Комментарий
11 Сентября 2014 14:45

Победили все

Александр Шпунт политологАлександр Шпунт

Александр Шпунт
политологАлександр Шпунт

5 сентября, неделю назад, в Минске было подписано перемирие между Киевом и Народными республиками. Сегодня Петр Порошенко предлагает Донбассу особый статус, но исключительно в составе Украины. Представители республик отвечают заявлениями о приверженности курса независимости территорий.

О минском протоколе как успехе для Киева, Новороссии и России, а также о жёсткой риторике Порошенко и лидеров республик в отношении дальнейшей судьбы этих территорий «Актуальным комментариям» рассказал директор Российского института инструментов политического анализа Александр Шпунт:

Победа Порошенко

«Для перемирия между Киевом и ополченцами для президента Украины ко времени подписания протокола сложилась наиболее благоприятствующая ситуация — ни одна из сторон не имеет военного преимущества. Потому что как только одна из сторон получает решающее военное преимущество, вторая сторона немедленно опрокидывает ситуацию и прекращает любой мирный разговор.

Если бы республиканцы взяли Мариуполь, Петр Порошенко не мог бы пойти на перемирие с ДНР и ЛНР, — политические оппоненты в Киеве немедленно бы обвинили его в капитулянтстве. Если бы Нацгвардия отбила штурм Мариуполя и покатилась бы к Донецку и Луганску, атакуя, то заключение Киевом перемирия позволило бы недругам Порошенко объявить его национальным предателем, крадущим у армии победу. В обоих случаях Порошенко проиграл выборы в Раду. А именно Верховная Рада назначает премьера, который после конституционной реформы становится куда более мощной фигурой, чем президент. Поэтому от минского перемирия в Киеве выиграл именно Порошенко. Это резко изменило политическую карту.

Сегодня избирательная ситуация в Киеве такова, что фактически строится партия «Единая Украина». Киев при всех серьёзных недостатках в политической системе имел одно очень сильное качество, которое его всегда выручало — на Украине была реальная политическая конкуренция. В отличие от очень многих стран постсоветского пространства — Казахстана, Азербайджана, — в Киеве политическая конкуренция была настоящей, жёсткой. От этой конкуренции всегда выигрывал украинский избиратель, поэтому даже ситуация с коррупцией, сервильностью элит, с их ориентацией то на одного, то на другого внешнего патрона за счет конкурентности политики несколько выправлялась.

Впервые за всю историю существования независимой Украины в Киеве фактически строится общенациональная монопартия, движение в поддержку Петра Порошенко. Это лишает Украину очень серьезного конкурентного преимущества в своей политической конструкции и политической организации.

Главный итог минского мира для Киева — это абсолютное доминирование, абсолютная монополия Порошенко на внутриукраинском политическом поле.

Вне украинской монопартии остается Юлия Тимошенко, остаются радикалы, «Свобода», Ярош. Остаются люди, которые захотят продать себя Порошенко в последний момент, как Гриценко и Тягнибок. Очевидно, что на Украине теперь есть партия, которую можно было бы сравнить с «Единой Россией» или с Индийским национальным конгрессом в Индии. И есть партии второго, третьего эшелона, которые могут создать неприятности первой партии или просто дорого продать свои депутатские мандаты и голоса.

Победа лидеров ДНР и ЛНР

Лидеры республиканцев сменили полевую форму на пиджаки. Делают они это не в первый раз. От минского перемирия они получили то, чего очень давно и долго добивались. Киев может сколько угодно сегодня устами пресс-секретарей своих ведомств заявлять, что ДНР и ЛНР не являются стороной переговоров, что они не будут никогда признаны и что Киев будет инициировать их признание террористическими организациями, но для всех мировых игроков, включая Запад, уже очевидно, что они, Народные республики, признаны стороной переговоров. С представителями республик вместе за столом сидит представитель России и представитель Евросоюза, они выступают по западным телеканалам. Западные телеканалы показывают, как под их руководством в городах Донбасса восстанавливается социальная инфраструктура.

