Статья
15 Марта 2012 18:49

Обновленная стратегия

Обновленная стратегия
Фото: Shutterstock

Эксперты, работающие по поручению правительства Российской Федерации над обновлением стратегии социально-экономического развития России до 2020 года (Стратегия-2020), представили 14 марта окончательную версию доклада.

В феврале 2011 года правительством Российской Федерации и экспертным сообществом во главе с НИУ ВШЭ и РАНХиГС были созданы экспертные группы по самым разным направлениям социально-экономического развития страны – от пенсионной реформы до преодоления транспортной разобщенности, от реформирования общественного сектора до векторов социально-экономической интеграции на постсоветском пространстве России.

В документе представлены меры по реформированию образования, здравоохранения, рынка труда, жилищной политики, налогового сектора и т.д. Эксперты «Стратегии-2020» подготовили сценарии развития макроэкономической ситуации в России и в мире, в которых представили основные приоритеты экономического развития на ближайшее десятилетие.

«Стратегия-2020» базируется на двух основаниях – новой модели экономического роста и новой социальной политике. Очевидно, что второе (новая социальная политика) невозможно без первого (экономического роста), отмечают авторы документа.

Разработанная в «Стратегии-2020» система мер по реформированию социальной политики потребует «бюджетного маневра» – частичной смены приоритетов в расходах бюджета. Его смысл – достижение большей сбалансированности расходов между целями поддержания стабильности в краткосрочном периоде и финансовым обеспечением целей развития, говорится на сайте «Стратегии-2020».

Авторы стратегии рассчитали минимальные макроэкономические параметры для реализации важнейших задач России. Это рост ВВП РФ от 5% в год и снижение инфляции до уровня ниже 5%.

В докладе говорится, что дефицит федерального бюджета сократится к 2020 года до 0,4% ВВП, если российские власти согласятся на бюджетный маневр «плюс 4 минус 2». Речь идет о росте госфинансирования развития инфраструктуры и человеческого капитала на 4% ВВП к 2020 году при сокращении неэффективных и избыточных расходов минимум на 2% ВВП уже к 2014 году, излагает основные пункты доклада ПРАЙМ-ТАСС.

Бюджет все также планируется рассчитывать, исходя из цен на нефть. В 2012 году расчетной должна стать цена 105 долларов за баррель, затем она будет снижаться до 95 долларов за баррель в 2015 году. По мере диверсификации экономики и источников дохода бюджета бюджетные правила поменяются.

Нефтяные сверхдоходы следует вновь сохранять в специальных фондах, как это было до кризиса 2008-2009 годов, считают авторы стратегии. Резервный фонд они рекомендуют наполнить до уровня 6% ВВП, что позволяет финансировать в течение трех лет снижение цен на нефть на 20%.

Эксперты также предложили повысить минимальный капитал банков до 1 миллиарда рублей с 2013 года и до 3 миллиардов рублей к 2020 году. В настоящее время минимальный капитал для действующих банков составляет 180 миллионов рублей.

Авторы доклада продвигают идею не наращивать налоговую нагрузку на бизнес. Это приводит к ухудшению делового климата, «бегству от налогов», расширению зоны неформальной экономики. Увеличение налоговой нагрузки на труд противоречит общемировой тенденции, когда для повышения конкурентоспособности экономики налоговая нагрузка на труд и капитал снижается, а на потребление - растет, считают они.

В частности, речь идет о страховых взносах, которые ввели вместо отмененного в 2010 году Единого социального налога (ЕСН) и увеличили их ставки с 26% до 34%. По оценке авторов стратегии, из-за этого выросла доля теневых зарплат. Эксперты полагают, что переход к страховым взносам лишь усложнил администрирование, не обеспечивая сбалансированности пенсионной системы.

Сейчас максимальный тариф страховых взносов составляет 30%, в докладе предлагается оставить его на уровне 20-22% (такая ставка сейчас действует для некоторых видов бизнеса). Также авторы доклада предлагают властям рассмотреть вопрос о возврате к ЕСН, передав его администрирование ФНС.

Авторы стратегии затронули тему необходимости повышения пенсионного возраста, составляющего сейчас 55 лет для женщин и 60 для мужчин, что ниже, чем в большинстве стран Европы. Такие возрастные рамки являются практически самыми низкими в Европе, однако и продолжительность жизни в РФ ниже среднеевропейского уровня.

