Комментарий
19 Ноября 2014 10:04

О сомнительном празднике достоинства, введенном на Украине 21 ноября

Всеволод Непогодин писательВсеволод Непогодин

Всеволод Непогодин
писательВсеволод Непогодин
Указом президента Петра Порошенко 21 ноября отныне будет отмечаться день достоинства, но этот весьма сомнительный праздник уместнее называть «Мустафа Майдан Байрам».

Беспринципный пуштун Найем ради удовлетворения собственных амбиций решил принести в жертву всю украинскую государственность, скрупулезно выстраивавшуюся двадцать два года. Уже много воды утекло с тех пор, но вернуться к событиям 21 ноября 2013 года непременно стоит.

Как известно, трепач и прохиндей Найем тогда написал у себя в статусе на «Фэйсбуке»: «Встречаемся в 22:30 под монументом Независимости. Одевайтесь тепло, берите зонтики, чай, кофе, хорошее настроение и друзей. Перепост всячески приветствуется!». 21 ноября это был четверг, будний день. А теперь давайте порассуждаем о том, кто откликнулся на призыв Найема. Галицкие крестьяне если и сидят в социальных сетях, то преимущественно «ВКонтакте», быстро добраться до Киева им не удастся. Это уже позже, где-то через неделю, тогда еще никому не известный Михайло Гаврилюк пошел по односельчанам и настрелял сто гривен, чтобы купить плацкартный билет на поезд «Черновцы — Киев». Простые офисные работники не могли в большинстве своем прийти потому, что рабочая неделя в разгаре, время сбора позднее, а утром надо непременно быть в конторах. Остаются безработные, руководители отделов и начальники фирм, а также частные предприниматели. В общем, все те, кому или никуда не надо идти в пятницу утром, или те, кто может себе позволить опоздание на работу. И вот здесь мы сталкиваемся с главным противоречием «революции достоинства», о котором адепты майданной секты предпочитают помалкивать.

Вышедшие вечером 21 ноября на площадь Независимости руководители отделов, топ-менеджеры и бизнесмены — это основные выгодоприобретатели режима Януковича. Обычно костяк революционных масс составляют бедняки и обездоленные, а в Киеве вышло все наоборот — протестовать против Януковича вышла самая зажравшаяся часть населения. Именно сформировавшийся средний класс был главным бенефициаром эпохи правления донецкого клана. Офисное начальство привыкло к неплохим зарплатам за имитацию созидательного труда, золотым парашютам в случае увольнения и обожало летать на выходные в Европу. Я тогда общался с некоторыми представителями этой социальной группы и выяснил, что основным лейтмотивом, заставившим их в едином порыве выйти 21 ноября на площадь, было желание посещать Европу без виз. Дескать, неудобно периодически обивать пороги посольств и консульств да стоять в очередях за Шенгеном. Они не понимали, что получают завышенные зарплаты, абсолютно неэквивалентные их труду. Так называемый «креативный класс» по-хорошему обязан был поставить памятник при жизни Януковичу за то, что он им дал материальную возможность спокойно ездить в Европу, пусть даже и с визами.

Вторым парадоксом было то, что многие мидллклассовые зазнайки, поддержавшие майданное безумие, трудились в фирмах, подконтрольных семье Януковича, Ахметову, братьям Клюевым и прочим донецким, власть имевшим. Я задавал им резонные вопросы: «Как зарплату получать у людей Януковича, так у вас язык в одном месте находится, а как покинули офис, то сразу начинаете бубнить мантры про злочинную панду. Слабо у себя на работе донецким хозяевам это все в лицо сказать?!». Вразумительных ответов я, естественно, не получал. Корпоративные пешки настолько погрязли в лицемерии и разучились думать, что разговаривать с ними было бессмысленно. Никто из них не пытался заглянуть в будущее и поразмыслить о том, кто будет им платить деньги, если они отодвинут от власти своих донецких хозяев.

21 ноября 2013 года пастух Найем вывел на майданную лужайку стадо офисных барашков. Конечно, Мустафе американские кураторы объяснили на тренингах, что такое коллективное бессознательное и как ловко манипулировать толпой с помощью этого психологического явления. Майдан стал прежде всего модным трендом. Надоело «креативному классу» судачить о разновидностях устриц и способах их приготовления, а также дискутировать о преимуществах вейкбординга над кайтсёрфингом. Пресытились высокооплачиваемые менеджеры стометровыми квартирами и трехлитровыми иномарками. Захотелось им в революционеров поиграть, не задумываясь о последствиях.

Конечно, мне это всё сразу напомнило «Сказку о рыбаке и рыбке». Было ясно, что именно основная движущая сила майданного шабаша как раз и останется у разбитого корыта, а у денежного корыта окажутся совсем другие люди. Давно известно, что в результате любых политических пертурбаций на Украине меняются лишь морды у кормушки, а правила игры остаются неизменными. Но офисная публика вслед за Мустафой занялась самовнушением и начала убеждать себя, что она способна кардинально поменять порядок вещей в стране. Результат налицо.

Курбан-байрам в мусульманстве — это день жертвоприношения, в который по традиции режут барашков. Так вот барашков, послушавшихся клича пастуха Мустафы 21 ноября 2013 года, резали в той или иной форме каждый день после выхода на Майдан. Им урезали зарплаты, премии и годовые бонусы, объясняя это финансовыми трудностями (барашки, правда, так и не уяснили для себя, что трудности и случились от того, что они вышли на Майдан). Их резали ножами в тёмных подворотнях галицкие неонацисты, приехавшие грабить киевлян под предлогом острой революционной необходимости. Их подрезали на трассах беспредельщики из автомайдана, возомнившие себя гегемоном всех дорог.

21 ноября впору устраивать поминки по украинскому среднему классу, которому было мало иметь в руках синицу донецкой стабильности и решившему поймать журавля европейского благополучия. Многие фирмы нынче уже закрылись, и вышедшие тогда на площадь Независимости менеджеры остались не у дел. Теперь они могут поехать разве что в Черновицкую область изучать места, где родился, вырос светоч свидомой демократии и звезда эксгибиционизма пан Михайло Гаврилюк. Европа им нынче не по карману. А у тех офисных служащих, что сохранили свои рабочие места, зарплата осталась в гривне, и им её никто не индексировал в связи с резким изменением курса доллара. Естественно, им тоже пришлось ограничить свои потребности.

Визовый режим с Европой, разумеется, никто не отменил. Евромайдан мало кого сделал счастливым. Пастух Мустафа внакладе не остался и получил хлебное местечко в Верховной Раде. А некоторых барашков жизнь все равно ничему не научила, и они по-прежнему наивно верят в светлое будущее, которое непременно должно наступить после интеграции с Евросоюзом.

Азиат-пастух, зазывающий в Европу, почему-то мало кого тогда насторожил. Нет ничего европейского в облике и повадках Найема. Насквозь пропитан Мустафа азиатским словоблудием и восточным шельмовством, но почему-то это предпочитают не замечать киевские офисные барашки. «Мустафа Майдан Байрам» это грустный праздник. Выйдут на Майдан нынче безработные менеджеры и вспомнят с сожалением о том, как при злочинной панде они вовремя получали хорошие деньги и могли позволить себе туристические поездки по Европе. Вот только Мустафа в этот раз к ним не выйдет. Он ведь дивиденды с офисных барашков уже получил, и теперь они для него бесполезный, отработанный материал. Бойтесь Найема, дары приносящего… 

Всеволод Непогодин
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".