Статья
30 Июля 2014 13:10

Эффективный ответ

Политолог, доцент МГИМО Кирилл Коктыш в интервью «Актуальным комментариям» рассказал о перспективах заключения после президентских выборов нового комплексного договора между Россией и Абхазией.

- Сейчас и в России, и в Абхазии много говорят о перспективах заключения с Абхазией после президентских выборов нового комплексного договора между нашими странами. Как Вы считаете, почему идея заключения такого договора возникла именно сейчас?

- Потребность в новом соглашении, похоже, действительно возникла. Она продиктована целым рядом факторов – и внешних, и внутренних.

Прежде всего, после подписания Грузией соглашения об ассоциации с Евросоюзом в июне этого года и заявления США о готовности вступить с Грузией в союзнические отношения даже до присоединения Тбилиси к НАТО, мы получили новую политическую реальность: по реке Ингур пролегла линия военно-политического и, если хотите, цивилизационного раздела в Закавказье. Это – одна из новых линий соприкосновения двух конкурирующих проектов: евроатлантического и менее структурированного евразийского. И в условиях очередной волны эскалации напряженности между Россией и условным Западом эта новая граница приобретает новые измерения – символическое и военное.

В символическом смысле – давление внешней среды на Россию в настоящее время кратно возросло, и она сейчас мобилизует своих союзников, консолидирует пояс безопасности по своим границам. И в этих условиях от ее союзников, несомненно, требуются шаги, которые всему международному сообществу ясно демонстрировали бы их приверженность своим союзническим обязательствам. Антон Кривенюк в одной из своих недавних статей назвал это потребностью в «жесте». Почему такой жест не может носить форму некоей политической декларации – тоже вполне понятно. В международной политике уже давно укоренилась практика симметричных, адекватных, соразмерных ответов. Ограничиваться лишь звонкими словами на фоне разрастания военной инфраструктуры НАТО непосредственно на границе общей зоны безопасности России и Абхазии было бы неверно – необходим более серьезный межгосударственный документ.

Еще более важно практическое, силовое, измерение. Совершенно очевидно, что Крым, события на юго-востоке Украины и катастрофа малайзийского «боинга» стали водоразделом, начавшим новую эпоху, в которой противостояние Штатов и России будет происходить по всем возможным направлениям. При этом Тбилиси намерен подписать со Штатами соглашение о союзных отношениях, и вместе это – уже опасное сочетание факторов. Многонациональное прифронтовое государство, каким является Абхазия, это достаточно уязвимая точка Москвы, на которую Запад будет пытаться давить. Отдельный фактор – Турция со значительной абхазской диаспорой, проявляющей все больше внимания к событиям в Сухуме: не исключено, что на нее тоже будет оказываться давление, чтобы она начала свою игру на абхазском направлении. Для России сценарий ослабления позиций в Абхазии однозначно неприемлем, поскольку сегодня это означало бы фактическое обнуление всего внешнеполитического наследия, начиная с 2008 года. Соответственно, выход для нее один – это укрепление «периметра обороны» и усиление своего экономического присутствия в республике.

Абхазия в укреплении отношений заинтересована не меньше России. Несмотря на заигрывания с турками и европейцами, даже не особо привечавший Россию Анкваб прекрасно понимал, что у Абхазии нет альтернативного гаранта безопасности, инвестора и экономического партнера, кроме Москвы. Выйти из дотационного состояния, добиться более равноправных отношений можно лишь через механизмы интеграции. И запрос к новому президенту – найти формат комплексного договора, дающий возможность расчистить завалы и придать импульс развития отношениям, которые начали было стагнировать. Если судить по высказываниям потенциальных кандидатов на президентское кресло, то готовность работать в этом направлении есть у всех них.

Так что момент для вывода наших отношений на качественно новый уровень как никогда более подходящий.

- Однако в Абхазии есть и те, кто опасается новых соглашений с Россией, опасается, что это приведет к ликвидации суверенитета Абхазии и к размыванию абхазской нации… И оппоненты этой идеи спрашивают: а разве существующей базы соглашений между нашими странами недостаточно?

