Статья
17 Ноября 2015 12:10

Теракт на борту. Что это означает?

Российские власти официально признали катастрофу самолета Airbus 321 терактом. Самодельное взрывное устройство, пронесенное на борт – этот ответ порождает еще больше вопросов.

Первый и самый простой из них: Действительно ли это ИГИЛ (запрещенная в России организация)? Само так называемое «Исламское государство» оперативно взяло на себя ответственность, но лишь потому, что ему это выгодно – паству нужно держать в тонусе и демонстрировать силу. Кто на самом деле отдал приказ изготовить бомбу – еще предстоит выяснить.

Второй вопрос состоит в том, насколько быстро удастся найти виновных. Исламисты разбросаны по миру, они не сидят в Сирии на одном месте: теракт в Париже вполне убедительно доказывает пространство их реального действия. Завтра заказчик может оказаться в Лондоне, послезавтра – в Токио, никакого Джеймса Бонда не хватит гоняться за ними.

Третий вопрос – что нам делать с нашей безопасностью внутри страны. Туристы почти вывезены из Египта, и именно поэтому слова о теракте прозвучали именно сейчас. Радикальные исламисты – это не обязательно карикатурные бородачи, обвязанные пулеметной лентой. Часто они выглядят как европейцы, а в России могут сойти за жителей почти любого региона. Адекватны ли меры безопасности угрозе? Очевидно, что нет. Рамки на вокзалах выглядят формальностью, аэропорты защищены лучше, метро в крупных городах – до сих пор зона повышенного риска, в час пик никакого досмотра не проводится. Закрыть вокзалы, аэропорты и метро мы не можем по определению, то есть России придется предпринять нетривиальные действия для того, чтобы свести к минимуму саму возможность крупного теракта. Каковы будут эти действия – ключевая проблема ближайших недель.

Четвертый вопрос – что мы можем за границей? Пока Россия наносит точечные удары по ИГИЛ и боевикам, воюющим против Башара Асада. Вероятно, Запад согласится с российской версией катастрофы над Синаем, но что мы можем предложить, кроме авиации? Владимир Путин сослался на ст. 51 Устава ООН, предусматривающую право государства на самооборону, то есть проблема вынесена за пределы нашей борьбы с ИГИЛ. Возможно, заказчик теракта будет найден не в сирийских песках, а в каком-нибудь официально признанном государстве, находящемся под влиянием, скажем, США – эта ситуация развяжет нам руки для действий, на которые раньше требовались бы годы политической борьбы.

Говоря о теракте, Владимир Путин поднимает ставки. Замах здесь должен быть меньше удара, и от направления этого удара и его силы будет зависеть, с чем мы подойдем к началу 2016 года. Полагаю, что до марта у нас есть время если не переформатировать через механизмы антитеррора международные отношения, то, по крайне мере, обозначить новое место России в глобальном противостоянии – нет, не ИГИЛ, а США. Ведь никто не снимает с американцев ответственности за пожар на Ближнем Востоке, который и положил начало серии крупных терактов.

_________

Читайте также:

  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

Rosneft
© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".