов: во-первых, на последовательное повышение собираемости налогов, во-вторых, на эффективное управление государственным долгом, и в-третьих, на постепенное восстановление инвестиционной активности. Уверен, что при таком сбалансированном подходе удастся обеспечить все взятые обязательства.

Какие основные риски для исполнения бюджета могут возникнуть при цене нефти в районе заложенных $50 за баррель?

— Безусловно, любой прогноз несёт в себе элементы неопределённости. Однако хочу подчеркнуть, что $50 — это не просто цифра, а осознанный выбор в пользу консервативного сценария. Если реальная цена окажется выше, у бюджета появится дополнительный ресурс, который можно направить на развитие или в резервы.

Если ниже — сработают механизмы бюджетного правила и Фонда национального благосостояния. Кроме того, налоговые изменения, заложенные в пакет, как раз и призваны снизить зависимость доходной части от нефтегазовых поступлений.

Повышение НДС до 22% — это непростое, но необходимое решение. Оно обеспечивает стабильный и предсказуемый источник доходов, который не подвержен конъюнктурным колебаниям. Конечно, определённые риски существуют: возможное замедление потребительского спроса, рост издержек в отдельных отраслях. Но эти эффекты носят краткосрочный характер и компенсируются мерами поддержки социально незащищённых слоёв населения. Главное — у нас есть чёткий план и инструменты для реагирования.

Насколько предложенные налоговые изменения связаны именно с необходимостью обеспечить устойчивость бюджетных доходов в ближайшие три года?

— Бюджетный пакет на три года вперёд требует надёжных источников финансирования, и повышение НДС — это наиболее прозрачный и администрируемый способ пополнения казны.

В отличие от точечных сборов или разовых изъятий, НДС охватывает широкий спектр товаров и услуг, а его собираемость достаточно высока. Это позволяет планировать доходы с высокой точностью. Более того, такой шаг сигнализирует о том, что государство не ищет сиюминутных решений, а выстраивает долгосрочную финансовую архитектуру.

Конечно, повышение налоговой нагрузки — всегда чувствительная тема, но в данном случае оно оправдано стратегическими целями: обеспечением обороноспособности, поддержкой семей военнослужащих, развитием высоких технологий. Это инвестиция в стабильность и безопасность страны, и я оцениваю такой подход как профессиональный и дальновидный.

В целом хочу сказать, что бюджетный пакет на 2027–2029 годы демонстрирует зрелость нашей финансовой системы. Он сочетает в себе социальную направленность, стратегическое видение и финансовую дисциплину. Уверен, что при его реализации мы увидим не только выполнение всех обязательств, но и создание прочного фундамента для будущего роста.

Константин Лебедев, профессор кафедры международного бизнеса Финансового университета при Правительстве РФ. 

#КонстантинЛебедев