Авторы стратегии отмечают, что население стареет, и сохранение в незыблемости границ пенсионного возраста де-факто означает существенное сокращение трудовой жизни. Они предлагают повысить пенсионный возраст для обоих полов до 63 лет к 2030 году. Делать это предлагается не единомоментно – по полгода в год для женщин, по три месяца в год для мужчин, пока возраст не выровняется. Наряду с этим предлагается постепенно увеличить стаж, после которого работник может претендовать на получение трудовой пенсии, с 5 до 15-20 лет.

Комментарии экспертов
<p>Проблематика пенсионного возраста и вообще пенсионеров, а также привлечение рабочей силы - ключевая в вопросе о стратегическом видении России через 10-20 или 30 лет. С одной стороны, действительно, довольно скоро в нашем обществе количество работающих станет меньше количества тех, кого они должны содержать. Вторая проблема касается характера труда.</p>
<p>Да, труд сам по себе создает ценность. Но в тоже время не всякий труд создает ценность, достаточную для того, чтобы можно было поддерживать существование людей, которые уже не могут трудиться, или еще не могут трудиться (стариков и детей).</p>
<p>Поэтому такие простые ходы, как то: увеличить пенсионный возраст и в то же время ежегодно в страну нагонять 300 тысяч гастарбайтеров, предполагают видение экономики не развивающейся, а остающейся в прежнем состоянии, когда в ней занята неквалифицированная рабочая сила. Мало того, что она неквалифицированная, так она еще и неоплаченная адекватно даже по общероссийским меркам.</p>
<p>К тому же гастарбайтеры содержатся в абсолютно нечеловеческих условиях. Поэтому в дебатах, которые сейчас идут, я вижу некую внутреннюю ловушку. Проблема на самом деле двоякая: обеспечение достаточного уровня для тех, кто уже не может работать, и обеспечение рабочей силой. Эта проблем должна решаться за счет выхода из этого замкнутого горизонта.</p>
<p>Во всяком случае, мне думается, в том, что Путин писал в одной из своих статей в ходе предвыборной кампании (когда он говорил о том, что мы пережили образовательную революцию и что у нас входит в жизнь новое поколение высоко образованных людей, и задача создавать 10 миллионов высокооплачиваемых квалифицированных рабочих мест) реально находится решение этой проблемы.</p>
<p>То есть количественно здесь ничего не придумаешь, это тупиковый путь. Здесь нужен прорыв в новое качество труда, в новое качество экономики. Только так можно эту проблему решить. Пока что поиск ведется, что называется, таким простым бухгалтерским способом: посчитаем, кому сколько нужно, нагоним рабочей силы при условии, что она будет также плохо оплачиваться и также неизвестно где жить. Вот этого, в принципе, быть не может.</p>
<p>Модернизационная составляющая пока не учитывается. Необходимость включать принципиально новые верхние этажи экономики, создавать экономику не нефтегаза, строительного бума, на котором заняты неизвестно кто, не просчитывается.</p>
<p>Не за счет этого мы можем совершить какой-то прорыв. Так или иначе будет поставлена задача ускоренной экономики и технологической модернизации. Здесь  может быть найдено оптимальное решение.</p>
<p>Вопрос повышения пенсионного возраста тоже очень болезненный. Да, в Европе его повышают. Но уже сегодня люди за пределами 55-60 лет никому не нужны, за исключением ночных сторожей и консьержек. Поэтому, когда людям говорят, что вы не будете получать пенсии в 55- женщинам, и в 60 - мужчинам, а будете работать, то это воспринимается, что мы вам больше не будем платить пенсии.</p>
<p>За небольшим исключением, люди после достижения пенсионного возраста продолжают работать по своей специальности. Только в редких исключениях квалификация и мастерство позволяет им быть занятыми в профессии, несмотря на возраст. Это, как правило, люди, занятые в сфере образования, занимающиеся интеллектуальным трудом, зарекомендовавшие себя в сфере здравоохранения. Но остальные не могут работать на своих прежних местах и получат соответствующую зарплату.</p>
<p>Поэтому, когда говорят, что мы увеличим пенсионный возраст, это опять про количество, это не про качество. А проблема требует качественного рывка.<br />
Пока все рассуждения будут строиться в этом замкнутом горизонте простых количеств, эта проблема будет отодвигаться. Но сколько ее не отодвигай, она нас больно ударит. Если эти проблемы не будут переведены на новый уровень, где возможности решения принципиально другие, они просто уничтожат страну.</p>
