Комментарий
742
22 июня 2026 18:30
Экономика, которая растет снизу
экономистКонстантин Лебедев
Рост числа ИП в России идет вопреки дорогим кредитам, кадровому дефициту и замедлению экономики. Но означает ли это, что малый бизнес чувствует себя уверенно? Или предпринимательство все чаще становится способом адаптации к меняющемуся рынку труда и экономической реальности? О том, почему россияне продолжают открывать собственное дело и какие факторы сегодня определяют развитие малого бизнеса, рассуждает Константин Лебедев, профессор кафедры международного бизнеса Финансового университета при Правительстве РФ. Почему россияне продолжают открывать ИП даже в условиях дорогих кредитов и замедления экономики?
— Признаюсь честно, наблюдая за динамикой регистраций новых ИП, ловлю себя на мысли, что мы часто недооцениваем адаптивность нашего предпринимательского класса.
Когда мы говорим о высоких ставках и замедлении экономики, мы смотрим на проблему с позиции классического корпоративного менеджмента, где каждый процент по кредиту может обрушить тщательно выстроенную финансовую модель. Для индивидуального предпринимателя же характерна иная природа мотивации. Это часто не стратегия экспансии, а стратегия выживания и самореализации.
Люди идут в ИП не потому, что настали идеальные времена, а потому что микробизнес — это последний бастион, где скорость принятия решений и личное обаяние собственника все еще могут обыграть высокую стоимость денег.
Представьте себе небольшую пекарню или пункт выдачи заказов: там нет длинных инвестиционных циклов, там оборот подстраивается под спрос буквально в течение недели. Именно эта сверхгибкость позволяет предпринимателям абсорбировать шоки, с которыми не справляется крупный ритейл.
Какие отрасли сегодня являются основными драйверами роста индивидуального предпринимательства?
— Если мы затронем отраслевой разрез, то увидим любопытную картину созидательного разрушения. Основными драйверами сегодня выступают те сектора, которые в академической среде принято называть «экономикой непосредственного касания». Это маркетплейсы и логистика, где порог входа остается относительно низким благодаря экосистемным платформам.
Но еще интереснее бурный рост в сегменте бытовых услуг и микро-производств. Мы наблюдаем, как нишевые мастерские по пошиву одежды, производству мебели под заказ или автосервисы не просто выживают, а активно отвоевывают доли у крупных сетей. Их конек — кастомизация и умение работать с клиентом напрямую, минуя бюрократические задержки. Условно говоря, пока крупный бизнес думает о масштабировании, малый уже сделал продукт и продал его соседу.
Насколько устойчив нынешний рост числа ИП: это новые бизнесы или во многом вынужденный уход людей из найма?
— Здесь мы подходим к фундаментальному вопросу об устойчивости тренда. Я склонен видеть в этом не столько вынужденный уход из найма, сколько глубинную структурную трансформацию рынка труда. Конечно, фактор «выталкивания» присутствует, т. е. когда реальные располагаемые доходы стагнируют, а премиальная часть в найме сжимается, человек начинает считать себя не элементом корпоративной машины, а самостоятельной единицей.
Но мы видим по опросам, что значительная часть вновь зарегистрированных ИП — это бывшие самозанятые, которые переросли лимиты по доходам. То есть это не шаг отчаяния, а шаг взросления бизнеса, его формализации. Это уже не «гаражная экономика», это осознанный переход на следующую ступень, что говорит о здоровой, эволюционной траектории роста.
Что сегодня больше всего мешает развитию малого бизнеса — налоги, дефицит кадров, стоимость финансирования или административные барьеры?
— Что касается преград, то здесь иерархия проблем выстроилась, на мой взгляд, парадоксальным образом. Самым большим тормозом сегодня является не столько налоговая нагрузка или даже дорогие кредиты, сколько катастрофический дефицит кадров.
Институт ИП исторически держался на эксплуатации семейного труда и небольшом коллективе мотивированных универсалов. Сейчас найти этих универсалов, когда крупные корпорации повышают зарплаты галопирующими темпами, — задача почти архисложная.
Предприниматель готов мириться с административными барьерами, он готов брать дорогие деньги под конкретную партию товара, но он оказывается беспомощным, когда работать просто некому. Это становится точкой слома, которая, как ни странно, одновременно и тормозит рост отдельных единиц, и стимулирует цифровизацию и роботизацию даже в микроформатах.
В целом же, нынешний рост числа ИП — это яркий индикатор здорового экономического пульса снизу, который вопреки конъюнктуре прорастает там, где есть свободный спрос и неудовлетворенные потребности. Это та самая народная основа экономики, которая придает ей прочность в эпоху перемен.
Константин Лебедев, профессор кафедры международного бизнеса Финансового университета при Правительстве РФ.
#КонстантинЛебедев
Популярные материалы

