Китайский путь

китаеведВладимир Нежданов

Китай за несколько десятилетий выстроил систему, в которой государственное участие сочетается с рыночными механизмами и частным предпринимательством. Сегодня китайский опыт все чаще рассматривают в контексте российской экономики — от проведения реформ до развития промышленности и торговли.

Какие особенности китайского подхода обеспечили его устойчивость, что ограничивает дальнейший рост торговли России и Китая и какие элементы этого опыта применимы в российских условиях, «Актуальные комментарии» обсудили с экспертом Института актуальных международных проблем (ИАМП) Дипломатической академии МИД России Владимиром Неждановым.

Почему китайская модель оказалась устойчивой?

— Китайская модель развития прошла несколько этапов. Ее современный облик во многом сформировался в период реформ и открытости, начатых при Дэн Сяопине в конце 1970-х годов. Главная особенность этого подхода — прагматизм и ориентация на результат. Формула Дэн Сяопина — «неважно, какого цвета кошка, важно, чтобы она ловила мышей» — хорошо передает эту логику.

Китай не стал сразу проводить реформы по всей стране. Новые механизмы сначала проверяли в отдельных городах, провинциях и отраслях. Успешные решения затем распространяли на другие регионы, неудачные — корректировали. Этот принцип используется и сегодня: он позволяет проводить изменения, не создавая чрезмерных рисков для всей системы.

Экономическая политика тесно связана с политической системой и долгосрочными приоритетами государства и Коммунистической партии Китая. В ней сочетаются государственные инвестиции, частный бизнес и технологическое соперничество. Партийные структуры в ведущих организациях помогают увязывать деятельность компаний с государственными задачами, а рынок сохраняет пространство для предпринимательства.

Что мешает России и Китаю быстрее наращивать торговлю?

— Российская и китайская экономики во многом дополняют друг друга. Это создает возможности для дальнейшего роста двусторонней торговли. В 2020-е годы товарооборот уже рос высокими темпами.

Товарооборот в $250–300 млрд достижим, но для этого недостаточно просто нарастить спрос и предложение. Необходимо устранить инфраструктурные и организационные ограничения.

В первую очередь речь идет о транспортных коридорах и логистике, узких местах на границе, платежной инфраструктуре, а также об условиях для малого и среднего бизнеса.

Есть возможности и для расширения межрегиональных связей. Сегодня значительная часть российско-китайской торговли приходится на ведущие компании и масштабные проекты. Если активнее подключать регионы и средний бизнес, число участников сотрудничества может существенно вырасти.

Следующий этап — не столько поиск новых направлений, сколько устранение барьеров, которые мешают реализовать уже существующий потенциал.

Можно ли адаптировать китайский опыт для России?

— Механически перенести китайскую систему в Россию невозможно. Любая система развития формируется под влиянием истории, культуры, институтов, демографии и географии конкретной страны.

Китайский опыт стоит рассматривать не как готовую инструкцию, а как источник отдельных инструментов. Это может быть поэтапное проведение реформ, экспериментальные экономические зоны, долгосрочное планирование, развитие инфраструктуры или промышленная политика.

Российская среда отличается от китайской. То, что работает в Китае благодаря особенностям его политической системы, общества и исторического развития, не обязательно даст такой же результат в России.

Речь скорее должна идти об использовании отдельных китайских практик с учетом российских условий. Это будет уже собственный российский путь развития, а не копия зарубежного.

Владимир Нежданов, эксперт Института актуальных международных проблем (ИАМП) Дипломатической академии МИД России.

#ВладимирНежданов