<p>Повышение пенсионного возраста - это неизбежная, к сожалению, мера, которую придется принимать Российской Федерации в ближайшие несколько лет. Вопрос в темпах и цифрах. В европейской практике и даже в странах Юго-Восточной Азии серьезно думают об этом вопросе, потому что развитие современной фармацевтики и в целом здравоохранения серьезно увеличивает нагрузку на работающее население. Если не повышать пенсионный возраст, то на одного работника, находящегося в работоспособном возрасте, будет приходиться два-три пенсионера. И в этом случае, даже при достаточно высокой производительности труда, полностью обеспечить социальное равенство для всех будет крайне сложно.</p>
<p>Особенно сложно это будет сделать в контексте роста уровня потребления и на фоне увеличившейся инфляции, прежде всего, товарной. Очевидно, что решение о повышении пенсионного возраста неизбежно. Вопрос в другом. При повышении пенсионного возраста необходимо, прежде всего, улучшать социальную инфраструктуру. Пенсионерам должны предоставляться дополнительные льготы. Понятно, что инфраструктуру нужно сделать более современной, более автоматизированной. Параллельно должна стимулироваться занятость пенсионеров. Речь идет о специальных социальных программах, которые сегодня запускаются и в Европе, и в США. Они направлены на то, чтобы занять ту часть населения, которая готова работать, просто в других режимах, к примеру, в дистанционном режиме.</p>
<p>Таким образом, можно было бы разгрузить, с одной стороны, работающее население, с другой стороны, можно было бы обеспечить другое качество жизни для российских пенсионеров. Несомненно, рынок труда - это всегда компромисс между тремя основными игроками: работодателями, которые заинтересованы в производстве и в снижении себестоимости продукции, работниками, которые заинтересованы в улучшении социального обеспечения, условий труда и повышении заработной платы, и, собственно, государством, которое заинтересовано в синхронизации интересов остальных игроков и выступает в роли своеобразного арбитра между ними.</p>
<p>Что касается предложения экспертов привлекать  больше мигрантов на работу в Россию, чем ранее: активные миграционные процессы - это тренд 21 века. Этот тренд также включает в себя развитие современных коммуникаций, в том числе транспортных коммуникаций. Граждане различных стран приобретают сверхмобильность. В современном мире границы теряют значение. Этим обуславливаются достаточно объемные миграционные перетоки.</p>
<p>У всех стран есть свои источники активной миграции, как внутринациональной, так и внешней. Можно вспомнить, например, Северную Африку, Францию, Восточную Европу, Германию. Вопрос в том, чтобы сформулировать адекватную и разумную миграционную стратегию для долгосрочной перспективы. Однако, государство, как и работодатель, должно понимать, что за работники конкретно ему нужны и на какие позиции. Очевидно, что, например, низкооплачиваемых работников из местного населения привлекать достаточно проблематично. Также очевидно, что за счет иностранных партнеров-специалистов можно было бы закрыть другую нишу. Они могли бы заниматься здесь обучением кадрового резерва страны.</p>
<p>В остальных случаях необходимо, конечно, синхронизировать позиции. С одной стороны, надо обеспечить конкурентоспособность российской экономики, в том числе за счет привлечения мигрантов. С другой стороны, надо сохранить национальные рабочие места, и это тоже определенный тренд, направленный на ограничение миграционных потоков. Эта тема волнует практически все страны, а в некоторых это является предметом острейших политических дискуссий, например, в той же самой Франции.</p>
<p>Очевидно, что в Российской Федерации необходимо избегать использования рабочей силы из-за рубежа в конкурентоспособных отраслях, в которых мы способны вырастить собственный кадровый потенциал - это военно-промышленный комплекс, агропромышленный комплекс, инновационная экономика в отдельных ее секторах. Но есть сферы, в которых можно привлекать мигрантов, правда, по понятным и четким правилам. Необходима достаточно понятная и прозрачная система, по которой мигранты будут приезжать в страну и работать в ней. Очевидно, что пока инициатива, обозначенная в «Стратегии 2020», не имеет конкретных механизмов. Через год, черед два, через три, когда будут выстроены механизмы по этой стратегии (что совершенно необходимо) - вот тогда можно будет говорить о разумной миграционной политике, в которой интересы всех игроков согласованы.</p>
<p>На данном этапе вполне разумно, что профсоюзы возмущаются, а работодатели поддерживают идею. Но более серьезную модель, удобную всем, мы, наверное, увидим ближе к лету, когда будут представлены все документы, описывающие механизмы работы миграционной политики. На мой взгляд, важнейшим фактором по сближению позиций всех участников процесса станет именно формирование законодательных механизмов под обновленную стратегию.</p>
