Статья
10 Ноября 2010 23:11

Общественность против криминала

<p>Член Общественной палаты РФ, руководитель правозащитного движения «Сопротивление» Ольга Костина обратилась с открытым письмом к президенту России Дмитрию Медведеву, в котором предложила создать национальный план по борьбе с преступностью.</p>
<p>Открытое письмо опубликовано на официальном сайте Общественной палаты РФ.</p>
<p>Как отметила Ольга Костина в своем письме, «очередное циничное криминальное преступление», произошедшее в Москве в прошедшие праздники (нападение на журналиста Олега Кашина), вызвало негодование общественности, которая «уже донесла до Вас [Дмитрия Медведева] не только свое возмущение, но и требование встать на путь усиления ответственности за преступления против представителей СМИ».</p>
<p>Между тем, «<a href="http://actualcomment.ru/news/16979/">в эти же выходные на Кубани зверски убита целая семья </a>— три поколения, включая двоих малолетних детей». «Но никто не призвал Вас к личному контролю и не организовал пикеты возле офисов правоохранительных органов. Потому что это наша повседневная реальность, «бытовуха», которую общественность ошибочно не связывает с государственной политикой», - обращается Костина к президенту.</p>
<p>Как отмечает член Общественной палаты РФ, «не нужно быть аналитиком, чтобы оценить происходящее в сегодняшней России». «Криминал не просто перехватывает рычаги влияния и управления страной, он проник в сознание большинства граждан», - заявила Ольга Костина.</p>
<p>«Ежедневный преступный "урожай" хорошо заметен в информационном потоке», - отмечает она. «Сообщения об убитых детях, сбитых на "зебре" пешеходах, стрельбе из травматики, расправах над беззащитными людьми, в том числе стариками, с неимоверной жестокостью - превалируют над остальными новостями. Что противопоставляет государство этой необъявленной войне? Каркасные законы, не снабженные регламентом их реализации, и не только коррумпированную, но и безвольную правоохранительную машину, которую даже словом "система" не назовешь. Дерзкие преступления все чаще совершаются при свидетелях, в светлое время суток и под объективом камер видеонаблюдения. Потому что цена отечественного правосудия хорошо известна. Потому что политическая воля к реальной борьбе за построение правового государства явно не достаточна», - уверена Ольга Костина.</p>
<p>Правозащитница озвучила статистику ООН, согласно которой в России на сто тысяч человек приходится пятнадцать убийств, когда как в США – лишь четыре, а в Европе - менее одного убийства. Также из ста тысяч российских подростков шестнадцать погибают от рук преступников, говорится в письме.</p>
<p>«Так почему защищать надо только журналистов? А что с учителями, пенсионерами, со всеми остальными гражданами, которым право на защиту гарантировано Конституцией? Их, выходит, убивать можно?», - задается вопросом Ольга Костина.</p>
<p>По ее мнению, «поиск национальной идеи пора заканчивать». «Совершенно очевидно, что этой идеей должно стать всенародное противодействие криминальному беспределу. Противодействие, поддержанное и направляемое государством в лице его руководителей. Страна, где мысль о нарушении закона не просто допустима, но и естественна, не способна не только на модернизацию, но и на элементарное выживание», - считает она.</p>
<p>Ольга Костина призвала президента создать национальный план по борьбе с преступностью и совет по реформе правосудия. «Как журналист по профессии и руководитель общественной организации, ежедневно оказывающей поддержку жертвам преступлений в России, призываю Вас начать работу над созданием национального плана по борьбе с преступностью и организацией совета по реформе правосудия, действующего на постоянной основе», - подчеркнула она.<br />
 </p>
Комментарии экспертов
<p>Я полностью сочувствую Кашину и против того, чтобы нападали на журналистов, но не вижу смысла наделять их каким-то особым статусом. Журналисты бывают разные. Многие журналисты работают на заказ, многие из них обслуживают достаточно сомнительные интересы. То, что есть журналистское удостоверение, не должно являться индульгенцией. <br />
 <br />
Откровенно говоря, наши СМИ, включая многих журналистов, как раз и ответственны за то, что в обществе укоренилась криминальная субкультура. Именно через СМИ внедряются криминальные понятия, через бесконечные сериалы и фильмы, где главный герой – бандит, через книги с сомнительным содержанием, через статьи в газетах. Поэтому я не думаю, что журналисту нужен какой-то особый статус. Его нужно просто защищать в соответствии законом, как надо защищать всех граждан. <br />
