Токио повышает градус

политолог Алексей Малинин

Российско-японские отношения остаются прохладными, но пространство для дальнейшего ужесточения давления Токио на Москву выглядит ограниченным. Новые санкции и ограничения на торговлю могут ударить не только по России, но и по самой Японии, тогда как гораздо серьёзнее меняется военно-политическая линия Токио — в тесной связке с США. Что стоит ожидать от Японии в отношениях с Россией и почему военное усиление Токио становится отдельным фактором региональной безопасности, «Актуальные комментарии» поговорили с политологом, членом экспертного клуба «Дигория» Алексеем Малининым.

— Отношения России и Японии в последние годы и так не отличались высокой интенсивностью. Это, прежде всего, связано с нежеланием отделять конфликт на Украине от российско-японских двусторонних отношений, а также с откровенно недружественными действиями Токио — прежде всего, поставками оружия ВСУ.

Поэтому культурные, деловые и торговые отношения наших стран сложно назвать развитыми. При этом после первых японских санкций товарооборот в дальнейшем менялся несильно: в 2024 году он составил 8,2 млрд долларов, а в 2025 году — 8,01 млрд. То есть, несмотря на санкционное давление, масштабного обвала двусторонней торговли не произошло.

Сейчас в дипломатических кругах Японии ходят разговоры об ужесточении санкционного и некоего политического давления, однако пока неясно, что именно оно в себя включает. Новые санкции или ограничения на импорт российского СПГ окажутся более вредными для самой Японии, как и ограничения против российской рыбы. Приостановка экспорта японских автомобильных запчастей в Россию также видится маловероятной и слабоэффективной.

С большой вероятностью можно ожидать прежде всего новых заявлений и осуждений без масштабных практических действий. Какое-то иное серьезное политическое давление в отношении России сейчас выглядит маловероятным.

При этом нам стоит помнить, что Японию сейчас возглавляет крайне проамериканская премьер, и в ее планах — укреплять военно-техническое сотрудничество со Штатами, в частности разрабатывать и разворачивать ракеты средней и малой дальности. Вероятно, Япония в большей степени направляет их против Китая и КНДР в случае какой-либо военной эскалации — например, если начнется операция КНР против Тайваня.

Однако Россия, как в том числе тихоокеанская держава и сосед Японии, с которым существует территориальный спор, не может не фиксировать и не реагировать на подобные шаги Токио. Поэтому здесь возникает большой вопрос о том, кто в действительности больше создает напряженность: Россия, чей Президент посещает российскую территорию, на которой живут российские граждане, или Япония, разворачивая РСМД на своей территории, в том числе в интересах Штатов.

Еще совсем недавно японские ВС были обычными «силами самообороны» без РСМД, которые считаются наступательным оружием. С 2022 года Токио пересмотрел свою концепцию безопасности и начал семимильными шагами развивать свой ВПК вместе с США, а в 2026 году снял ограничения на экспорт летального оружия в ряд стран.

Таким образом, говорить об одностороннем росте напряженности со стороны России было бы некорректно. Японская политика последних лет сама претерпевает существенную трансформацию в военно-политической сфере, причем происходит это в тесной связке с Соединенными Штатами. Для России эти изменения объективно имеют значение не только в контексте российско-японских отношений, но и с точки зрения общей безопасности в Тихоокеанском регионе.

Алексей Малинин, политолог, член экспертного клуба «Дигория».

#АлексейМалинин