Возникла ситуация, при которой из косовских боевиков в глазах Запада ополченцы становятся лидерами украинского Косово. Это уже те люди, которых не опасно и не рискованно, с точки зрения внутренней политики ЕС, пригласить, например, в Бундестаг. Не на трибуну, конечно, но, например, в комиссию и комитет Бундестага, или во французский парламент — пообщаться с депутатами в кулуарах.

Это уже совсем другое политическое качество. Оно легко может быть обращено в обратную сторону, трансформировано в демонизацию, но пока этого нет, и это очень важное приобретение мира у лидеров республиканцев. Теперь их не обвинишь в примитивном страхе за свою жизнь и в отстаивании личных интересов. Дело не в том, какова будет их личная судьба, дело в том, что решить проблемы своих республик, решить выживаемость ЛНР и ДНР они могут только тогда, когда с ними будут разговаривать. Военным образом можно решить одну проблему — физической принадлежности территорий, физического контроля над территорией. Экономический вопрос, финансовый, коммуникационный, энергетический, визово-паспортный невозможно решить, если они воспринимаются ребятами с автоматами в масках и в военной форме, а не серьезными политиками в костюмах.

Мир и победа Путина

Путин не допустил того, что очень хотели навязать ему и Киев, и Соединенные Штаты, и «Партия войны» в Европе.

Последние голосованиях о санкциях в отношении России показали, что Европа очень неоднородна в своем мнении по этому вопросу. «Партия войны» стремилась сделать аксиомой, что Россия является участником конфликта. А в таком случае разговаривать надо не с ДНРовцами или с ЛНРовцами, а с Путиным.

Минские договоренности привели к тому, что теперь, по крайней мере, на государственном уровне сделать Россию стороной конфликта уже невозможно. Европа на это не пойдет. Возможны разовые заявления Расмуссена, отдельных политиков, даже заявления Штанмайера, но это политики либо уходящие, как Расмуссен, либо второго плана. В ситуации кризиса такого масштаба даже министр иностранных дел — это политик второго ряда. Лидеры стран уже не могут сказать, что Россия — участник конфликта. И это главный успех, которого Россия добилась при конструировании минского мира.

Второй успех заключается в том, что 12 пунктов минского мира — это 7 пунктов Путина, плюс добавленные для приличия и для порядка пункты, чтобы подписанный протокол не выглядел как «Путинский мир», мир, предложенный Путиным. Среди этих добавленных пунктов были очень значимые, например, об амнистии, о законе Украины, о восточных территориях, об особом статусе, но, для всего мира, и это все признают, в центре лежит план Путина, его план мирного урегулирования ситуации. Это некоторая политическая аксиома. Путин не только не дал себя сделать стороной конфликта, но и проявил себя в качестве регулятора конфликта, а это более важная функция.

Американцам при всей их военной мощи, при всех их невероятно сильных дипломатических, политических, гуманитарных усилиях стать регулятором конфликта в Ираке за 20 лет не удалось. Их никто не воспринимает как регулятора конфликта. Аналогично НАТО не удалось стать регулятором конфликта в Афганистане, — дело не о мире с талибами, дело о конфликтах между таджиками и пуштунами, узбеками.

Путину удалось занять очень выгодную нишу: не Евросоюз и не Соединенные Штаты, изо всех сил в нем участвующие, являются регуляторами конфликта, а именно Россия. Это важное достижение Путина.

Минский протокол принес политическую победу всем участникам этого мира. Сейчас Петр Порошенко активно использует внешние атрибуты этой победы, посещая Мариуполь, общаясь с рабочими на заводах. ЛНРовцы и ДНРовцы также их используют, например, в виде военного парада в день освобождения Донбасса. Главная победа — перестала литься кровь мирных граждан. Хотя политиков это никогда не останавливало. Политиков останавливает только возможность получить от каких-то соглашений и договоренностей личные выгоды, и если эти личные выгоды есть у всех сторон, то есть надежда, что эти договоренности будут несколько крепче. Вот в этой ситуации выгоды есть у всех сторон.

