Статья
19 Ноября 2014 17:45

Донбасс после выборов

В условиях «гибридного конфликта» события на Донбассе продолжают рассматриваться как прецедент в международной практике, который угрожает основам послевоенного миропорядка.

Впервые после окончания холодной войны внутригражданское противостояние в отдельно взятом государстве привело к конфликту ядерных держав, сопровождается введением обоюдных санкций, экономической и гуманитарной блокады отдельных территорий и даже намеками на применение военной силы. Впервые возникли сомнения относительно дееспособности НАТО уже как «оборонной», а не только «наступательной» организации.

Впервые большой Европейский проект столкнулся с внешним кризисом, который угрожает экстенсивному и комфортному пути его развития с упором на «мягкую силу». Впервые Россия жестко заявила претензии на собственное пространство интеграции и безопасности.

Впервые был поставлен вопрос не только о границах Украины, но и о границах Европы и России. Опять-таки впервые, после возвращения Крыма, в мире появилась ядерная держава — Россия, которая не имеет (пока) границ, признанных другими ядерными державами. Все эти «внешние» по отношению к самому конфликту на Донбассе феномены действительно заслуживают отдельного внимания со стороны как беспристрастных, так и заинтересованных аналитиков.

Вместе с тем, намеренное «выталкивание» конфликта в «прецедентное поле» практически исключает проведение параллелей с траекториями других непризнанных государственных образований. Но самое главное — существенно ограничивает опции для поиска его решения. Украина переживает процесс фрагментации, через который проходили многие другие государства. Его масштабы оказались меньше, чем прогнозировали, но от этого он не становится менее болезненным.
 
2 ноября в ДНР и ЛНР прошли выборы в законодательные и исполнительные органы власти. Они обозначили определенную черту, после которой можно говорить о стремлении республик двигаться по пути других непризнанных государств. На этот счет накоплен большой мировой опыт. Итоги и оценка этих выборов различными игроками позволяют сделать несколько общих наблюдений о действующей на данный момент логике конфликта.
 
Во-первых, выборы в самопровозглашенных республиках наглядно показали, что причина конфликта на Донбассе не в России, а в Украине. 2 ноября в СМИ широко тиражировались картинки очередей жителей Донбасса на избирательные участки. Учитывая масштаб конфликта и количество беженцев, сейчас бессмысленно отрицать массовый характер участия в выборах. Что также не менее важно, своей высокой явкой люди, проживающие на территориях непризнанных республик, показали, что поддерживают идею проведения самих выборов, а также воспринимают их как выборы власти, которая будет представлять именно их интересы и участвовать в решении именно их повседневных проблем. Выборы еще раз доказали то, на чем неоднократно с помощью цифр до и после «Евромайдана» настаивали украинские социологи: на Донбассе есть реальная и значительная «электоральная база» для поддержки движения в сторону самоопределения.
 
Так, совместный опрос Киевского международного института социологии и Фонда «Демократические инициативы имени Илька Кучерива» от 12-21 сентября показал, что число жителей Донбасса, выступающих за его сохранение в составе Украины и за ту или иную формы сецессии, одинаков — 42% против 42%. Согласно опросу социологической группы «Рейтинг», приуроченному ко Дню независимости, независимость Украины поддерживает подавляющее большинство всех регионов страны, кроме Донбасса: здесь количество как сторонников, так и противников независимости одинаково — по 34%, при этом 31% не смогли определиться с ответом. Опрос также показал, что «Гражданин Украины» как идентификатор доминирует во всех регионах Украины, кроме Донбасса, где преобладает идентификатор «житель своего региона, города, села». А апрельский опрос Центра Разумкова зафиксировал, что поддержка вступления в ЕС возросла по все стране, кроме юго-востока Украины, где она упала до исторического минимума — до 36% на юге и 31% на востоке Украины.
 
Группа сторонников выхода из состава Украины постоянно качественно и количественно менялась, но, что принципиально, никогда не имела адекватного легального политического предложения на всеукраинском и местном уровнях. Как результат, радикализация украинского общества во время второго Майдана вывела радикальных сторонников независимости Донбасса в авангард политического противостояния.
 
