Статья
10 Октября 2014 18:41

Ни мира, ни войны?

Острая критика минских договоренностей российской патриотической общественностью и частью руководства Новороссии не может отменить тот факт, что ополченцы в ходе наступательных операций местного значения (Аэропорт, Дебальцево, Счастье) постоянно улучшают свои позиции.

С учетом динамики развития событий нельзя исключать взятия Песков, Авдеевки и даже Лисичанска. В принципе, ополчение так постепенно может «доулучшать» линию фронта и до границ Донецкой и Луганской областей (я говорю именно о границах областей, поскольку границы ДНР и ЛНР пока нигде и никем не обозначены, и они могут пройти не только восточнее, но и западнее областных границ).

Причем все это не означает, что Россия не стремится к достижению реального прекращения огня с разведением войск сторон и созданием буферной зоны. Просто стремиться и достичь — разные вещи.

Вопрос: кто буферную зону будет охранять? Совместные патрули нацистов и антифашистов просто сразу начнут перестрелку между собой. Против ввода в эту зону российских войск будет резко возражать Киев, а появление там частей стран НАТО (без балансировки их российскими миротворцами) неприемлемо для Москвы. Совместный контроль Россия/НАТО теоретически возможен, но неудобен для всех. Для Киева это будет означать согласие на официальное присутствие на Украине российских войск, для Москвы — войск НАТО в непосредственной близости к российским границам. Да и ситуация на Украине в целом не располагает к отправке туда цивилизованных миротворцев. Учитывая количество никому не подконтрольных вооруженных формирований и склонность украинских властей к организации провокаций, можно в короткие сроки получить неприемлемое количество потерь в составе миротворческого контингента. Причем провокации против миротворческого контингента со стороны Киева практически гарантированы.

Почему я утверждаю, что Россия искренне стремится к прекращению огня и созданию зоны безопасности на условиях, которые многим наблюдателям представляются невыгодными и для Москвы, и для Донецка, но при этом считаю, что в реальности такая зона безопасности вряд ли будет создана?

1.    Вооруженные силы Киева практически исчерпали возможности ведения боевых действий. Хотя бы потому, что в ходе «минского процесса» линия фронта исправляется в пользу ополчения. Перехватить инициативу, утраченную в августе, ВС Украины оказались не в состоянии, несмотря на то, что военкоматы исправно ловят призывников и даже вновь появилось некоторое количество добровольцев. Наоборот, власти Украины разворачивают строительство укреплений в тыловых районах и разворачивают полномасштабные тыловые структуры, в том числе госпитали, уже даже на правом берегу Днепра. То есть Киев готовится не к стратегическому наступлению, а к стратегической обороне. Как известно, войны в обороне не выигрываются, значит, Киев просто пытается выиграть время.

2.    В случае, если войска сторон будут реально разведены и между ними станут миротворцы, ВС Украины и карательные батальоны потеряют последнюю мотивацию к нахождению на линии фронта в зимнее время. Войска ничто не разлагает лучше, чем безделье в некомфортных условиях существования. В принципе, уже начался как организованный, так и стихийный отход боевых частей в тыловые города. Причем организованный не значит централизованный и подконтрольный командованию. О бегстве с фронта батальона «Прикарпатье» известно давно. Давеча Геннадий Москаль, назначенный Порошенко новым главой Луганской облгосадминистрации, признал, что фронт покинули батальон «Киев-2», а также сводные отряды МВД Полтавской и Сумской областей. В Харьков отведены, неизвестно по чьему приказу (но, похоже, с одобрения официального Киева), еще минимум два карательных батальона. В Днепропетровск по инициативе Коломойского оттянуты не менее двух батальонов его наемников и 25-я аэромобильная бригада (формально подчиняющаяся Минобороны, но на деле контролируемая тем же Коломойским). Причем в случае с Днепропетровском можно с высокой долей уверенности говорить, что свои наиболее надежные и боеспособные части Коломойский снял с фронта по собственной инициативе (просто Киев ничего не мог с этим поделать).

3.    Вышеперечисленное свидетельствует, что наряду с дезертирством уже не отдельных военнослужащих, но целых частей, как официальный Киев, так и отдельные полунезависимые олигархи-феодалы пытаются создать сильные тыловые гарнизоны в ключевых, стратегически важных центрах как левобережья, так и правобережья (усиливаются гарнизоны и создаются укрепленные позиции в Одессе, Херсоне, Чернигове и даже на подступах к Киеву). Это дает многократный эффект. Во-первых, боеспособные части зимуют в городских (относительно комфортных) условиях, а не в поле. Во-вторых, усиливается контроль над крупными областными центрами в еще подконтрольной Киеву части Новороссии (в которых Киев боится восстания). В-третьих, эти части могут играть роль своего рода заградотрядов для отлова и разоружения покидающих фронт зимой частей. В-четвертых, в случае наступления ополчения они должны будут сковать основные силы Новороссии необходимостью осады и штурма крупных городов, сбив темп и не позволив быстро выйти к Киеву. В-пятых, враждующие группировки в киевской власти обеспечивают надежными частями места своего базирования. В частности, карательные батальоны и десантники Коломойского будут защищать его от Киева даже с большей готовностью, чем от ополчения, которое их уже неоднократно громило.

4.    Итак, если перемирие так и не наступит, то ополчение будет медленно, но верно двигать линию фронта на Запад, причем зимой устойчивость ВС Украины должна резко снизиться (их и летом-то обеспечить необходимым не могли, а уж зимой-то и подавно не смогут). Если перемирие наступит, то нахождение зимой в поле тем более покажется войскам абсурдом. И в одном, и в другом случае должен начаться неконтролируемый и неорганизованный отток фронтовых частей в тыл. Причем те части, которые не разойдутся по одному, а сохранят организационное единство, будут отступать в крупные города (это единственная возможность обеспечить их теплым жильем и продовольствием).

