Статья
10 Сентября 2014 11:25

Возвращение атлантистов

<p><strong>Несмотря на то, что с момента февральских событий на Майдане прошло всего полгода, они уже успели обрасти шлейфом мифов и пропагандистских штампов, активно тиражирующихся мировыми СМИ. Смену власти в Киеве ее сторонники называли «революцией достоинства» и даже «последним гвоздем в гроб Советского Союза»; действительность же оказалась куда менее романтичной – под эффектными лозунгами на руководящие посты вернулись чиновники-оппортунисты из печально известной команды Виктора Ющенко. </strong></p>
<p>И в тот момент, когда экономика страны пришла в катастрофическое состояние, Крым объявил о своем отсоединении, а на Донбассе разгорелось военное противостояние, они громогласно заявили, что у Украины нет более важных задач, чем стремление к отмене внеблокого статуса и членству в НАТО. Политическая недальновидность, во второй половине нулевых годов приведшая лидера «оранжистов» к бесславному окончанию президентства, очевидно, не стала уроком для его соратников, цинично использующих кровопролитный конфликт для продавливания непопулярного и чреватого расколом страны курса.</p>
<p>Сама по себе дискуссия о необходимости присоединения к НАТО началась на Украине еще в 1990-е годы, однако, если при Леониде Кравчуке состояние военной отрасли не позволяло строить далеко идущие планы, то с приходом к власти <strong>Леонида Кучмы</strong> ситуация изменилась. Хотя  Кучма изначально и позиционировал себя как пророссийский лидер, курс на евро-атлантическую интеграцию постепенно превратился в один из краеугольных камней его внешней политики.</p>
<p>Примечательно, что с первых дней президентства Кучмы архитектором постепенной смены вектора украинской дипломатии становится <strong>Владимир Горбулин</strong>, нынешний советник Петра Порошенко. Известный осторожностью в публичных высказываниях, Горбулин, тем не менее, на теневом уровне сыграл важную роль в трансформации политического курса Киева. Так, он стоял у истоков подготовки и подписания в 2002 году «Плана действий Украина-НАТО», предусматривавшего полную интеграцию страны в евро-атлантические структуры безопасности.</p>
<p>Спустя два года в разработанной при участии этого деятеля военной доктрине Украины появился пункт (вскоре, впрочем, исключенный указом президента), согласно которому условием обеспечения военной безопасности государства называлось «проведение политики евро-атлантической интеграции», а конечной целью объявлялось вступление в альянс . На время предвыборной борьбы <strong>Виктора Януковича</strong> и <strong>Виктора Ющенко</strong>, пронатовская риторика пропадает из документов и выступлений украинского руководства, чтобы с приходом к власти вождей «оранжевой революции» вновь выйти на первый план.</p>
<p>Неудивительно, что в администрации Ющенко Горбулин получает должность советника президента и переназначается на пост директора Института проблем национальной безопасности – одного из государственных «мозговых центров», продвигавших в тот период идеологию вхождения Украины в альянс. Тезисы, рождавшиеся в стенах этого учреждения, вскоре начинают фигурировать и в речах руководителей украинского МИДа, среди которых тогда успели побывать и ставший затем работодателем Горбулина Петр Порошенко, и будущий премьер-министр <strong>Арсений Яценюк</strong>. Последний в 2007 году успел отметиться высказываниями, особенно показательными на фоне явного раскола среди украинских граждан по вопросу вступления НАТО.</p>
<p>Так, Яценюк заявлял, что принятие решения относительно членства Украины «не является компетенцией населения», т.к. «до сегодняшнего дня оно достоверно не знает, что такое альянс» . Порошенко в свою очередь, запомнился ремарками, согласно которым, присоединение страны к НАТО может занять один-два года «при наличии политической воли» . Впрочем, главным рупором атлантического лобби в окружении Ющенко стал другой руководитель МИДа - <strong>Борис Тарасюк</strong> - основатель влиятельного аналитического центра - Института Евро-Атлантического сотрудничества. Завоевав в свое время репутацию самого бескомпромиссного сторонника вхождения страны в западный военно-политический блок, Тарасюк утратил влияние после поражения Ющенко, чтобы вновь заявить о себе в ходе событий 2014 года. Именно ему Арсений Яценюк в феврале предложил пост вице-премьера по вопросам евроинтеграции, однако в условиях острого кризиса государственности бывший министр ответил отказом. Он предпочел сосредоточиться на работе в Раде и сегодня возглавляет подкомитет по вопросам сотрудничества с НАТО, превратившись в основного спикера по данной теме. Очевидно, что все эти лица нового (а по факту, хорошо забытого старого) украинского руководства – от Порошенко и Яценюка до Горбулина и Тарасюка полны решимости воспользоваться внезапно предоставленным им шансом и завершить процесс, логичным образом зашедший в тупик в ходе их предыдущего «хождения во власть».</p>
