Комментарий
65 18 Июня 2009 16:07

Принцы Персии

Дмитрий Бавырин публицист, кинокритикДмитрий Бавырин

Дмитрий Бавырин
публицист, кинокритикДмитрий Бавырин

Происходящее в Иране очень хочется назвать «цветной революцией» хотя бы потому, что цвет у происходящего точно есть: сторонники реформатора Мира-Хосейна Мусави — студенты, женщины, нацменьшинства, интеллигенция, бизнесмены — вяжут на себя зеленые, как купорос или знамя ислама, платки.

Цвет-то есть, но нет революции. Как бы ни проклинали друг друга Мусави и Ахмадинежад, как бы ни акцентировали свои различия — вне границ Исламской республики различия эти несущественны. Оба — подчеркнуто системные политики, готовые до хрипоты отстаивать всё то, на чем стоит Иран: исламский фундаментализм, законы шариата и Высшего руководителя (рахбара) — великого аятоллу Али Хосейни Хаменеи.

Рахбар же вне политики, точнее — над ней. Он — бесспорная данность, лично контролирующая армию и суды, телевидение и элитный корпус Стражей исламской революции. Все политические баталии в Исламской республике происходят под его креслом и под его приглядом. Однако именно Хаменеи, а отнюдь не Ахмадинежад сейчас находится под ударом. И в случайность этого верится с трудом.

Через кампанию оппозиции рефреном проходило «все против Ахмадинежада — диктатора и лжеца» (к слову, лжец для персов — одно из самых страшных обвинений). Основной силой был Мусави. Консервативного генерала Мохсена Резаи призвали оттянуть голоса у действующего президента. Наконец, бывший член Совета экспертов Мехди Карруби был в этом спектакле неким юродивым, который обречен на поражение, но которому позволено говорить больше, чем остальным. Ибо Карруби в некотором смысле политик внесистемный, эдакий Гарри Кимович. На прошлых выборах он обвинял в организации подтасовок самого рахбара, за что и поплатился домашним арестом.

Этих очень разных людей объединяет не только ненависть к Ахмадинежаду. Если посмотреть на кадровый состав их штабов и на источники финансирования, станет очевидно, что все они в большей или меньшей степени зависимы от одного из самых влиятельных политиков в Исламской республике — бывшего президента Али Акбара Хашеми Рафсанджани. А коли так, ставки в нынешней игре явно выше, чем кресло президента, который в Иране всего-навсего глава исполнительной власти с довольно скромными полномочиями. Нет, если 74-летнего Рафсанджани сейчас что-то и интересует, то кресло рахбара, не меньше.

Примечателен в прошедшей кампании и еще один момент — с западной точки зрения она была самой демократической за всю историю исламского Ирана. Впервые кандидаты дебатировали на телевидении в прямом эфире. Впервые улицы столь активно митинговали за и против. Впервые для идентификации по принципу «свой-чужой» стали использовать цвет, и молодые женщины в крупных городах поголовно стали носить зеленые хиджабы. Словом, оппозиция была как никогда заметна. Но Ахмадинежад набрал 62,6% голосов уже в первом туре.

Это, кстати, не много. Напротив, — очень мало. Такие разные политики, как Банисадр и Хатами набирали по 70%, а уже упомянутые выше и еще более разные Рафсанджани и Хаменеи (в своё время он тоже был президентом Ирана) — по 90%. Восток, как известно, любит роскошества. Кроме того, поддержанный рахбаром просто не может проиграть. Или даже выиграть, но с явным трудом. Этому есть как прямое объяснение (власть рахбара абсолютна), так и косвенное: чиновники на местах очень любят рахбара, кроме того, мнение рахбара действительно имеет большой вес в народе.

На прошлых выборах рахбар поддерживал Ахмадинежада очень неявно, и в первом туре тот набрал менее 20%. Зато во втором, когда ставки были сделаны прямо и недвусмысленно, увеличил свой результат в три раза (сыграла свою роль и война в Ираке, не будь её, реформаторы, возможно, президентствовали бы и дальше, как и долгих 16 лет до того).

На сей раз всеобъемлющая поддержка была оказана Ахмадинежаду в самом начале кампании. А когда результат в 62,6% был объявлен, Хаменеи официально поздравил своего фаворита, призвав общество сплотиться вокруг нового-старого президента. Однако иранцы предпочли выйти на улицы.