Как долго продлится мир между Киевом и ЛНР и ДНР

Сегодня нет ни одного человека на свете, включая и лидеров государств, и тех, кто этот мир подписывал, кто имеет хоть малейшее представление, как долго этот мир продлится. Такие сложные и тяжелые ситуации не управляются звонками из кабинетов. Достаточно нескольких неудачных танковых маневров одной из сторон без выстрелов непосредственно на поле боя, решение о которых примет батальонный командир, — и мир рухнет. Именно поэтому невозможно говорить о его перспективах и прогнозах. Но тот факт, что он политически выгоден всем участникам конфликта, позволяет надеяться, что этот мир состоится.

Никакого политического урегулирования у конфликта на восточной Украине в ближайшей исторической перспективе нет и быть не может. Это иллюзия, это то же самое, что всеобъемлющее урегулирование между шиитами и суннитами или всеобъемлющее урегулирование на Ближнем Востоке. Такого не бывает. Единственное, что сделать можно и нужно, и это важнейшая достижимая политическая задача — заморозить конфликт, перевести его в ситуацию конфликта Северного Кипра, перевести его в ситуацию Нагорно-Карабахского конфликта, перевести его в ситуацию конфликта Приднестровья. Это реалистично, это невероятно сложно, но реально.

Те, кто подписал минский протокол, прекрасно понимают хрупкость установившегося перемирия. И каждая из сторон готовится к возможной ситуации, когда минский протокол не реализуют, когда он рассыпется.Такое происходит при любом конфликте. Военно-инженерные приготовления обеих сторон на поле боя, обновление воинских частей, подтягивание тылов, минирование, которое на самом деле идет и о котором мало кто говорит, — это вполне логичное и понятное поведение людей в ситуации хрупкого мира с обеих сторон. На самом деле, это и определяет зыбкость перемирия. Если бы этого не было, не было бы рисков, что этот мир рассыпется.

Обе стороны по-разному трактуют документ, который они подписали, что тоже является типичной ситуацией для сложных и спорных конфликтов, когда сознательно подписывается такой документ, который единственно возможно подписать людям, думающим о каком-то предмете диаметрально противоположно. В этом смысле сам факт подписания документа гораздо важнее деталей.

Жесткие заявления сторон конфликта

Вчера Порошенко заявил в эфире национального телеканала о том, что никакого признания ДНР и ЛНР никогда не будет, минские договоренности не предполагают изменения территориальных границ Украины ни в коем случае и ни в коей степени. Это достаточно жесткое заявление. Логично, что после подписания мирного договора именно для того, чтобы компенсировать внутриполитические риски, обе стороны пускаются в очень агрессивную по отношению друг к другу риторику. Это хороший способ смягчить возражения внутриполитических оппонентов против мира.

ЛНР и ДНР

Сейчас никто не знает, как будет реально выстроена, например, система налогообложения предприятий, которые находятся на территории ЛНР и ДНР, а это огромный промышленный потенциал. Пока не понятно, как будут решаться вопросы национального украинского казначейства. Это очень сложные вещи.

С одной стороны, Украина перестала платить Луганску социальные выплаты и зарплаты бюджетникам. А с другой стороны, ЛНР и ДНР пока не в состоянии взять эти выплаты на себя. Это вопрос не только политического выбора, это еще и вопрос возможности. Сегодня бюджет двух республик может выплачивать пенсию и выплаты бюджетникам, с точки зрения промышленного потенциала, ВВП, внутреннего регионального продукта (ВРП) этих двух регионов. С точки зрения отсутствующей налоговой и вообще фискальной системы, – нет, у них просто нет возможности эти деньги взять. Нормальная гражданская мирная жизнь в республиках — пока предмет разговоров».

  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".