<p>Впрочем, сегодняшняя Украина кардинальным образом отличается от хоть и нестабильного, но целостного государства, доставшегося администрации Ющенко без малого десять лет назад, в чем, по сути, и кроется скепсис, который в отношении планов Киева питают в Брюсселе и в большинстве европейских столиц. Как известно, статья 5 Устава НАТО подразумевает принцип коллективного ответа всех участников блока на агрессию против одного из его членов. Таким образом, чисто юридически, регулярные заявления Киева об «оккупации Крыма Россией» в случае присоединения Украины к альянсу делают необходимым военное вмешательство в эту проблему остальных участников евро-атлантического сообщества, т.е. провоцируют начало той самой большой европейской войны, панические предсказания которой все сильнее будоражат западное общественное мнение.</p>
<p>Разумеется, подобный вариант и даже минимальный риск его претворения в жизнь сегодня исключается всеми участниками блока, согласно сложившимся традициям которого, государства с внутренними территориальными конфликтами и присутствием иностранных военных сил могут забыть о присоединении к нему. То есть, одна только позиция украинских властей в отношении итогов и последствий крымского референдума делает невозможной реализацию заявленного интеграционного курса.</p>
<p>В недавнем прошлом, по той же причине оказались похоронены и амбиции грузинских атлантистов, ставших заложниками собственного нежелания признавать государственность Абхазии и Южной Осетии. Как показывает опыт Тбилиси, максимум, на который в такой ситуации может рассчитывать соискатель членства в НАТО – статус партнера «с усиленными возможностями», на деле позволяющий отложить обсуждение вопроса о присоединении на неопределенный срок. При этом, последующая дискуссия может тянуться до бесконечности с учетом того обстоятельства, что все ключевые решения в альянсе принимаются путем консенсуса.</p>
<p>По большей части, риторический запал некоторых натовских представителей по вопросу приверженности «принципу открытых дверей» и даже возможности принятия Грузии, несмотря на сохраняющиеся территориальные споры, (что подало бы ясный сигнал Украине), были продиктованы эмоциями генсека <strong>Андерса Фог Расмуссена</strong>, видимо, стремившегося в последние недели нахождения на посту расквитаться с российский президентом В.В.Путиным за нанесенные весной личные обиды. Его преемник во главе организации, норвежец Йенс Столтенберг, известен как прагматичный политик, которому чужды провокационные заявления и попытки противопоставить себя позиции союзников. Он явно учтет тот факт, что даже страны «новой Европы», относительно недавно присоединившиеся к НАТО, скептически относятся к декларациям киевских лидеров.</p>
<p>В частности, премьер-министр Чехии<strong> Богуслав Соботка</strong>, говоря о попытках форсировать евро-атлантическую интеграцию Украины, отметил, что осуществление подобного процесса без договоренностей с Россией, означало бы распад украинского государства . Его словацкий коллега Роберт Фицо прямо заявил, что «и для всего мира, и для нашего региона было бы лучше всего, если бы Украина не вступила в НАТО» .</p>
<p>Скептические настроения царят и на родине нового генсека, в Норвегии, премьер-министр которой <strong>Эрна Сульберг</strong> указала на то, что возможность вступления Украины в блок может появиться лишь в отдаленном будущем, а в настоящем дискуссии об этом нет.</p>
<p>Говорить о потенциале достижения сколько-нибудь внятного консенсуса по вопросу украинского членства в этих условиях несерьезно. Судя по всему, к пониманию иллюзорности прежних надежд во время поездки на саммит НАТО в Уэльсе пришел и сам Петр Порошенко. В ходе своей пресс-конференции он расплывчато заметил, что вопрос о вступлении в альянс будет поднят только после проведения необходимых для этого реформ. При этом приступить к началу реформирования одной только военной отрасли и хотя бы оценить ее масштаб украинское руководство явно сможет только в отдаленном будущем. Скрасить общий негативный фон еще накануне саммита пытался Арсений Яценюк, заявлявший о том, что цель Киева теперь состоит в получении некого статуса «основного партнера НАТО номер один». Как и следовало ожидать, украинский премьер не стал уточнять, что подразумевается под этой инициативой, и как на нее смотрят члены альянса.</p>