 <br />
А что касается плана по борьбе с преступностью, то я думаю, что это дело достаточно гиблое. Полностью преступность победить вообще невозможно. Чем бы я действительно занялся, так это изменением общественной среды, в первую очередь в сфере массовой информации, искусства, кино, книг и пр.</p>
<p>20 лет мы культивируем романтику криминала и криминальных понятий и после этого удивляемся, почему же у нас так выросла преступность. Мы насытили эфир бесконечным количеством фильмов, где преступники герои, где все проблемы в жизни решаются противозаконными способами, и удивляемся, откуда столько насилия на улицах. В том числе и оттуда насилие. Этим я бы занялся, а думать, что сейчас мы примем какой-то план и снизим преступность, наивно.</p>
<p>Что касается критики и опасений, что появится цензура, то здесь я бы сказал следующее. В советское время мы себе понаставили идолов, и потом с упоением разрушали, да так, что вместе со страной всё развалили. Но вместо них мы поставили других идолов. Один из них – есть некие либеральные принципы, якобы они универсальные, и только по ним надо жить, а если факты противоречат этой теории, то тем хуже для фактов.</p>
<p>Вопрос в том, что жизнь ставит те или иные вызовы, и они далеко не укладываются в рамки тех или иных теорий. Решения должны быть адекватны ситуации, независимо от того, укладываются они в ту или иную теорию или не укладываются. Жизнь в данном случае гораздо богаче, и здесь надо реагировать гибко. Главное, чтобы был результат, а уж соответствует он той или иной теории – дело десятое.</p>
<p>Борьба с преступностью и криминализацией без конкретного планирования представляется мне бессмысленной. Я написала открытое письмо президенту по двум причинам. Главная причина заключается в том, что гуманизация правосудия - базовый тезис Дмитрия Анатольевича, с которым он выступал, когда еще баллотировался в президенты поддерживает едва ли не только он сам. Личные усилия лидера государства, которыми он двигает, к примеру, борьбу с педофилией, самостоятельно внося соответствующие поправки в законы, поистине титанические. Он прилагает все усилия для решения проблем, но остается при этом едва ли не в одиночестве. В итоге, те поручения, которые спускаются вниз, как-то подзастревают, а криминальный мир, с которым мы имеем дело, ни минуты не стоит на месте, не спит и не отдыхает.</p>
<p>Те цифры, которые я привожу в открытом письме президенту – это малая толика того, что я знаю. Кстати, большая часть цифр, которыми я оперирую, это цифры МВД России. По данным МВД (это открытые источники), у нас катастрофическая ситуация: каждый 7-ой гражданин подвергается преступным нападениям, 62% не готовы никуда заявлять об этом, потому что уверены, что им никак не помогут.</p>
<p>Второй момент, который мне кажется важным. Всех потрясла история с избиением Олега Кашина, даже тех, кто вовсе никакой не журналист и не блоггер. Любой человек, который видел кадры совершаемого преступления, в ужасе от того зверства и жестокости, с которой это происходило. Точно так же мы в ужасе (хотя не видели, к счастью кадры) от убийства семьи на Кубани. Но почему тогда требования об ужесточении УК в области защиты журналистов подготовили и вносят, а все остальные граждане РФ, не журналисты, продолжают сидеть в ожидании того, что их тоже заметят?</p>
<p>Мне показалось, что серьёзной и правовой, и политической ошибкой было бы разделение наших граждан, одинаково чувствующих себя беззащитными перед лицом преступности, на какие-то касты, кланы по профессиональному признаку. Я говорила с коллегами-журналистами, и многие категорически против этого. Когда человек нападает на другого человека, то один называется преступник, а другой – потерпевший. Преступник, а не активист какой-либо организации, побивший журналиста. Ты уже никакой не активист, ты преступник, а человек, на которого ты напал, - пострадавший от преступления.</p>
<p>Это принципиальный тезис: я считаю, что мера расправы над преступником, то есть мера наказания, должна измеряться только тяжестью преступления, а не личностью потерпевшего.</p>
<p>Сроки изменений общественного сознания по части его криминализации обсуждать очень сложно. Мы имеем дело с очень застарелой проблемой. Самое важное для декриминализации сознания – это уверенность в неотвратимости наказания, в том, что невозможно совершить ничего противоправного и не быть наказанным. Я не говорю сейчас о жестокости наказания. Мы совершаем совершенно разные поступки, и далеко необязательно всех упаковывать в тюрьму, о чём президент говорит, и в чём я его поддерживаю.</p>
