Комментарий
1493 25 октября 2016 20:20

Райкин не догоняет

Андрей Ашкеров философАндрей Ашкеров

Андрей Ашкеров
философАндрей Ашкеров
Речь руководителя театра «Сатирикон» Константина Райкина о цензуре и борьбе государства «за нравственность в искусстве» стала важным общественным событием.  В своей речи Райкин сказал, что его тревожат участившиеся «наезды» на искусство и театр в частности. О том, почему эти слова прозвучали именно сейчас и почему многие тезисы актёра и режиссёра вызывают двойственное ощущение, «Актуальным комментариям» рассказал доктор философских наук, профессор МГУ Андрей Ашкеров

Речь руководителя театра «Сатирикон» Константина Райкина о цензуре и борьбе государства «за нравственность в искусстве» стала важным общественным событием.  В своей речи Райкин сказал, что его тревожат участившиеся «наезды» на искусство и театр в частности. О том, почему эти слова прозвучали именно сейчас и почему многие тезисы актёра и режиссёра вызывают двойственное ощущение, «Актуальным комментариям» рассказал доктор философских наук, профессор МГУ Андрей Ашкеров. 

 Начнем с того, почему именно сейчас. Сменилось руководство внутренней политикой, и от Кириенко ждут неких изменений курса, тем более, представителям интеллигенции памятна принадлежность Кириенко к одной правой партии ещё в конце 90-х годов. Поэтому выступление Райкина, конечно же, имеет целью своеобразную проверку боем. Мол, как, новое руководство отреагирует на такое вот заявление, на все эти «призывы объединиться», с которыми он обратился к своим коллегам. В общем, на кону вопрос об очередной оттепели. 

Но, безусловно, в выступлении К.Райкина есть и другие небезынтересные сюжеты. 

Мне кажется, наступает эпоха, когда представители разных профессиональных цехов будут специально нанимать гражданских активистов – за малую денежку, как говорится, – чтобы они отстаивали их интересы. Гражданский активизм вполне вписывается в концепцию государства услуг. На примере предыдущего политического сезона, закончившегося сентябрьскими выборами, мы видели, что на правах таких активистов выступали те, кто пробовал себя на роль символа морального большинства. Тут вам и казаки с нагайкой, и православные с топором, и бабки с лавки, и Никита Джигурда с Хирургом. Было ли это по зову сердца или по вызову – вопрос особый. Скорее всего, одно не исключало другого. 

Сегодня я допускаю, что представители нашей интеллигенции - не только театральной, конечно, - перехватят инициативу и наймут аналогичные отряды. Эти мобильные группы протеста будут иметь другой состав: скажем, они могут состоять из хипстеров-театралов, городских сумасшедших, людей, целовавшихся с Кириллом Серебрянниковым, и прочая, прочая, прочая. Одни такие гражданские «штурмовики» будут идти на других «штурмовиков». Я вполне представляю именно такой сценарий становления нашего гражданского общества. Одновременно это будет сценарий капитализации досуга малообеспеченных граждан, не чуждых политики. Тем более, что можно пару часов поработать хипстером-театралом, а потом ещё пару часов – казаком с нагайкой. Будет чем заняться.

В целом выступление Райкина оставляет ощущение двойственности. К примеру, он всё время упрекает нынешнее руководство, министерство культуры прежде всего, в сталинском тоне, который появился в общении с деятелями культуры. Странно слышать нечто подобное от сына главного «придворного шута» эпохи Сталина, Аркадия Райкина, именем которого Константин постоянно клянется. Нисколько не хочу защищать нынешнее руководство Минкульта, но нужно понимать, что Аркадий Райкин был такой же частью сталинского дискурса, как, например Лысенко. Эти люди наделялись разными функциями, однако это были разные функции внутри одной культурной системы (про то, что это была одна политическая системы, я вообще молчу). Проще говоря, обе фигуры, Райкин и Лысенко, были для сталинского дискурса равновелики и равнозначны. А Райкин-младший и по сей день очень добросовестно выполнял роль наследника своего отца. Он унаследовал театр, созданный отцом,  фамилию отца, принесшую популярность, публику, любившую отцовские репризы и так далее.  

Это, конечно, налагало свои обязательства, - сравнения с отцом часто были не в пользу Константина, - однако, наследство ему досталось большое и, по своему происхождению, именно что сталинское. 

Ещё один момент: театр «Сатирикон», бывший Театр миниатюр, является государственным, то есть находится на содержании бюджета. Как известно, Райкин-младший сочетает всё это, дотационную политику театра с разными бизнес-проектами. В частности, рядом с театром располагается небезызвестный торговый центр, который, как говорят, непосредственно Райкину и принадлежит. Даже если это не так, он носит имя Райкина (интересно какого?) и подобный брендинг тоже приносит дивиденды. Получается довольно складно: с одной стороны, театр на госсодержании, с другой – лавка больших объёмов и монументального вида. 