<p>Не добавляют ясности и высказывания киевских чиновников о готовности отдельных стран блока поставлять в страну высокоточное оружие. В этом, пока еще не реализованном решении (от поддержки которого США, например, официально открестились), советник Порошенко Юрий Луценко видит «возможность не только строительства армии нового образца, но и реального присоединения к НАТО» , хотя, как банальное обновление украинского арсенала поможет стране продвинуться к соответствию натовским критериям, он также не объяснил. Создается ощущение обыкновенного желания украинских руководителей прикрыть отсутствие прогресса в своей внешней политике заявлениями пропагандистского характера, приобретающими все более радикальный характер по мере приближения парламентских выборов.</p>
<p>Осознав фактическую невыполнимость стоящих перед ним задач, Киев пытается спешно переориентироваться на получение другого статуса – основного союзника США вне НАТО, и остановиться на получении выгод от двустороннего сотрудничества с Вашингтоном. Определенный оптимизм Порошенко основан на существовании внесенного в Конгресс «Законопроекта о предотвращении российской агрессии», подготовленного сенатором Бобом Коркером, известным апологетом антироссийской риторики. Этот документ в случае своего принятия гарантирует предоставление Украине, Грузии и Молдове упомянутого статуса, однако шансы на принятие закона Конгрессом и подписание его Бараком Обамой объективно не очень велики. Объем санкций в адрес России, предлагаемый Коркером в том же тексте, слишком масштабен даже для действующей американской администрации, явно не желающей идти на крайние меры в условиях наметившейся стабилизации на Донбассе. Да и сама практика определения союзников США вне НАТО до сих пор не затрагивала европейские страны, тогда как Обама и вовсе принял подобное решение лишь в отношении Афганистана – накануне вывода оттуда американских войск.</p>
<p>Соответственно, реализация этого сценария, в которой сегодня так уверен Петр Порошенко, вызывает большие сомнения, и даже в случае своего осуществления вряд ли приведет к кардинальному изменению положения дел. Можно вспомнить, что, к примеру, обретение статуса американского союзника Пакистаном в 2004-м году не сказалось на его способности решать внутренние проблемы и не привело к резкому охлаждению отношений США с Индией; аналогичный шаг в отношении Украины способен, конечно, испортить атмосферу российско-американского диалога, но вряд ли нанесет серьезный ущерб Москве.</p>
<p>По большей части дискуссия о евро-атлантической интеграции и сопутствующих инициативах сегодня превращается на Украине в составляющую не внешней, а внутренней политики. Вчерашние «революционеры» накануне выборов в Раду соревнуются в обозначении своей приверженности евро-атлантическому курсу, надеясь завоевать таким образом симпатии уставших от войны избирателей. При этом рассчитывать на реальное воплощение заявленных амбициозных планов в обозримом будущем окружению Порошенко и Яценюка явно не приходится. Даже принятие Радой закона об отмене внеблокового статуса может натолкнуться на сопротивление оппозиционных депутатов, которое представители «Свободы», «Удара» и «Батькивщины» уже, видимо, готовятся списать на происки «пятой колонны». </p>
<p>Еще более неоднозначной остается идея «Батькивщины» о проведении соответствующего референдума, для запуска подготовки к которому пока что нет реальных законодательных оснований. Собственно, продолжающиеся споры о вхождении в НАТО, не имея полноценных перспектив, способны привести лишь к негативным последствиям – поставить на грань срыва переговоры по урегулированию на Донбассе, окончательно отвернуть от Киева жителей мятежных областей и вызвать новый виток кризиса.</p>
<p>Решившись следовать по этому пути, Порошенко рискует прийти к еще более плачевному финалу, чем другой адепт евро-атлантического курса – Виктор Ющенко. Если третий президент Украины, упорствуя в желании привести ее в альянс, растерял популярность и загубил собственную карьеру, то нынешний глава страны имеет все шансы таким образом добить надежды на сохранение подобия национального единства, которое он совсем недавно обещал своим избирателям.<br />
 </p>
<p><strong>Антон Гришанов специально для </strong><strong>«Актуальных комментариев</strong>»</p>
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".