Топливный перекос

экспертИгорь Юшков

Рост цен на независимых АЗС резко контрастирует с относительно стабильной динамикой на заправках вертикально интегрированных компаний. В отдельных случаях розничные цены отличаются почти вдвое, при этом независимые операторы утверждают, что сами закупают топливо по высоким оптовым ценам и работают с минимальной маржой. Где именно возникает дополнительная наценка и почему простое ограничение розничных цен может привести к новому дефициту, «Актуальным комментариям» объясняет эксперт Финансового университета при Правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков. 

— Ранее меры правительства по воздействию на топливный рынок были в первую очередь направлены на его насыщение. Речь шла о том, чтобы обеспечить достаточный объём предложения: для этого вводились ограничения на экспорт нефтепродуктов, снижались требования к экологическим стандартам топлива, создавались условия для масштабного импорта из дальнего зарубежья. Все эти меры были направлены на то, чтобы насытить внутренний рынок и не допустить физического дефицита топлива.

Теперь же мы видим, что правительство разрабатывает дополнительные меры, которые будут призваны сдерживать цены. Это связано с уникальной ситуацией, которая сложилась на рынке. На заправках вертикально интегрированных компаний — то есть компаний, которые сами добывают, перерабатывают нефть и продают нефтепродукты на собственных АЗС, — цены остались примерно на прежнем уровне. Темпы их роста сопоставимы с теми, которые наблюдались до топливного кризиса.

При этом с начала лета произошёл очень большой скачок цен у независимых АЗС. Это компании, которые владеют одной заправкой или целой сетью заправок, но не имеют собственной переработки и приобретают топливо на оптовом рынке — либо через посредников-трейдеров, либо непосредственно через биржу у тех же вертикально интегрированных компаний.

В результате в ряде случаев ценники на независимых АЗС оказались чуть ли не в два раза выше, чем на заправках вертикально интегрированных компаний. При этом сами независимые операторы говорят, что приобретают топливо уже по высоким оптовым ценам и фактически работают в ноль, а иногда и в убыток. Поэтому возникает главный вопрос: на каком именно звене этой цепочки происходит увеличение цены и у кого образуется дополнительная сверхприбыль.

С точки зрения рыночного механизма ситуация понятна: если товара становится меньше, возникает дефицит и цена растёт. Но сейчас важно не просто констатировать рост цены, а разобраться, насколько он обоснован и где именно возникает дополнительная маржа. В этом смысле шаг правительства в сторону более детального мониторинга цен выглядит логичным.

Предполагается создание неких индикаторов, которые будут отражать реальную стоимость топлива и некую ориентировочную, или желаемую, стоимость. Если возникает существенное отклонение от такого индикатора, должно проводиться расследование: почему цена выросла и на каком звене цепочки это произошло. То есть речь идёт уже не только о насыщении рынка, но и о попытке понять механизм формирования цены.

Здесь очень важно избежать слишком прямолинейного регулирования. Если просто установить индикативную цену и сказать, что независимые АЗС не могут продавать топливо, например, более чем на 5% дороже, чем вертикально интегрированные компании, такой топорный подход может привести к дополнительному дефициту.

Если независимые АЗС могут приобрести топливо только по повышенным ценам, заставлять их продавать его по низкой цене в рознице непродуктивно. В противном случае они просто не смогут торговать без убытка, будут закрываться и перестанут продавать топливо. В результате мы получим ещё меньше работающих заправок по стране, ещё больше очередей и ещё большую панику.

Поэтому действительно необходимо разобраться, кто получает сверхприбыль, насколько адекватен рост цены и насколько он экономически обоснован. Только после этого можно принимать решения о регулировании. Само по себе ограничение розничной цены без понимания структуры затрат и цены закупки может дать обратный эффект.

Точно сказать, какие конкретно меры в итоге будут приняты, пока сложно. Но в любом случае это шаг в сторону более ручного регулирования рынка. В условиях жёсткого кризиса такой подход оправдан: когда рыночные механизмы не позволяют быстро обеспечить необходимую доступность топлива и возникают существенные дисбалансы между отдельными звеньями рынка, государство вынуждено более плотно вмешиваться.

При этом принципиально важно, чтобы это оставалось временной мерой. Задача государства сейчас — не заменить рыночное ценообразование постоянным административным регулированием, а пройти кризисный период, устранить дисбалансы в поставках и понять, где именно возникает необоснованный рост цены. А дальше рынок должен постепенно возвращаться к нормальному механизму формирования цен.

Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при Правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности.

#ИгорьЮшков