5.    Понятно, что части, уходящие с фронта проигранной войны, будут крайне ожесточены против командования и государственной власти, которые, по их (не лишенному резона) мнению, их многократно предали и продали. Недовольство войск будет накладываться на уже существующее недовольство населения (нацистским оккупационным режимом в городах Новороссии, невыполнением требований «майдана» в Киеве, проигранной войной и «сдачей Украины», «погибшими зря патриотами» на Западной Украине). К этому надо добавить противостояние олигархических группировок, располагающих частными армиями. В общем, гремучей смеси достаточно не для одного взрыва, а для многих, и в этой ситуации уже армия Новороссии оказывается борцом за единство Украины, а распавшееся нацистское войско — бандами сепаратистов.

По сути дела, продолжение минского процесса в любой форме (как сейчас в виде квазипрекращения огня или, гипотетически и маловероятно, в виде реального перемирия) приводит Киев к быстрой военно-политической катастрофе. Нацистский режим видит свою задачу в том, чтобы досидеть до весны, сохранив хотя бы подобие легитимности. Расчет делается на то, что чем больше времени удастся выиграть, тем больше шансов, что общая геополитическая ситуация каким-нибудь чудесным образом изменится в лучшую для режима сторону.

В конце концов, рано или поздно переговоры об урегулировании украинского кризиса между реальными геополитическими игроками должны начаться и в этот момент киевские нацисты могут рассчитывать что-то выторговать для себя лично (хотя бы гарантии безопасности) только если им будет что положить на стол. Контроль над крупными городами — областными центрами (Харьков, Одесса, Днепропетровск, Запорожье, Николаев, Херсон, Киев, Чернигов, Полтава), вкупе с формальным контролем над Западной Украиной позволяет Киеву на любых переговорах выступать с позиции законной власти, контролирующей большую часть страны.

С этой целью (выигрыш времени) более-менее боеспособные, надежные и мотивированные части отводятся в крупные города, которые, по гитлеровской методике 44-45 года, предполагается превратить в крепости, способные надолго сковать ополчение. Конечно, план Гитлера провалился, но киевским нацистам противостоит не многомиллионная регулярная Красная армия, а ополчение в несколько десятков тысяч человек. Поэтому они рассчитывают на то, что даже потеряв один-два-три крупных города, смогут сохранить за собой (хотя бы номинально) большую часть территории страны и столицу.

Впрочем, рассредоточение боеспособных сил по крупным оборонительным группировкам, разделенными большими расстояниями, позволяет ополчению спокойно концентрировать свои ресурсы против оборонительных районов противника по-очереди. Ну и самое главное — внутренние дрязги в Киеве и готовность радикалов снести власть Порошенко, что делегитимизирует режим и приводит к атомизации сил, противостоящих Новороссии, их разделению на враждующие между собой группировки.

В условиях действующего перемирия, с зоной безопасности и бесконтрольно расходящимися с фронта злыми на всех карателями, внутренний взрыв с обвинением Порошенко в предательстве и сдаче территории был бы гарантирован. Именно поэтому Киев сам не соблюдает соглашение о прекращении огня и не торопится с созданием зоны безопасности, которую так боятся в Новороссии. Армия Порошенко воевать не может, но продолжение состояния войны, хоть каких-то боев, оправдывающих нахождение войск на фронте, Порошенко необходимо. Это его единственный, впрочем, виртуальный шанс дотянуть до весны.

В отличие от Троцкого Порошенко не может распустить армию, поэтому ему необходимо состояние «ни мира, ни войны». Но и это состояние долго продлиться не может. Непобедимость ДНР и ЛНР активизирует сопротивление в других городах Новороссии (куда, как было сказано выше, киевский режим уже вынужден оттянуть с фронта крупные силы). С другой стороны, зараженное бациллой военной пропаганды «общественное мнение» «майдана» требует победоносного окончания войны, а вину за поражения возлагает на руководство министерства обороны, генштаб и лично на Порошенко. Причем эти «общественники» опасны тем, что обретаются в Киеве, имеют опыт «майданов», а теперь и оружие, готовы убивать своих вчерашних кумиров, поскольку считают, что не их личное присутствие на фронте, а убийство «неправильного» и вознесение к власти «правильного» лидера способно решить их личные проблемы, которые они считают проблемами государства.

Так что для Киева состояние «ни мира, ни войны» грозит быстро перейти в состояние войны всех против всех.

Ростислав Ищенко, президент Центра системного анализа и прогнозирования

Фото: Tyzhden.ua

7 Июля 2017 Анонс
Саммит G20
 Саммит G20 7-8 июля в Гамбурге соберутся лидеры стран «Большой двадцатки». Уже запланированы встречи президента России с Мун Чже Ином, президентом Южной Кореи и Эммануэлем Макроном, французским лидером. Не исключена и встреча в формате «нормандской четвёрки».
14 Июня 2017 Новости  Большинство украинцев оценили ситуацию в стране как хаос Большинство жителей Украины (85 %) считают, что их страна находится в состоянии хаоса, 75% согласны с тем, что Украина - на стадии распада, таковы данные исследования, проведенного социологической группой "Рейтинг".  11 Июня 2017 Анонс
Парламентские выборы во Франции
 Парламентские выборы во Франции 11 июня состоится первый тур парламентских выборов во Франции, второй – 18 июня. Будут избраны 577 депутатов, СМИ предсказывают кардинальные изменения конфигурации парламента и победу партии, которую ранее возглавлял Эммануэль Макрон. 
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".