Когда нефть есть, а бензина не хватает

эксперт по энергетике Леонид Крутаков

Россия — один из крупнейших экспортеров нефти в мире. Почему же тогда всерьез обсуждается импорт отдельных нефтепродуктов? На первый взгляд это выглядит как экономический парадокс. Но за ним стоят не столько проблемы отрасли, сколько новые реалии, в которых вопросы энергетики все теснее переплетаются с вопросами безопасности. «Актуальные комментарии» разбираются, почему возникла такая ситуация, кто может стать поставщиком топлива и какие меры способны смягчить последствия вместе с экспертом по энергетике, автором книги «Нефть и мир» Леонидом Крутаковым.

Почему страна с крупнейшими запасами нефти обсуждает возможность импорта отдельных нефтепродуктов и о каких структурных проблемах это говорит?

— На мой взгляд, это свидетельствует не о структурных проблемах российской экономики. После распада Советского Союза Россия сохранила экспортную модель нефтяной отрасли. При этом СССР был не только крупнейшим экспортером, но и одним из крупнейших мировых потребителей нефти благодаря мощной промышленности. Сегодня экспорт нефти и нефтепродуктов из России даже превышает советские показатели, а ориентация отрасли на внешние рынки сохраняется. Именно поэтому были введены демпфирующие механизмы, чтобы сдерживать чрезмерный экспорт нефтепродуктов и компенсировать разницу внутренних и внешних цен.

Нынешняя ситуация связана не со структурными диспропорциями, а прежде всего с последствиями боевых действий и ударами украинских беспилотников по российским нефтеперерабатывающим заводам.

Недавно один из ведущих отраслевых аналитиков предложил ускорить строительство мини-НПЗ. Однако это не выглядит долгосрочным решением. Если удары наносятся по объектам в глубине российской территории, любой новый нефтеперерабатывающий завод также становится потенциальной целью. Строительство НПЗ требует значительно больше времени и ресурсов, чем производство беспилотников, поэтому в такой гонке инфраструктура всегда оказывается более уязвимой.

Кардинально решить проблему можно только путем прекращения подобных атак. Это возможно либо в результате достижения мирных соглашений, либо после завершения конфликта и формирования новой власти в Киеве. Все остальные меры, включая строительство новых НПЗ или обсуждаемый импорт нефтепродуктов, способны лишь временно компенсировать возникающий дефицит.

Какие страны потенциально могут стать наиболее надежными поставщиками нефтепродуктов и насколько экономически оправдан такой импорт?

— Наиболее вероятный поставщик — Белоруссия. Сегодня она закупает российскую нефть по льготным ценам, перерабатывает ее и затем поставляет нефтепродукты обратно в Россию уже по более высокой стоимости. Фактически Белоруссия зарабатывает на переработке российского сырья.

Теоретически аналогичные схемы возможны и с Казахстаном или другими соседними государствами, располагающими собственными нефтеперерабатывающими мощностями и связанными с Россией трубопроводной инфраструктурой. В этом случае нефть поставляется на переработку, а обратно возвращаются нефтепродукты. Однако такая схема также означает дополнительные расходы и потери для российского бюджета.

Повторю: речь не идет о структурной проблеме отрасли. Ее невозможно решить простым строительством новых нефтеперерабатывающих заводов, поскольку это лишь создаст дополнительные потенциальные цели для атак.

Импорт нефтепродуктов способен временно закрыть внутренние потребности. Однако нельзя исключать, что США попытаются перекрыть подобные механизмы с помощью санкционного режима. Поэтому наиболее надежным вариантом остается сотрудничество с Белоруссией.

Если говорить о силовом сценарии устранения проблемы, то он предполагает прекращение самих ударов по российской инфраструктуре. Без этого любые экономические меры будут носить лишь временный характер.

С точки зрения внутреннего рынка смягчить ситуацию можно не столько налоговыми льготами, сколько ограничением или даже временным запретом экспорта нефтепродуктов, а также переходом к системе регулирования внутренних поставок и квотирования. Однако такие меры лишь позволяют выиграть время, а не устраняют первопричину проблемы.

Что касается Казахстана, то потенциал этого направления также ограничен. Несмотря на существующие трубопроводные связи и опыт обменных схем, применявшихся в период санкций против российских поставок в Европу, Казахстан сам во многом зависит от российских нефтепродуктов и не располагает значительными свободными объемами переработки.

Поэтому именно Белоруссия остается практически единственным направлением, которое Россия способна использовать в полном объеме. Кроме того, вероятность ударов по белорусским нефтеперерабатывающим предприятиям значительно ниже, поскольку это означало бы риск прямого вовлечения Белоруссии в конфликт, чего украинская сторона, вероятно, стремится избежать.

Леонид Крутаков, эксперт по энергетике, автор книги «Нефть и мир».

#ЛеонидКрутаков