<p>По мелочи каждый из нас что-то нарушает, потому что у нас укоренилась мысль, что машина правосудия не работает. Избиение Кашина, что избиение учительницы в Петербурге – всё происходит под видеокамерами, в открытую, при других людях, при детях. То есть совершать преступления преступники абсолютно не боятся, и правоохранительные органы не внушают нарушителям никаких опасений.</p>
<p>Поэтому я думаю, что нужно как можно быстрее структурировать работу правоохранительной системы и усилить защиту граждан, пострадавших от преступлений. Невозможно рассчитывать на сотрудничество с властью в области борьбы с преступностью, если гражданин зачастую ничего не получает кроме неприятностей и хамства, обращаясь в органы правопорядка.<br />
 </p>
<p>Если за точку отчёта брать 90-е годы, то в стране, на самом деле, с тех пор стало будто бы потише. Но тогда, тем более, таких вещей, о которых мы постоянно читаем, смотрим и слушаем, твориться не должно. Я имею ввиду постоянные сообщения в СМИ об убийствах, актах вандализма и т.д. Причем реакция на эти сообщения у граждан неоднозначная. Одних людей это пугает, других достало, третьих вводит в ступор. И все они не знают, что с этим делать.</p>
<p>Член Общественной палаты Ольга Костина на экстренном заседании ОПРФ во вторник, 10 ноября, (а заседание было посвящено обсуждению нападения на политического обозревателя газеты «Коммерсант» Олега Кашина), говорила о привычности такой информационной картины. Люди привыкают к такой информационной картине, это очень плохо, это отупляет человеческое в человеке. Это терпеть невозможно. Что мне нравится в подходе Ольги Костиной: она пытается изменить не законы. Законы менять обязательно нужно, они устаревают, как и всё вокруг, время идёт вперёд. Но если мы не меняем правоприменительную практику, мы не меняем саму жизнь, которая нам не нравится, если мы не ищем технологий изменения нашей жизни к лучшему, только изменением слов в текстах законов эту ситуацию не поправишь.</p>
<p>Горько признавать, но это факт: от того, что мы примем правильные законы, вряд ли у нас ситуация с общественной безопасностью кардинально поменяется. Дело в том, что если бы у нас исполнялись все законы, которые вообще есть, то у нас бы Кашин сейчас в больнице не лежал, не было бы 12 трупов в Краснодарском крае, у нас каждодневно не происходили бы убийства и избиения. Значит, мы, русские, как тот пьяный, который ищет потерянные ключи под фонарём, потому что там светло. Проще всего внести пусть даже толковые законодательные изменения, и обозначить это на бумаге. В жизнь человека, в людское бытование внести изменения чрезвычайно трудно, и мы либо не знаем технологий внесения этих изменений, либо побаиваемся.</p>
<p>Ольга Костина ставит вопрос именно о поиске технологий для изменения не устраивающей нас жизни, практики, как правоприменительной, так и обычной бытовой. Это дельное предложение в ситуации, когда мы уже больше не можем терпеть преступность, но ещё не понимаем, как нужно сделать, какие шаги совершить, и что обществу необходимо, помимо благих пожеланий.</p>
<p>К тому же она предлагает вполне конкретные меры: призывает президента начать работу над созданием национального плана по борьбе с преступностью и учредить совет по реформе правосудия, действующий на постоянной основе. Причем, когда хотя бы возникает слово «план», мне происходящее уже нравится. Потому что ясно, что за планом последуют какие-то конкретные действия. А просто внести изменения в различные кодексы, умные книги, законы, конституции и т.д. тоже нужно. Всё устаревает и нуждается в корректировке. Но нам необходимо менять жизнь, а не бумажки. </p>
13 Декабря 2016 Новости  Правозащитник и педофилия Советский диссидент и писатель Владимир Буковский, обвиняемый в хранении непристойных фото несовершеннолетних, отверг обвинения следствия и заявил, что снимки детей оказались на жестких дисках его компьютера, так как ранее он интересовался цензурой в интернете. 14 Ноября 2016 Общество  Детям чиновников запретят учебу за рубежом В Думу внесен законопроект о запрете на обучение детей чиновников за границей. Документ подготовил коммунист Валерий Рашкин. По мнению экспертов, эта инициатива нежизнеспособна и не преследует иных целей помимо пиара КПРФ. 31 Августа 2016 Общество  Россияне сократили траты на сборы к школе В 2016 году россияне на четверть сократили траты на подготовку школьников к началу учебного года. Расходы на подготовку детей к школе составили 14,8 тысячи рублей. Это на 26% меньше, чем в 2015-м, когда родители тратили в среднем 20 тысяч.
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".