Статья
18 Октября 2010 5:46

Неразрешимых проблем нет

<p>12-13 октября 2010 года Россию с рабочим визитом посетил министр иностранных дел Великобритании Уильям Хейг. Несмотря на обозначавшуюся Москвой и Лондоном с мая с.г. определенную заинтересованность в нормализации политических контактов, прорывных решений это событие не принесло. Ещё в период пребывания в оппозиции, Хейг (бывший «теневым» министром иностранных дел Консервативной партии) заявил о необходимости нормализации контактов с РФ. Он заявил о намерении проводить на русском треке политику «открытых дверей». Став министром иностранных дел, «второй человек» в руководстве тори, уступающий по своему влиянию только Дэвиду Кэмерону, от своего подхода не отказался. Он нашел позитивный отклик со стороны администрации Медведева. В результате в ходе переговоров 13 октября в политическом регистре российско-британских отношений было зафиксировано формальное сближение. Но оно оказалось лишено практического наполнения.<br />
<br />
Хейг в достаточно конструктивном ключе пообщался со своим российским коллегой Сергеем Лавровым, стараясь не касаться сложных вопросов, сложившихся в российско-британских отношениях в 2007-2009 годах. Помимо этого, главу британской дипломатии принял президент РФ Дмитрий Медведев. В ноябре 2009 года предшественник Хейга на посту главы Форин-офис, Дэвид Милибэнд, аналогичного внимания со стороны российского лидера не удосуживался. С точки зрения сценографии визит зафиксировал, что Кремль и Уайтхолл сменили тональность диалога с негативной на позитивную. Однако в практическом регистре взаимодействия всё осталось без кардинальных изменений. Никаких очевидных предметных договоренностей, касающихся отношений в области политики, по итогам переговоров достигнуто не было. Более того, Хейг подтвердил сохранение здесь прежних противоречий, доставшихся коалиционному правительству консерваторов и либеральных демократов в наследство от лейбористского кабинета Гордона Брауна.<br />
<br />
Поездка Хейга показала, что всеобъемлющего «перезапуска» российско-британских отношений по примеру российско-американского сближения 2009-2010 годов не произошло. Обе державы продолжают сохранять настороженный настрой друг к другу. Такое развитие событий не таит в себе ощутимых угроз. Копия в большинстве случаев хуже оригинала, и РФ и Британия вряд ли смогли бы в полной мере повторить то, что удалось сделать РФ и США. Российско-британские отношения самодостаточны, как в силу своей давней истории, так и внутреннего содержания. Они достойны развиваться по собственному пути. И консультации Хейга с российским руководством дают повод констатировать, что страны сохраняют заинтересованность в «выпрямлении» политических связей друг с другом, но оно будет проходить по оригинальному сценарию, соответствующему мотивациям правящего истеблишмента двух держав.<br />
<br />
Об осторожном настрое британского кабинета к развитию контактов с Кремлем говорила встреча Медведева с премьер-министром королевства Кэмероном, прошедшая «на полях» саммита «Большой восьмерки» в июне с.г. в Канаде. Она во многом запомнилась лишь заявлением главы кабинета тори и либдемов о том, что у него и Медведева «есть много общих тем» для обсуждения. Однако предметных решений, сопоставимых по своему значению с саммитом РФ-США, прошедшим в апреле 2009 года в Лондоне и давшим старт «перезагрузке», по итогам «общения в Хантсвилле» не последовало. Уже тогда можно было предположить, что Уайтхолл либо просто не просто заинтересован в полноценном «размораживании» контактов с Москвой, либо не понимает, зачем ему это нужно. И визит Хейга подобные симптомы только подтвердил.<br />
<br />
Бессодержательность раунда российско-британских переговоров 13 октября означает, что пока правительство Кэмерона не видит особой необходимости в восстановлении позитивного характера двусторонних связей в сфере политики. Лондон устраивает и текущий формат контактов. Для коалиционного кабинета РФ представляет значимость в двух аспектах - как объект для приложения инвестиций и реализации энергетических проектов, а также как потенциальный партнер на площадке ООН. В остальном Британия склонна полагаться на других игроков. Однако развивать связи даже по этим двум трекам можно и без восстановления доверительных отношений на политическом уровне. Экономический сегмент курируется межправительственной комиссией по торговле и инвестициям, работающей стабильно и без прямого вмешательства Даунинг-стрит (очередное заседание этого органа состоится в ноябре этого года в Москве). А за наднациональную координацию отвечает Форин-офис. Не случайно, что единственным документом, утвержденным по итогам визита Хейга, стало Совместное заявление министров иностранных дел двух держав по проблематике Афганистана. Каких-то побудительных мотивов для политической «перезагрузки» на высшем уровне в этих условиях просто нет.<br />
