Комментарий
71 16 ноября 2026 19:30

Цифровой резерв

Екатерина Набатникова медиатехнологЕкатерина Набатникова

Екатерина Набатникова
медиатехнологЕкатерина Набатникова
Развитие инфраструктуры искусственного интеллекта и рост потребности в вычислительных ресурсах ставят перед российскими операторами ЦОДов новые задачи. Одним из возможных решений становится использование зарубежных площадок, прежде всего в странах Центральной Азии. Такая стратегия требует взвешенного подхода: важно учитывать не только оперативные потребности отрасли, но и необходимость обеспечения цифрового суверенитета России. Как выстроить эту модель и какие риски она несет? Об этом рассказала медиатехнолог, член Экспертного клуба «Дигория», директор по развитию Корпорации AIR Екатерина Набатникова.

Почему российские операторы ЦОДов рассматривают размещение резервных вычислительных мощностей за рубежом и какие угрозы они стремятся компенсировать?

— Речь идет не только о защите от кибератак, но и о вполне приземленных инфраструктурных и аппаратных ограничениях внутри страны.

Во-первых, это дефицит энергомощностей и стойко-мест. Московский и петербургский кластеры, где сосредоточена основная часть российского облачного рынка, уперлись в лимиты электросетей. Строительство нового крупного дата-центра с нуля занимает три-четыре года, тогда как спрос бизнеса на тяжелые вычисления для работы с нейросетями растет кратно уже сейчас.

Во-вторых, санкционный барьер по «железу». Прямой ввоз высокопроизводительных графических ускорителей (GPU) в Россию заблокирован, а параллельный импорт серьезно удорожает проекты и увеличивает сроки поставок. Аренда готовых вычислительных мощностей за пределами страны позволяет закрывать пиковые нагрузки без многомесячного ожидания оборудования.

В-третьих, физическая живучесть инфраструктуры. Классическое георезервирование необходимо на случай локальных блэкаутов, техногенных аварий, диверсий или массированных атак на магистральные узлы связи. Размещение резервных площадок за пределами одного макрорегиона позволяет обеспечить непрерывность критических бизнес-процессов даже при локальных сбоях.

Почему для георезервирования рассматриваются прежде всего страны Центральной Азии? Какие преимущества дают эти площадки с точки зрения инфраструктуры, логистики и безопасности?

— Выбор Центральной Азии — прежде всего Казахстана и Узбекистана — продиктован прагматичным сочетанием инфраструктурных, экономических и геополитических факторов.

С точки зрения логистики трафика критически важны минимальная задержка сигнала и наличие прямых наземных магистральных каналов связи. Это позволяет синхронизировать данные без критических задержек, а маршруты передачи информации выстраивать напрямую, минуя территорию недружественных стран и трансатлантические кабели, контролируемые западными игроками.

Важное преимущество связано с доступностью оборудования. Местные провайдеры не находятся под прямыми технологическими санкциями и могут закупать актуальные серверные линейки и GPU у мировых вендоров. Кроме того, ряд стран региона целенаправленно развивает евразийские ИТ-хабы, предлагая операторам льготные тарифы на электроэнергию и налоговые преференции.

Наконец, значение имеет и геополитический фактор. В отличие от европейских или американских дата-центров, где российский бизнес рискует столкнуться с политической заморозкой активов по решению регуляторов, страны ЕАЭС и СНГ остаются более предсказуемой партнерской средой с общим языковым и инженерным контуром.

Где проходит граница между временным использованием зарубежных вычислительных ресурсов и хранением персональных данных за пределами России?

— Водораздел проходит по линии «обезличенные вычисления против хранения первичных баз».

Закон № 152-ФЗ требует, чтобы первичный сбор, систематизация и хранение персональных данных россиян происходили на серверах внутри страны. В этой части никаких послаблений нет. Однако далеко не вся нагрузка в дата-центрах связана с персональными данными. За рубеж можно выносить ресурсоемкие задачи, не требующие доступа к первичным базам: обучение нейросетей на синтетических или обезличенных массивах, рендеринг, промышленную аналитику, работу коммерческого программного обеспечения или хранение зашифрованных резервных копий некритичных систем.

При этом допустимость использования зарубежных мощностей зависит от конкретной архитектуры проекта. Механизм согласования через правительственную подкомиссию и ФСБ работает как ручной фильтр. Регулятор оценивает, куда передаются данные, как они токенизированы, используются ли российские криптографические шлюзы (ГОСТ-шифрование) и выделенные каналы связи.

Если внешняя площадка выступает исключительно как «вычислительный мускул» и не получает доступа к исходным реестрам граждан и ключам шифрования, такая архитектура позволяет разграничить вычислительные задачи и хранение персональных данных внутри России.

Может ли такая практика стать устойчивой частью отраслевой модели или зависимость от зарубежных площадок сама создаст дополнительные риски для цифровой безопасности?

— Для отрасли это грамотный тактический буфер, но не замена суверенной инфраструктуре. В ближайшие два-три года центральноазиатские площадки помогут российским операторам снять остроту дефицита GPU и переждать период строительства новых генерирующих мощностей и ЦОДов внутри России.

Строить долгосрочную архитектуру безопасности с опорой на зарубежные площадки было бы стратегической ошибкой. Главный риск здесь — вторичные санкции. Центральноазиатские операторы интегрированы в глобальный рынок, зависят от поставок западного оборудования и лицензий. При усилении давления со стороны регуляторов США или ЕС местные партнеры окажутся перед жестким выбором и могут быть вынуждены в сжатые сроки свернуть контракты с российскими заказчиками.

Поэтому устойчивая модель для российского рынка предполагает четкое разграничение функций. Зарубежные кластеры должны использоваться исключительно как сменная вычислительная мощность для некритичных и легко переносимых задач. Все «мозги» системы — мастер-базы данных, ключи шифрования, контур критической информационной инфраструктуры (КИИ) и управление трафиком — должны оставаться строго на российской земле.

Екатерина Набатникова, медиатехнолог, член Экспертного клуба «Дигория», директор по развитию Корпорации AIR.

#ЕкатеринаНабатникова
© 2008 - 2026 Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года, Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-82371 от 03 декабря 2021 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".