После Аляски: сценарии реализации достигнутых договоренностей

политологМихаил Карягин

Основной фокус внимания в преддверии встречи Путина и Трампа на Аляске сосредоточен на контурах возможного мирного соглашения по Украине: параметры обмена территориями, перспективы вступления или невступления Украины в НАТО, вопросы поставок вооружений и другие. За этими темами остается практически незамеченным, возможно, куда более важный вопрос — как именно реализовать достигнутые договоренности, особенно, если они будут радикально не устраивать Киев? Какие потенциальные рычаги воздействия существуют. Какие юридические механизмы и порядок реализации могут быть использованы. И главное — какие ловушки и уловки может использовать Украина, чтобы затянуть процесс.

Стадия принятия

Уровень нервозности украинского инфополя после анонса встречи глав России и США значительно вырос. Сначала часть западных и украинских источников пытались продавить идею трехсторонней встречи: Путин, Трамп, Зеленский. Затем сообщалось, что сразу после встречи Путина и Трампа якобы будет организована встреча Путина с Зеленским. После опровержения всех этих слухов, когда стало окончательно ясно, что принцип «Ничего об Украине без Украины» трещит по швам, Киев начал мобилизовывать свои усилия на европейском направлении, что вызвало стойкое ощущение дежавю.

После февральского скандала в Белом доме, когда Трамп и Зеленский публично разругались, президент Украины направился в Лондон, где прошла серия встреч с европейскими лидерами. Цель заключалась в демонстрации второго центра силы в лице Европы, которая способна оказывать поддержку Украине без участия США. Собственно, именно тогда и было объявлено о создании «Коалиции желающих». Брюссель и Лондон пытались поддержать Киев не только информационно, но и ресурсно. Но вскоре выяснилось, что без Вашингтона «коалиция желающих» неспособна выполнить даже часть обещанных поставок.

Несмотря на это, сразу после анонса встречи Путина и Трампа европейские лидеры снова выступили с «жесткими требованиями» по вопросам мирного урегулирования. Однако прошедшие пять месяцев с момента анонса создания «коалиции желающих» продемонстрировали отсутствие у европейцев ресурсов и политической воли для самостоятельной поддержки Киева. Именно поэтому в прессе появляется так много утечек о том, что Брюссель кулуарно пытается удержать Вашингтон от полного выхода их украинского кризиса.

Маркерами того, что и Украина осознает несостоятельность идеи продолжения конфликта с Россией без помощи США, является появление в инфополе  сообщений о готовности Киева обсуждать варианты территориальных уступок без их юридического признания. Наступает стадия принятия неизбежного, при этом вопросы юридического оформления новой реальности остаются открытыми.

Мир без обязательств

После инаугурации Трампа Украина и Европа продвигают идею мира без каких-либо гарантий, обязательств и условий. Прекращение огня — без условий. Территориальный вопрос — не обсуждается, предлагается фиксация фактической ситуации на земле. Никаких обязательств относительно внеблокового статуса Украины. Другими словами, Украина и ее союзники выступают за откладывание решения всех ключевых вопросов, приведших к конфликту, на более поздний период, вероятно, все так же военным путем. Киев надеется на то, что Запад за это время успеет наладить производство и поставки вооружений, ВСУ удастся обучить и подготовить новых бойцов, а западные санкции ослабят Россию. Все это контрастирует с планами Москвы, которая с самого начала говорит о надежных гарантиях.

Речь идет не только и даже не столько о юридических гарантиях. Минские соглашения продемонстрировали, как Киев относится к официально взятым на себя обязательствам. В интересах Москвы — создание сложной системы сдержек и противовесов, инфраструктуры, которая бы принудила Украину к реализации всех договоренностей, вне зависимости от того, кто возглавляет страну, и какое у него отношение к ранее сформулированным условиям. 

Действующий украинский режим, безусловно, будет сопротивляться реализациям планов России. Это можно наблюдать уже сейчас: Зеленский делает острые заявления, ВСУ нарастили свою активность в дальнобойных ударах, стремясь спровоцировать ответ Москвы, что могло бы быть использовано для создания негативного информационного фона встречи Путина и Трампа. И после переговоров лидеров РФ и США Украина будет всячески сопротивляться, даже в случае оказания на нее жесткого давления.

Инструменты воздействия: кнут и пряник

Текущий конфликт продемонстрировал, что у ключевых членов проукраинской коалиции есть широкий арсенал инструментов для корректировки политики Зеленского. Это и «пряники» в виде новых кредитов МВФ, прямых выплат, поставок гуманитарной помощи, гражданского оборудования. Это и «кнут» в виде заморозки поставок военной помощи, прекращения обмена разведданными, заморозки переводов, так нужных Киеву для выполнения социальных обязательств внутри страны.