Давайте признаем, что это новая формула театральной деятельности. Раньше театр начинался с вешалки, а теперь он, видимо, начинается с супермаркета. При этом в самом театре, насколько мне известно, дела идут не лучшим образом, залы полупустые, билеты раскупаются неважнецки, вполне возможно, и супермаркет не спасает. Отсюда  возникает необходимость каких-то дополнительных телодвижений. 

Увы, общественной активностью довольно часто некие компенсируются некие неуспехи на профессиональном поприще. Это такой комплекс Шуры из месткома (фильм «Служебный роман»), которая даже не помнила, где она числилась, в бухгалтерии или где-то ещё. Так и в этом случае: неуспехи в профессиональной деятельности побуждают спешно занять гражданскую позицию. Кстати, неуспехи вполне могут иметь объективную природу: взял зритель и проголосовал ногами. Собственно, я не хочу обвинить Константина Аркадьевича в какой-то творческой несостоятельности, то, что он делает, как мне кажется, может быть интересным. Однако зритель не так снисходителен, как я. 

Дело в том, что ставки Райкина-младшего была связана с соединением театра и эстрады, что тоже предполагалось ролью наследника Аркадия Райкина. Райкин-старший же был на эстраде человек-театр. Поскольку в личном качестве Константин человеком-театром всё же не стал, да и время уже ушло, ставка Райкина-младшего была на то, чтобы превратить любое театральное действо во что-то такое кафешантанное. Сегодня в том же самом жанре преуспело телевидение. Обыватель понимает это так: если можно что-то посмотреть, не отходя от дивана, к чему заявляться в театр? 

Потому-то старая фишка Райкина-младшего осталась сегодня, увы, невостребованной. Этот приём был хорош 30 лет назад, особенно на волне интереса к жанру рок-оперы, к жанру мюзикла, элементы которого он использовал в спектаклях. Отсюда понятное и вполне справедливое желание Райкина вступиться за спектакль «Иисус Христос суперзвезда». Однако сегодня на поток поставлены импортированные мюзиклы, есть даже специальный театр мюзикла под руководством Швыдкого, и конкуренцию выдержать сложно. 

Это, конечно, рождает известную нервозность. В общем, Райкин как человек талантливый мог бы эту нервозность направить на поиск новых форм самовыражения. Театралы ведь помнят, насколько убедителен был Константин в пьесе Зюскинда «Контрабас». Помня, как тогда Константин держал зал, зритель и сегодня ожидает повторения того теперь уже тоже не нового успеха. Однако, судя по всему, у Райкина-младшего сегодня другие ставки. Скорее всего, он чувствует себя героем вечной перестройки. 

Как известно, в перестройку театральные деятели были обязательными участниками разнообразных съездов, на которые созывались разные народные, а всё больше антинародные депутаты. Вспомнить о былой политической роли – тоже новая ставка. Точнее, «хорошо забытая старая». К ней стоит относиться очень серьёзно, ибо, думаю, за Райкиным последуют и другие. Вполне возможно, мы сталкиваемся с новой волной прихода интеллигенции в политику или, во всяком случае, с претензией на что-то подобное. В списках этого первого съезда народных депутатов была масса деятелей науки и искусства. Новый состав Думы скорее убеждает нас в том, что интеллигенции больше не существует. В частности, сходу сложно вспомнить хотя бы одного известного учёного. Такая конфигурация думского представительства может раздражать интеллигенцию. Она не просто не получила свои портфели в парламенте. Теперь интеллигенция больше не отражается в зеркалах политического представительства. Это очень прискорбно.

Однако есть и другой вопрос. Как мы видели, театральные ноу-хау Райкина-младшего относятся ко времени 30-летней давности. Тому же времени соответствует и его потенциальное политическое амплуа. Хотим ли мы, чтобы в нашем будущем парламенте, интеллигенцию представляли всё те же люди, всё тот же Райкин собственной персоной или, тем более, «коллективный Райкин»? 

Мне кажется, что на этот вопрос надо отвечать совершенно определённо. Да, мы хотим, чтобы интеллигенция была представлена в самостоятельном качестве, как совершенно отдельная социальная сила. Сила думающих людей. Однако при этом мы совершенно не хотим, чтобы лицом интеллигенции были всё те же герои перестройки, которые, в общем, несмотря на все свои благие пожелания, привели нас к краху. И это не только крах страны под названием СССР. Это крах культуры справедливости и солидарности. По-моему, именно всего этого Райкин совершенно не догоняет. 

Автор:
____________

Читайте также:


Комментарии для сайта Cackle
© 2008 - 2021 Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".