- Действительно, в абхазском обществе достаточно сильны «охранительные» традиции. Прежде всего, с эмоциональной точки зрения, если вы опасаетесь единственного своего союзника – это достаточно оскорбительно для него… Я не думаю, что абхазы в большинстве своем не любят или боятся Россию – у половины населения российские паспорта, пенсию получают российскую, у элиты в России учатся дети, развивается бизнес. И все это является поводом не для размывания абхазской идентичности, а, напротив, для ее развития и обогащения. Поэтому говорить, что абхазы чувствуют себя слабыми, а угрозу раствориться в России – реальной, значит грешить против очевидной истины.

То же касается и суверенитета. Он был, есть и является данностью, которая носит нерушимый характер именно в силу гарантий России, данных еще президентом Путиным. Среди прочего это означает, что Россия не может поставить вопрос, например, о присоединении Абхазии к Краснодарскому краю: это противоречило бы заявленной и твердо отстаиваемой российской позиции.

Интеграция, таким образом, будет в первую очередь укреплять абхазскую государственность и абхазскую идентичность: ведь она тем прочней, чем выше достигнутый уровень развития.

Что же касается существующей договорной базы, то далеко не лишней будет ее инвентаризация и кодификация: надо разобраться, что работает, а что нет, и почему, в каких областях требуется дополнительное правовое регулирование, а где сотрудничество и так развивается успешно. Наконец, не исключено, что где-то можно выйти и на новый уровень сотрудничества. Результатом такой работы и должен стать проект нового договора.

Кроме того, с существующей договорной базой есть еще один значимый нюанс. Дело в том, что большинство заключенных соглашений являются межведомственными, в этом плане носят узкий характер и не обладают приоритетом над национальными законами двух стран. Это понятным образом осложняет их реализацию.

Таким образом, для того, чтобы зафиксировать переход отношений двух суверенных стран в новое качество, необходим новый договор, который может стать столь же судьбоносным, как и Договор 2008 года. И дополнительный аргумент в пользу этого – сегодняшние внешнеполитические вызовы: новый Договор может стать весьма эффективным ответом.

- У Вас сложилось понимание, что может стать основным содержанием такого договора?

- Новая международная ситуация, достаточно тяжелая, и возросшие военно-политические риски задают свои приоритеты. Мне кажется, что в первую очередь такой договор должен обеспечивать формирование общего для России и Абхазии пространства безопасности и обороны. Об этом много говорят кандидаты в президенты Абхазии, и у них практически нет расхождений в видении этого вопроса.

Механизмы же такой военной интеграции хорошо известны. Со стороны Запада это военная структура Североатлантического альянса, со стороны Евразийского союза – коллективные силы ОДКБ. На первом этапе речь может идти о создании объединенной абхазско-российской группировки, действия которой координировались бы единым органом военного управления.

Сходный механизм необходимо разработать и для спецслужб. Одновременно с этим нужно постепенно «дотягивать» материально-технический уровень абхазских силовиков, их зарплаты, льготы и социальные гарантии до российского уровня – иначе полностью интегрированной структуры не получить.

Необходимо укреплять и усиливать охрану границы с Грузией по Ингуру, равно как и усиливать охрану морской границы. А вот границу с Россией следовало бы сделать максимально открытой. Нет смысла двум ближайшим союзникам иметь на границе два пограничных и два таможенных контроля. Здесь сторонам следовало бы также подумать, возможно, о создании единых пограничных и таможенных структур.

Параллельно следует двигаться в направлении поэтапного упрощения всех видов контроля. Ориентиром в такой работе может стать граница между государствами Шенгенской зоны: перемещаясь из суверенной Франции в суверенную Германию, вы не ощущаете факта пересечения границы. Таким образом, это может превратиться в первый шаг на пути к созданию общего экономического пространства, что может серьезно расширить и упростить взаимную торговлю. Но еще раз хочу подчеркнуть, что в сегодняшних условиях либерализация пограничного и таможенного режима возможна лишь при существенном укреплении «внешнего» периметра границ Абхазии.

Особое внимание в договоре должно уделяться социальным вопросам. Необходимо поэтапно доводить социальные стандарты и пенсии, зарплаты бюджетникам в Абхазии до российского уровня.