Как показала практика последних месяцев, «кнут» в отношении Зеленского действует куда более эффективно. Когда Трамп после скандала в Белом доме объявил об остановке поставок вооружений и заморозке передачи разведданных, Зеленский сделал все, чтобы это быстро исправить: десятки заявлений с извинениями, корректировка позиции по редкоземельным металлам. Все что угодно, чтобы восстановить статус-кво. Когда ЕС урезал помощь Украине на 1,5 млрд евро из-за скандала вокруг НАБУ и САП, Зеленский моментально внес в Раду законопроект, который должен был откатить ситуацию. То есть наиболее реалистичный вариант заставить Украину выполнять достигнутые договоренности — это силовое воздействие на Зеленского и его Офис.

Сценарии

Интенсивность давления и его структура могут быть разными. Наиболее вероятно, что Трамп будет придерживаться уже сформировавшегося в его новую каденцию управленческого стиля: максимизация угроз в паблике с минимальным дозированием усилия.

Базовый сценарий. Трамп усиливает публичную критику Зеленского. Угрожает не только полностью выйти из процесса урегулирования, но также ограничить поставки американского вооружения даже за счет европейцев. Снова звучат угрозы о прекращении обмена разведданными. Украина рискует оказаться один на один с Россией. При этом в плоскости конкретных решений мало что меняется, Трамп пытается запугать Украину и Европу с минимальными издержками.

Силовой сценарий. Ко всему вышеобозначенному добавляются инструменты оказания давления на Зеленского в украинском политическом пространстве. Известно, что представители команды Трампа поддерживают контакт и с П.Порошенко, и с Ю.Тимошенко, и другими украинскими политиками. Также сохраняется грантовая инфраструктура и представители украинских НКО, которые могут быть задействованы командой Трампа для воздействия на Зеленского. 

Сценарий выхода. Трамп действительно может воспользоваться сложившейся ситуацией для реального вывода США из украинского трека. Стороны конфликта будут объявлены как недоговороспособные. А решение легитимировано необходимостью переключиться на более важные регионы.

Черный лебедь. Учитывая специфику управленческого стиля Трампа, всегда остается пространство для непрогнозируемых решений. К числу таких можно было бы отнести санкции в отношении Украины, Зеленского и его окружения. Радикальное обострение отношений с европейскими лидерами и другие варианты, которые сейчас даже не рассматриваются.

Ни один из описанных сценариев не устраивает украинский режим. Так или иначе Зеленский сталкивается с тем, что ему в той или иной степени придется считаться с итогами саммита на Аляске. Это еще раз подчеркивает десубъективизацию Киева и изменение базовых параметров конфигурации конфликта вокруг Украины.

Уловки Украины

Завершение горячей фазы конфликта приведет к серьезному обострению внутриполитической ситуации на Украине. Ресентимент из-за фактического поражения в конфликте, гнев из-за нереализации обещаний властей периода 2022-2023 гг., сокращение объемов западной помощи, что приведет к росту социального напряжения. Сотни тысяч ветеранов, вернувшихся с передовой, потерявших источник дохода и оставшихся без социального обеспечения. Сотни и тысячи проблем, которые заметались под ковер аргументами о военном положении. Все это — лишь малая часть проблем, с которыми столкнутся украинские власти. Поэтому завершение конфликта для них — это фактически и завершение политического существования. Рано или поздно.

Зеленский и его Офис будут использовать различные инструменты затягивания процесса:

Легалистский. Апелляция к Конституции Украины. Ссылки на невозможность принятия изменений во время военного положения. Создание парадоксальной ситуации, что для принятия изменений необходимо снятие военного положения, которое возможно только при прекращении огня, поэтому необходимо сначала безусловное перемирие, и только затем, возможно, реализация обязательств Украины.

Легитимационный. Отсылки к воле народа. Якобы большинство украинцев не поддерживают условия мирного соглашения. Возможны популистские конструкты. Например, популистское предложение объявить референдум, который, с одной стороны, размоет ответственность за принятие решения, а с другой — затянет процесс согласования. Кроме того, для проведения референдума снова будет запрошено безусловное прекращение огня.

Процедурный. Украинская сторона будет стремиться затянуть процесс за счет предложений о проведении различных саммитов, форумов, целью которых будет обсуждение «альтернативных мирных планов».

Провокативный. Украина может попытаться провести на территории России или в зоне СВО такие провокации, которые увеличат репутационные издержки прямых контактов для Москвы.

Часть из этого инструментария украинские власти уже использовали или используют.

Конфигурация дальнейшего миротворческого процесса во многом будет зависеть от того, о чем договорятся Путин и Трамп 15 августа. Содержание этих договоренностей будет определять специфику и стратегию имплементации.

Михаил Карягин, заместитель директора Центра политической конъюнктуры.

#МихаилКарягин