<p>Пенсионный возраст надо повышать. Но надо все-таки держаться каких-то параметров реальности – страна, находящаяся на определенной стадии экономического и социального развития, не может иметь пенсионный возраст значительно ниже, чем страны гораздо более развитые. А если  мы говорим о том, что у нас есть дефицит рабочей силы, чего же мы трудоспособных людей фактически вышибаем с работы? Полагаю, пенсионный возраст будет повышен через некоторое время. Но нельзя нарушать свои обязательства сразу после выборов. Он будет повышен в плавном режиме, как украинцы делают. И это нормально и абсолютно объяснимо.</p>
<p>Это такой наш вариант кризиса демократии: пока мы не можем или не хотим принять непопулярное решение Хотя не факт, что оно такое уж непопулярное, потому что очень многие люди поддержали бы эту идею, так как хотят продолжать трудиться. А сейчас, когда тебе разрешают трудиться, но, тем не менее, ты на пенсии, понятно, что ты автоматически становишься кандидатом на вылет.</p>
<p>Второй момент, это мигранты. Думаю, к этой концепции приложили руку люди из так называемых бизнес и деловых структур. Это пронизывает всю эту концепцию. И понятно, что пенсионный возраст – это их объективное понимание ситуации, а стремление привлекать нарастающее количество гастарбайтеров – это попытка использовать дешевую и супердешевую рабочую силу. Фактически, это рабский труд. Это дико развращает российскую экономику.</p>
<p>Проблемы нехватки физической рабочих рук в России нет. Есть проблемы структуризации труда, и есть работы, которые местное население не желает выполнять за такую плату.</p>
<p>Если дешевая рабочая сила является конкурентным преимуществом российской экономики, то, наверное, можно было бы сохранить приток мигрантов. Но поскольку такого положения нет и не предвидится, это какая-то, на самом деле, демагогия, вредительство и лоббизм.</p>
<p>В целом, стратегия далека от реальности в силу колоссального влияния на нее либеральных экономистов, которые не понимают в принципе провала этого экономического проекта, и лоббистов российского бизнеса, которые, в очень значительной степени паразитарны по своей природе. Это концепция ни о чем. <br />
Никакие тенденции, никакие программы, никакие рецепты, которые там содержатся, никакого отношения ни к действительности не имеют. То, на что они опираются, и то, что они описывают, прекратит свое существование в течение ближайших трех лет.</p>
<p>Я имею в виду следующие фазы мирового глобального кризиса, которые просто меняют и ситуацию в мире, и всю парадигму экономической политики. Кстати, не только экономическую политику, но, в том числе, критически важную для России внешнюю конъюнктуру. Два вопроса, о которых мы говорим, имеют практическое значение, а в целом этот документ никакого практического значения не имеет. Это отвлечение внимания людей.<br />
 </p>
<p>Нужно оценивать базовые идеологические подходы и посылы доклада. И они во многом расходятся с программой, которая озвучивалась Путиным в ходе избирательной кампании. Причем, я имею в виду не только короткую избирательную кампанию, а начиная с конца апреля-мая минувшего года. В центре этой программы Путина - концепция новой индустриализации, и, соответственно, признание необходимости новой промышленной политики государства, а идеологи и корректировщики «Стратегии – 2020» предлагают делать ставку на постиндустриальную экономику.</p>
<p>На практике это означает, что помимо нефти и газа в России должна приоритетно развиваться сфера услуг, и государству не стоит серьезные усилия посвящать выращиванию и спасению промышленности, в том числе, и наукоемкой. Не стоит проводить активную технологическую политику.</p>
<p>Это выражается и в позиции по оборонному заказу, который рассматривается просто как балласт, тогда как он является одним из триггеров развития в концепции промышленной политики. Это расхождение достаточно принципиально.</p>
<p>Другое расхождение касается социальной политики. В отношении социальных расходов государства авторы довольно аккуратны, они предлагают их даже увеличивать, а не сокращать кардинально. Но главный вопрос социальной политики связан с вопросом экономической политики. Важно. какую ставку делает государство: ставку на экономику дешевого труда или ставку на экономику дорогого труда. Ставка на экономику дорогого труда подразумевает, что необходимо ограниченное количество рабочих рук, их не должно быть слишком много, и производительность должна обеспечить ее за счет технологизации труда, и такой труд должен быть достаточно квалифицированным и дорогим. Эта концепция предполагает так же определенную экономическую модель развития с опорой на внутренний спрос. Потому что дорогой труд предполагает, что в стране достаточно много потребителей, которые способны создаваемые продукты потреблять. Эта формула экономического развития, которая во многом привела к успеху и процветанию западные страны в послевоенное десятилетие.</p>