Во-вторых, учитывая опыт других непризнанных государств, выборы дают шанс на формирование функциональных и компетентных правительств в республиках. Выборы в ДНР и ЛНР стали логичным продолжением референдумов о самоопределении Донецкой и Луганской областей 11 мая 2014 года, на которых большинство участников высказалось в пользу самоопределения. Следующим шагом после референдумов должно было стать создание новых конституций и проведение выборов, однако начало силовой операции прервало этот процесс. Факт избрания органов власти не гарантирует ни мира, ни того, что государственная состоятельность на Донбассе окажется успешным проектом. Однако создаются реальные предпосылки для движения в этом направлении, которыми могут воспользоваться основные участники конфликта со стороны ДНР и ЛНР. Все будет зависеть от способности избранных властей консолидировать вокруг себя силовые структуры, сформировать большое ядро лояльных граждан посредством наведения порядка и нормализации повседневной жизни, а также от сохранения доверия со стороны России.
 
В-третьих, после выборов Киев пошел по пути одностороннего размежевания с Донбассом и этим вынудил республики все больше двигаться в сторону других непризнанных образований. Сепаратная блокада ДНР и ЛНР выталкивают их из социально-экономического пространства Киева. Вопросом жизни и смерти республик в такой ситуации становится форсирование процесса государственного строительства, поиска источников для пополнения казны и ускоренное движение в сторону России. Игнорирование Донбасса Киевом может обернуться закреплением процесса дробления Украины после Майдана и прощанием с надеждами на реинтеграцию в какой-либо форме. Теперь война и блокада, похоже, не оставляют надежды даже на конфедеративное решение конфликта.
 
В-четвертых, отказываясь от мирных переговоров с Донбассом, Киев должен быть готов к тому, что последний будет представлять для него постоянную военную угрозу. Республики Донбасса не только будут угрожать вернуть под свой полный контроль территории Донецкой и Луганской областей силовым путем. А следовательно, экономическая стабилизация важного промышленного и ресурсного региона станет для Украины почти невыполнимой задачей. Дальнейшая милитаризация республик, в случае отсутствия согласованного мирного плана, может привести к военной дестабилизации центрального правительства в Киеве. В истории было множество примеров, когда повстанцы, закрепившиеся на отдельной территории, использовали ее в качестве плацдарма для свержения центрального правительства.
 
В-пятых, Запад обладает достаточным опытом и необходимыми инструментами для содействия решению конфликта на Донбассе, однако предпочитает рассматривать его в логике чрезвычайного прецедента и занимать позицию Киева. Запад действительно не может признать факт присоединения Крыма к России, во всяком случае пока. Не следует на это рассчитывать и в каком-либо обозримом будущем. Поскольку для этого потребуется пересмотр всей послевоенной системы безопасности, что с необходимостью предполагает наличие готового согласованного проекта альтернативной «системы», которого просто не существует.

С другой стороны, у Запада есть опыт и набор инструментов для сравнительно благоприятного разрешения конфликтов, подобных Донбассу. Международный опыт цивилизованного развода, как де-факто, так и де-юре, даже после гражданской войны, не является эксклюзивным знанием. Достаточно вспомнить примеры Югославии (раздел которой прошел отчасти мирно, отчасти в результате «замирения»), Косово, Дарфура и Восточного Тимора. Имеет Запад и опыт цивилизованного обращения с проблемой сепаратизма на своей территории. Можно привести примеры референдумов в канадском Квебеке 1980 и 1995 годов и недавний референдум в Шотландии.

Проблема в том, что Запад отказывается воспринимать конфликт на Донбассе как гражданскую войну, имеющую реальные причины внутри Украины, и подходит к нему как к пролонгации истории с присоединением Крыма. Запад перестанет занимать позицию Киева в конфликте на Донбассе, если России и республикам удастся убедить международное сообщество в том, что Крым и Донбасс — это разные истории. В противном случае, вспоминая опыт Абхазии, Запад должен понимать, что ДНР и ЛНР могут получить признание России в одностороннем порядке в случае дальнейших попыток Украины разрешить конфликт силовым путем.

Заместитель директора Центра политической конъюнктуры Олег Игнатов специально для «Актуальных комментариев»
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".