Школа будущего

политологАлексей Филимонов

Искусственный интеллект меняет не только рынок труда, но и требования к школьному образованию. Простого заучивания фактов становится недостаточно: на первый план выходят критическое мышление, работа с информацией и способность самостоятельно находить решения. Как должна измениться школа, чтобы подготовить детей к будущему, а не просто добавить новые технологии в старую систему? На эту тему с «Актуальными комментариями» поговорил Алексей Филимонов, социальный архитектор, член экспертного клуба «Дигория».

Как перестроить обучение и по каким признакам родители могут отличить школу будущего от школы, которая лишь добавляет новые технологии в старую систему?

— Перестроить обучение — значит поменять не оборудование в классе, а распределение ролей между учителем, учеником и знанием. Школа, которая просто добавила планшеты к прежней лекционной модели, получила ту же самую трансляцию знаний, только в цифровой обёртке. Настоящая перестройка начинается там, где урок перестаёт быть объяснением материала и становится организацией мышления: учитель не выдаёт готовый ответ, а ставит задачу с открытым финалом, ученик формулирует гипотезу, проверяет её и защищает результат. Оценка при этом смещается с воспроизведения на применение — важно не то, что ребёнок запомнил, а то, что он сумел сделать с информацией. Минпросвещения уже закрепило этот сдвиг нормативно: в 1–4 классах ИИ самостоятельно не используется, в 5–9 классах — только с разрешения педагога, в 10–11 классах добавляется проектная и исследовательская работа, а на аттестации нейросети запрещены. До конца 2026 года 250 тысяч учителей пройдут курс «Искусственный интеллект в работе учителя» — это и есть перестройка снизу, через взрослого, который сам сначала осваивает инструмент и учится задавать границы.

Что теряет актуальность, а что становится важнее?

— Классическая модель с установкой на заучивание и воспроизведение фактов обесценивается ровно настолько, насколько ИИ научился воспроизводить их быстрее. Предметная подготовка при этом не исчезает: сильная сторона школы — содержание, которое нейросети не отменили. Но на первый план выходят критическое мышление, умение проверять источник и способность собирать решение из разных областей. Здесь работает простая логика: ИИ усиливает тех, кто уже умеет системно мыслить, и маскирует пробелы у тех, кто не умеет.‌

Как научить пользоваться нейросетью, не перекладывая на неё мышление?

— Ответ лежит не в запретах, а в регламентах. Минпросвещения уже выпустило методические рекомендации: в начальной школе ученики самостоятельно нейросети не используют, в средней — педагог может разрешить ИИ для поиска информации и объяснения сложных понятий, в 10–11 классах добавляется проектная и исследовательская деятельность, а на аттестации ИИ запрещён. Одновременно до конца 2026 года 250 тысяч учителей — почти четверть всех педагогов страны — пройдут курс «Искусственный интеллект в работе учителя». Логика здесь железная: сначала взрослый осваивает инструмент и учится задавать границы, затем эти границы становятся частью учебной рутины.‌‌

Почему междисциплинарные проекты эффективнее отдельных факультативов по ИИ?

— Факультатив учит нажимать кнопки, проект учит задавать вопрос и отвечать за результат. Именно в проектной работе ребёнок сталкивается с тем, что модель может ошибаться, а решение нужно защищать перед одноклассниками и учителем. Минпросвещения включило тему ИИ не только в информатику, но и в труд, ОБЗР, биологию и даже в «Окружающий мир» в начальной школе. Это не механическое добавление технологии к старой программе, а попытка встроить ИИ в разные предметные контексты — там, где он перестаёт быть игрушкой и становится инструментом.‌

По каким признакам родители могут отличить школу, готовящую к будущему?

— Первый — задают ли дети вопросы, на которые нет готового ответа в учебнике. Второй — проверяют ли они источники, а не пересказывают первый результат поиска. Третий — работают ли они в группах над задачами, которые нельзя решить за один урок.

Четвёртый — обсуждают ли в школе этику использования ИИ и ответственность за сгенерированный текст. Пятый — есть ли профориентация, привязанная к реальному рынку труда: обновлённый курс «Россия — мои горизонты» включает занятия по промпт-инженерии, биотехнологиям и беспилотным системам. Школа будущего не та, где на каждом столе планшет, а та, где ребёнка учат обходиться без планшета там, где нужно думать самому.

Экономический эффект этого сдвига просчитывается. Внедрение генеративного ИИ способно дать дополнительный прирост производительности труда на 1,2 процентного пункта, но этот прирост достанется тем, кто умеет проверять и применять результат, а не тем, кто просто копирует ответ. Спрос на ИИ-навыки за два года вырос в пять раз, а 38% промышленных предприятий заявляют о намерении активно нанимать ИИ-инженеров. Если школа не научит ребёнка работать с моделью осмысленно, этот разрыв закроется за счёт импорта компетенций или останется незакрытым. Если научит — каждый выпускник, умеющий соединять дисциплины и проверять данные, станет не потребителем готовых ответов, а производителем решений. Это и есть вклад школы в технологический суверенитет, измеряемый не баллами ЕГЭ, а способностью страны создавать то, чего ещё нет.

Алексей Филимонов, социальный архитектор, политолог Экспертного клуба «Дигория».

#AлексейФилимонов