<p>Другая ставка - на дешевый труд, которая предполагает, что снижение издержек в оплате труда является фактором глобальной конкурентоспособности. Разработчики концепции сетуют, что в России труд не достаточно дешевый, поэтому необходимо сбивать цену на труд, благоприятствуя притоку гастарбайтеров. На практике это тоже противоречит тем обещаниям, которые были Путиным озвучены в ходе избирательной кампании, когда он высказывался за ограничительную иммиграционную политику. К тому же такая позиция несовместима с задачей модернизации экономики. Дешевый низкоквалифицированный рабочий труд дестимулирует технологическое обновление экономики, дестимулирует ту самую технологическую модернизацию, о которой так много говорится. Не говоря уже о том, что дешевый труд – это труд дешевый только для бизнеса. Для общества этот дешевый труд оказывается крайне дорогим: те ресурсы, которые расходуются на социализацию пребывающих, могут существенно перекрыть все возможные выгоды. Но, если ресурсы на социализацию не расходуются, то издержки оказываются еще выше, потому что происходит деградация социальной среды, культурные, социальные конфликты, деградация рынка труда. То есть, дешевый труд – это труд дешевый только для работодателя, но крайне дорогой для общества, для его нынешних и будущих поколений.</p>
<p>Поэтому здесь тоже есть политическая развилка, политический выбор между двумя моделями поведения в отношении миграции, в отношении рынка труда. И, на мой взгляд, концепция Путина, которая им озвучивалась в ходе кампании, и концепция авторов доклада здесь сильно отличаются. Кроме того, есть определенные противоречия и в самой концепции авторов доклада.</p>
<p>С одной стороны, они говорят о необходимости опережающих инвестиций в человеческий капитал, о серьезном уровне инвестиций в образование, в подготовку кадров. А с другой стороны, говорят о необходимости дешевой рабочей силы. Эти две позиции совмещаются только в одном случае, если подразумевается определенная логика социального апартеида, когда общество сегрегируется таким образом, что в одних кластерах развивается креативный класс, государство инвестирует в образование, в человеческий капитал, а в других кластерах господствуют дешевый примитивный рабочий труд и такие же примитивные навыки социального поведения. Этот вот призрак социального апартеида в концепции маячит довольно определенно.</p>
<p>Пожалуй, та тема, которая больше всего обсуждается, тема повышения пенсионного возраста, из-за которой многие критикуют авторов доклада, мне кажется, как раз заслуживает понимания в гораздо большей степени, чем многое другое. Потому что тема повышения пенсионного возраста, вообще говоря, обсуждаема. Вполне возможно, что в той или иной форме это придется делать. Пока, наверное, в той форме, которая была озвучена политическим руководством, как некая добровольная формула, которая подразумевает повышение пенсии в случае ее отсрочки. И, кстати говоря, эта проблема повышения пенсионного возраста так же тесно связана с проблемой миграции. Повышение пенсионного возраста может быть одним из решений для отказа от иммиграции, потому что одним из аргументов в пользу иммиграции является неблагоприятная динамика возрастной структуры населения. Соответственно, эту проблему можно решать за счет повышения пенсионного возраста. Это решение кажется мне более приемлемым, чем массовая миграция.</p>
<p>Пожалуй, одной из наиболее спорных мер, выражающих концепцию этого доклада, мне видится идея об отмене некоторых пошлин на нефть. Авторы предлагают компенсировать потери за счет повышения налога на добычу. То есть, они говорят, что фискальные потери для государства в этом случае не должны иметь место. Но смысл этой меры состоит в том,  чтобы у государства не было инструмента, обеспечивающего разрыв в уровне цен между мировым рынком и внутренним рынком. То есть, авторы доклада стремятся на уровне институтов регулирования экономической политики гарантировать, чтобы внутренние цены ни в коем случае не были ниже мировых на нефть, потому что с их точки зрения это будет такой формой субсидирования, которая имеет негативное влияние на экономику.</p>
<p>В действительности, если мы хотим какого-то промышленного развития, то субсидирование внутреннего рынка за счет экспортных пошлин абсолютно необходимо. Необходимо обеспечивать разрыв между мировыми ценами и ценами на внутреннем рынке, потому что это является естественным фактором конкурентоспособности отечественной промышленности. Поэтому здесь можно увидеть лоббизм в интересах нынешних господствующих групп, связанных с сырьевым и финансовым капиталом.</p>
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".