Также исключительно важно включить в проект нового договора положения, которые уравнивали бы граждан Абхазии и России в праве на упрощенное получения гражданства. Абхазия признает двойное гражданство с Россией. Мне кажется, что Россия могла бы тоже пойти на его признание – но при условии симметричного распространения абхазского гражданства и на граждан России.

- Опять же, в абхазском обществе высказываются опасения, что подписание нового договора может лишить Абхазию перспектив независимого экономического развития – поскольку, продолжая получать помощь от России, Сухум не будет иметь стимулов для собственного развития.

- Стимулы бывают разные. Если пионера выставить боксировать на ринг с Майклом Тайсоном, то такое поединок вовсе не станет стимулом роста для пионера по той простой причине, что он его не переживет. Оставить развиваться экономику без денег и ресурсов, разумеется, можно. А потом можно удивляться, почему при наличии всех мыслимых стимулов она не развилась.

Развитие Абхазии до 2008 года это в полной мере, кстати, продемонстрировало. Все годы независимости никто не мешал Абхазии выстраивать собственную экономику, развивать сельское хозяйство, модернизировать рекреационную инфраструктуру, привлекать инвестиции. Другое дело, что это не делалось в силу целого ряда причин – от недостатка взаимного доверия до отсутствия целостного проекта развития страны.

А после 2008 года Сухум попал в порочный круг, когда могли строиться заведомо неокупаемые объекты, эксплуатация которых лишь увеличивала давление на бюджет республики и требовала постоянного наращивания помощи со стороны России. Этот подход сегодня необходимо менять, и в том числе – надо менять структуру расходования российской финансовой помощи. Так, сегодня у Абхазии есть завидная возможность переложить на Россию значительную часть финансового бремени по развитию социальной сферы, а самой сосредоточиться на наращивании собственных источников доходов. Но при этом нужно понимать, что речь идет именно о маневре, который должен позволить Абхазии вырасти, развиться, и начать самостоятельно кормить себя, а не об образе жизни, когда российские трансферы становятся основным и единственным источником дохода населения.

И очевидно, что сегодня без российских денег, инвесторов и торговых партнеров Сухуму не обойтись. Это и кредитование малого и среднего бизнеса, и экспорт продукции на российский рынок, и развитие туристической инфраструктуры, и сельское хозяйство, и многое другое. В этом плане новый договор, если он создаст рабочие правила прихода инвестиций, может содержать в себе колоссальный потенциал для экономического рывка, который реально сделать даже в краткосрочной перспективе.

Но для этого абхазской стороне предстоит предпринять немало усилий. Сегодня бизнес на территории Абхазии не защищен, права собственности не гарантированы, что создает почву как для властного произвола, так и для криминала. И эти проблемы надо решать сейчас. Поскольку, если оставлять их нерешенными, надеясь, что все проблемы сами собой как-то будут отпадать, то в один день может встать вопрос – а может ли вообще Абхазия сохранить свою собственную экономику? И будет ли тот уровень жизни, который будет она обеспечивать, приемлемым для большинства ее граждан – которые хотят и сегодня, и завтра смотреть на своих соседей наравне, а не снизу вверх. И, заметим, граждане Абхазии имеют на это полное право.

Лина Вискушенко специально для «Актуальных комментариев»

КомментарийКомментарий Почему цены на нефть мало влияют на курс рубля ученый, энергетикРустам Танкаев  Рустам Танкаев о том, как цены на нефть влияют на курс рубля 7 Августа 2017 Анонс
ОПЕК обсудит проблемы с сокращением добычи
 ОПЕК обсудит проблемы с сокращением добычи 7-8 августа в Абу-Даби соберутся представители стран ОПЕК+. На повестке внеочередного заседания — обсуждение исполнения договорённостей по сокращению добычи нефти. Соглашение о сокращении добычи, заключённое на первое полугодие 2017 года, в мае было продлено до конца марта следующего года.
18 Июля 2017 Новости  Медведев проведет заседание Совета при президенте по модернизации экономики Cегодня премьер-министр России Дмитрий Медведев проведет заседание президиума совета при президенте РФ по модернизации экономики и инновационному развитию РФ. В повестке - обсуждение хода разработки национальной технологической инициативы и развитие IT-отрасли.. 
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".