И вот тут начинаются вопросы. Вопрос не в том, что Ахмадинежад победил (по большому счету, популист, раздающий беднякам чеки и мешки с картошкой, умело играющий на державной гордости иранцев, да еще поддержанный рахбаром просто не мог проиграть), вопрос в том — где он победил. Там, где его сторонники проигрывали на муниципальных выборах и выборах в Совет экспертов. В национальных окраинах, традиционно голосующих за реформаторов. Наконец, в провинции Восточный Азербайджан, хотя его главный соперник Мусави является как раз азербайджанцем. Словом, хитрому и искусному в подобных делах режиму не престало рисовать проценты столь кустарным образом. Режим явно подставился.

Идем далее. Рахбар не ошибается — никогда! Рахбара слушаются — априори! Но в этот раз просьба Хаменеи «сплотиться вокруг» была проигнорирована (по факту или с финансовой помощью — неважно), а сам, он, поздравив (а фактически — назначив; всенародно избранного президента Высший руководитель еще должен утвердить) кандидата, в победе которого не уверены очень и очень многие, попал в дурацкое положение. Впервые в своей карьере.

И вот тут самое время вспомнить про Рафсанджани, «шахе Акбаре», богатейшем и авторитетнейшем политике Ирана, что сделал себе капитал на фисташковых плантациях и имя на филигранных с точки зрения прагматики решениях. Не секрет, что он и нынешний рахбар, мягко говоря, недолюбливают друг друга. И выбор рахбара в пользу Ахмадинежада, а не Мусави (который, к слову, был премьер-министром при президенте Хаменеи) обусловлен, скорее всего, тем, что «неистовый Махмуд» считает «шаха Акбара» свои личным врагом, на фоне чего разногласия Хаменеи с самим Ахмадинежадом уходят на второй план.

Из всего вышесказанного понятно, что «революция» обречена на провал. Но если её целью изначально было не сделать президентом Мусави, а подточить авторитет нынешнего рахбара в глазах Совета экспертов (который, кстати, до недавнего времени возглавлял Рафсанджани), оппозицию можно поздравить. Хаменеи стар и болен. Рафсанджани еще старше, но отлично себя чувствует. И после событий последних дней его шансы на «рахбарство» явно повысились.

Но это будет, опять же, не революция: разница между Рафсанджани и Хаменеи несущественна. Оба были идеологами Исламской революции, оба поддерживают исламский фундаментализм, оба огрызаются на США и Израиль, оба приветствуют пресловутую ядерную программу. А то, что при президенте Мусави или рахбаре Рафсанджани у женщин будет прав больше, у «полиции нравов» меньше, а в Иране начнут появляться частные телекомпании — никого, кроме иранцев, не волнует. По факту, это борьба системных силовиков и системных олигархов, где ключевое слово — система. Хаменеи столь же условен как «консерватор», как и Рафсанджани условен как «либерал» (там каждый либерал, кто бороду не носит). Напротив, в глазах какого-нибудь американского республиканца либералом является как раз Хаменеи, поддержавший исследование стволовых клеток и полжизни положивший на развитие бесплатного образования.

Словом, системных перемен ждать не стоило ни от одного из вышеперечисленных игроков. Другой вопрос, что строить весьма успешный бизнес, что связывает Россию и Иран, именно через Ахмадинежада не очень-то и приятно. Накладно с точки зрения имиджа. На мнение Совбеза ООН (то есть, и на мнение России тоже) Махмуду наплевать. Израиль, с которым у нас потихоньку начинается стратегический диалог, он призывает уничтожить. И, наконец, отрицает Холокост.

Комиссия по фальсификации истории тут пригодилась бы.

24 Апреля 2018 Новости  Иран угрожает Трампу Президент Ирана Хасан Рухани предупредил Дональда Трампа, что Вашингтон столкнется с «серьезными последствиями», если он выйдет из совместных с Тегераном ядерных соглашений. Ранее Трамп обещал восстановить экономические санкции против Ирана. 12 Мая 2018 Анонс
Ультиматум Трампа по Ирану
 Ультиматум Трампа по Ирану 12 мая — крайний срок для внесения изменений в соглашение по иранской ядерной программе. Такой ультиматум объявил президент США Дональд Трамп. По его словам, европейские страны должны внести соответствующие коррективы в Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД).
4 Апреля 2018 Анонс  Трехсторонний саммит по Сирии 4 апреля в Стамбуле пройдет трехсторонний саммит Турция — Россия — Иран. По данным СМИ, днем ранее, 3 апреля, пройдет заседание российско-турецкого Совета сотрудничества, в котором примет участие президент РФ Владимир Путин. 

© 2008-2018 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".