Статья
12 Апреля 2013 15:28

Обмен запретными списками

<p><strong>Американцы опубликовали так называемый «список Магнитского».</strong><br />
<br />
Напомним, что этот документ, подписанный в декабре прошлого года президентом США, предусматривает визовые и финансовые санкции против россиян, которые, как считают в Америке, нарушают права человека. В частности, США закрыли въезд в страну чиновникам, которые могут быть причастны к смерти в СИЗО в 2009 году юриста Hermitage Capital Сергея Магнитского.<br />
<br />
В список вошло 18 человек. В их числе - выходцы из России, Украины, Азербайджана и Узбекистана.<br />
<br />
Это Леча Богатиров, Алексей Дроганов, Казбек Дукузов, Павел Карпов, Елена Химина, Дмитрий Комнов, Алексей Криворучко, Кузнецов Артем, Логунов Олег, Печегин Андрей, Подопригоров Сергей, Прокопенко Иван, Сильченко Олег, Сташина Елена, Степанова Ольга, Толчинский Дмитрий, Ухналева Светлана.<br />
<br />
Леча Богатиров разыскивается по делу об убийстве Умара Исраилова, экс-охранника президента Чечни. Казбек Дукузов, возможно, является исполнителем убийства главного редактора российской версии журнала Forbes Пола Хлебникова. Эти два фигуранта списка не имеют прямого отношения к делу Магнитского.<br />
<br />
Дроганов и Толчинский - сотрудники МВД, подчиненные Сильченко и Кузнецова, которые, как предполагается, давали указания пытать Сергея Магнитского. Павел Карпов - бывший следователь главного следственного управления ГУВД, который участвовал в расследовании дела Магнитского.<br />
<br />
Елена Химина и Ольга Степанова - сотрудницы управлений ФНС № 25 и № 28. По данным Hermitage Capital, они могли быть замешаны в деле о хищении 5,4 млрд рублей из бюджета, которое раскрыл Магнитский и в совершении которого он же был и обвинен. Комнов - экс-начальник «Бутырки».<br />
<br />
Олег Логунов - старший советник юстиции, курировавший дело Магнитского. Андрей Печегин - заместитель начальника управления по надзору за расследованием особо важных дел Генеральной прокуратуры. Печегин и Буров не ответили по существу на заявления и жалобы, поданные Сергеем Магнитским в Прокуратуру в связи с его незаконным арестом. Сергей Подопригоров, Алексей Криворучко, Сташина Елена и Светлана Ухналева - судьи Тверского суда Москвы. Иван Прокопенко - глава СИЗО, в котором содержался Магнитский. Он и следователь Олег Сильченко, возможно, препятствовали оказанию Магнитскому медицинской помощи.</p>
<p>По неофициальной информации, в закрытую часть списка могло попасть большее количество человек, чем в публичную часть.</p>
<p>Известно, что сенатор Джеймс Макговерн подготовил собственную версию списка, в которую включил 280 имен и передал ее в администрацию Барака Обамы. В этот перечень попали, в частности, глава Генпрокуратуры Виктор Чайка и руководитель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин.</p>
<p><strong>Опубликование в США «списка Магнитского» осложнит и без того непростые российско-американские отношения, заявил «Интерфаксу» источник в МИД России.</strong><br />
<br />
«Данный шаг наложит дополнительный негативный отпечаток на и без того непросто развивающиеся в последнее время российско-американские отношения», - сказал он. «Ответственность за последствия целиком ложится на американскую сторону», - подчеркнул собеседник агентства.<br />
<br />
Он отметил, что «появление "списка Магнитского" приведет к аналогичному шагу с российской стороны». «Но это не наш выбор», - заявил источник.<br />
<br />
<strong>Пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков ранее заявил, что появление «списка Магнитского» «осложнит двусторонние отношения России и США»</strong>. «Но эти отношения многогранны, и всегда есть темы для обсуждения», - добавил Песков.<br />
<br />
«Даже находясь под грузом подобных возможных негативных проявлений и неся ущерб от этих негативных проявлений, они (отношения двух стран) все равно имеют много перспектив для дальнейшего развития и роста, поэтому тем для обсуждения всегда будет много», - подчеркнул пресс-секретарь.<br />