<br />
В то же время говорить об откровенной безальтернативности текущего формата двусторонних отношений не совсем верно. Было бы наивно полагать, что британский мининдел мог дать реальный старт предметному этапу сближения. Глава Форин-офис просто в силу своего исполнительного функционала не может «играть» на таком уровне. Это прерогатива главы правительства. И здесь позитивные моменты визит Хейга как раз обозначил. В первой половине 2011 года Лавров по приглашению британской стороны посетит Лондон. Формально эта поездка станет «жестом любезности» в ответ на приезд Хейга. Однако кроме сугубо протокольных моментов в ходе поездки Лавров должен обсудить и график двусторонних контактов на 2011 год. В том числе и на самом высшем уровне. А это значит, что в него может войти и встреча Медведева и Кэмерона в Москве или в Лондоне. Лоббистом такого мероприятия выступит Хейг, который не отказывается от политики «открытых дверей» в отношении России. Подобный саммит, в случае его проведения, способен положить начало установлению прямого контакта между лидерами двух государств. А как показывает практика российско-британского взаимодействия, именно президентско-премьерская дипломатия является залогом содержательного сближения между Кремлем и Даунинг-стрит, 10. Именно так двусторонние контакты развивались в 2000-2003 годах. Данный период стал наиболее успешным в современном диалоге по линии Москва-Лондон.<br />
<br />
Формально препятствием на пути к содержательному сближению остаются т.н. «известные раздражители» в двусторонних отношениях. Речь идет о «деле Литвиненко», а также о находящихся на территории королевства «новых политэмигрантах» и эмиссарах кавказских исламистов. Позиция Лондона по этим вопросам остается достаточно жесткой. В ходе своего визита Хейг де-факто отказался от возможных компромиссных сценариев по «делу Литвиненко», предлагаемых Москвой. Схожей тональности придерживаются и его заместители, консерватор Дэвид Лидингтон и либеральный демократ Джереми Браун. Свой вклад в поддержание «твёрдой линии» вносит и посольство Британии в России, возглавляемое Энн Прингл. Именно на основании его предметных рекомендаций формируется текущая позиция Форин-офис.<br />
<br />
Причина принципиальности Лондона по сложным вопросам диалога с Москвой коренится в политических мотивациях британского руководства. Согласие с любым компромиссным сценарием, выдвигаемым Кремлем, в настоящее время для Уайтхолла будет означать, что он оказывает давление на независимую судебную систему Великобритании. Подобные инсинуации консерваторам и либеральным демократам, находящимся под «зорким оком» лейбористов в настоящее время явно ни к чему. Они могут пойти на принятие российских правил игры, но только тогда, когда будут полностью уверены в «искренности» предложений Кремля. А добиться подобного взаимного доверия можно только на основе контактов между лидерами.<br />
<br />
Неразрешимых внешнеполитических проблем не бывает. Бывают лишь плохие дипломаты, которые не могут подобрать правильный подход к устранению того или иного «раздражителя». В истории внешней политики России и СССР бывали и куда более сложные задачи, с которыми, тем не менее, удавалось успешно справиться. Это касается, в том числе, и российско-британских отношений. В случае установления доверительных связей между президентом Медведевым и премьером Кэмероном, выхода Кремля на более конструктивно настроенного к России заместителя премьер-министра Ника Клегга, Даунинг-стрит рано или поздно пойдет на смягчение своей позиции. Другое дело, что произойдет это не раньше второй половины 2011 года. Узлы противоречий в политических отношениях по линии Москва-Лондон запутаны слишком туго, чтобы их можно было распутать за короткий срок.<br />
<br />
<strong><em>Максим Минаев</em></strong><em>, ведущий эксперт Центра политической конъюнктуры, специально для Актуальных Комментариев</em></p>
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".