<br />
«Актуальные комментарии» поинтересовались у экспертов, насколько обмен санкционными списками ухудшит отношения между Россией и США или же будет просто поставлена точка в публичном выяснении отношений. И стоило ли недовольство друг другом переносить в публичную плоскость, с учетом того, что большая политика не терпит шума?</p>
Комментарии экспертов
<p><span style="font-size: 12px;">Повышение градуса отношений никому не выгодно. США опубликуют свой список, мы обнародуем – свой. Но ничего принципиально нового для отношений двух стран не произойдет.  Но идти на дальнейшую эскалацию конфликта никому не хочется. </span></p>
<p>Россия не намерена нагнетать ситуацию, если только США не  совершат что-нибудь невообразимое. Полагаю, что экстраординарных ситуаций не будет.   Мы готовы и к широкому списку, и к сокращенному.  Конечно,  последний вариант был бы предпочтительней, но и широкий список никого не пугает.</p>
<div> </div>
<p><span style="font-size: 12px;">Закон Магнитского обсуждался и принимался США с медийным резонансом и позиционировался как публичная инициатива, открыто направленная против России. Поэтому обнародование списка – продолжение этой линии. Раз список принимался публично, то его правильно придать огласке, так как изначально была избрана такая политика. Закон позиционируется США как акт против нарушений прав человека, причем не только в России.  И для этого использовался только один эпизод гибели Магнитского.  </span></p>
<p>Закон Магнитского пришел на смену поправке Джексона-Вэника и ориентирован на демонстрацию позиции США в отношении России: то есть одни санкции заменяются другими.</p>
<div>В этом контексте Россия должна была ответить симметрично. Москва и не скрывала, что на американские действия последует реакция. Здесь никаких неоднозначных толкований не должно быть, так как шаг симметричный, декларируемый заранее. На политику с США это окажет влияние, но не глобального масштаба.</div>
<div> </div>
<div>У РФ с США выстраиваются прагматичные отношения, и в этом контексте обмен списками можно рассматривать как окончание этой громкой неприятной фазы. Осадок, конечно, останется. Но не надо забывать, что публичная политика – только один из сегментов политики. Многое не выносится на публику, и это абсолютно нормально. Причем непубличные моменты часто важнее того, что громко обсуждается. Полагаю, что в случае российско-американских отношений значимость непубличных моментов будет возрастать. </div>
<p> <span style="font-size: 12px;">Публичная политика  все-таки тесно связана с политикой непубличной.  Это просто две стороны одного и того же процесса. Конечно, существует кулуарный дискурс, где говорят более предметно и откровенно. Скажем, на уровне российской и американской  администраций обсуждается, скорее всего, как уменьшить  ущерб от обмена этими списками.</span></p>
<p>Но невозможно полностью оторваться от дискурса, который исходит в первую очередь от американского конгресса.  Там своя повестка дня и свои мотивы. Поэтому непублично приходится реагировать на то, что идет публично. </p>
<div>Отношения с США из-за этих списков не ухудшатся резко.  Но во многом все зависит от того, какой список будет обнародован американцами. Если это сжатый и короткий вариант, в который включены  только люди, имеющие прямое отношение к трагедии, случившейся с Сергеем Магнитским, то несмотря на то, то будут сделаны ответные заявления, это более менее купируемо. </div>
<div> </div>
<div>Если пройдет список, продвигаемый  конгрессом, куда войдут все, кого когда-то заподозрили в нарушении  прав человека,  будет нанесен большой урон нашим отношениям. Россия будет принимать ответные меры независимо от того, что говорится непублично. Будет запущен маховик обид и противостояния.</div>
<div> </div>
<div>Полагаю, что все-таки будет выбран первый вариант, чтобы минимизировать ущерб. </div>
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".