ИИ шагает по миру: обзор главных трендов недели

экономистВасилий Колташов

Искусственный интеллект стремительно превращается из технологической сенсации в фактор глобальной экономической конкуренции. Пока одни компании делают ставку на самые мощные модели, другие все чаще выбирают решения, которые позволяют снизить издержки и быстрее окупить инвестиции. Одновременно усиливается соперничество США и Китая, меняется рынок ИИ-чипов, растет значение интеллектуальной собственности, а сама технология постепенно становится частью привычной цифровой инфраструктуры. О том, какие процессы сегодня действительно определяют развитие рынка искусственного интеллекта и на что российскому бизнесу стоит обращать внимание уже сейчас, — «Актуальным комментариям» рассказал директор Института нового общества, автор Telegram-канала «Политэкономия» Василий Колташов.

Почему крупнейшие компании все чаще выбирают не самые мощные модели ИИ, а самые дешевые и предсказуемые с точки зрения экономики?

— Искусственный интеллект в большинстве случаев это замена чернорабочего в офисе, это уменьшение лишнего штата для компаний. И компании хотят получить как можно более дешевое использование этого искусственного интеллекта. Это Китай, а не Соединенные Штаты. Соединенные Штаты везде, где бы они в последние десятилетия не работали, пытаются держать максимальную цену. Пример, американское оружие — самое дорогое в мире. Американские лекарства — самые дорогие в мире. Американский искусственный интеллект — самый дорогой в мире и с точки зрения издержек, и с точки зрения цены, которую по цене и произведенный почему-то без таких астрономических затрат продукт. Отсюда и склонность компании обращаться все более к китайскому искусственному интеллекту, и она будет, по всей видимости, нарастать. Страны, которые могут выбирать, самостоятельны в таких вопросах будут все больше ориентироваться на Китай. Не говоря уже про то, что страны Востока в целом будут в большей степени ориентироваться на китайские продукты. Ну и создаваться будут аналоги. Несомненно, такие аналоги будут у Индии, у России, у Бразилии. А что же касается бизнеса, то он будет экономить на сотрудниках, заменяя их в офисной сфере искусственным интеллектом. Больше столько клерков не понадобится. Много работы будет выполнять ИИ. Что не означает, что произойдет рост безработицы в странах с развивающейся, а не застойной экономикой. Но распространение искусственного интеллекта, по всей видимости, будет порождать рост безработицы на Западе, где высокая цена недвижимости, где запредельная цена рабочей силы, где неэффективность экономики во многом присутствует в целом. И в результате там-то как раз все негативные последствия и будут локализовываться. А в других странах будет казаться, что искусственный интеллект никаких проблем, по сути, не создает. Это даже создает новые рабочие места, потому что при умном соединении и с производственной торговой политикой он в состоянии создавать новые рабочие места в здоровых экономиках.

Китайские разработчики все быстрее сокращают отставание от американских лидеров. Можно ли уже говорить о формировании двух самостоятельных экосистем искусственного интеллекта?

— Соединение китайской промышленной политики с искусственным интеллектом показывает, что этот подход более эффективен, нежели ставка на искусственный интеллект как нечто обособленное экономическое, на что делают упор в Соединенных Штатах. Это приводит к тому, что искусственный интеллект у Китая получается и дешевле, и лучше, поскольку он базирован на сильную индустриальную экономику. Соединенные Штаты тоже защитная экономика, но очень нездоровая, с далеко зашедшими тяжелыми заболеваниями. Отсюда ситуации, когда Соединенным Штатам очень сложно с искусственным интеллектом работать и самое главное генерировать экономический рост на этой основе. Рынок долгое время верил в то, что Соединенные Штаты, развивая компании, работающие с ИИ и развивающие, обеспечат экономический подъем. Но, похоже, наступает момент кризиса и кризиса этой веры. И явного кризиса больших ожиданий, потому что Китай опережает Соединенные Штаты и, по всей видимости, будет дальше опережать их в сфере искусственного интеллекта, завоевывая больше внешней поддержки, нежели американцы.

Рынок производителей ИИ-чипов показывает первые признаки перегрева. Это естественная коррекция или начало охлаждения всего ИИ-бума?

— Это вполне нормально, что рынок производства ИИ-чипов показывает первые признаки перегрева. Дело в том, что состояние мировой экономики создает в этой сфере не просто ситуацию некой естественной коррекции, а скорее состояние кризиса переносится из экономики в целом на сферу ИИ. Это развитие искусственного интеллекта, оно понималось на Западе как что-то, что будет новым локомотивом мировой экономики. Но локомотивом это не является. Это может быть компонентом экономического процесса развития. Но это не может ликвидировать массу общеэкономических пороков, производства во многом, несмотря на то, что существует такой замечательный прорыв в сфере искусственного интеллекта. И это как раз и приводит к тому, что рынок производителей и чипов начинает ощущать на себе кризис, который в принципе существует повсеместно. 2026 год — это год не экономического бума, это год экономического кризиса, сложностей, переоценок сложившегося положения. это очень проблемный год, и в отношении искусственного интеллекта этот год ставит тоже серьезные вопросы о том, как искусственный интеллект и где он может развиваться дальше, как технология, и какой контекст в плане экономических процессов нужно создать для того, чтобы и получить экономический рост. 

Иск Apple к OpenAI показывает, что конкуренция переходит в юридическую плоскость. Насколько важными становятся интеллектуальная собственность и доступ к данным в новой технологической гонке?

— Иск компании Apple показывает, конечно, что конкуренция становится более острой, и в юридической плоскости начинается борьба по поводу интеллектуальной собственности. Но именно поэтому перешагивание через американскую интеллектуальную собственность становится очень важным в развитии всей сферы микроэлектроники, сферы программирования и, естественно, всего, что касается и технологий. Таким образом, как бы американские компании не соперничали друг с другом, как бы они не нервничали по поводу Китая, сейчас для России, для других стран, которые еще не так далеко зашли в сфере технологий, наступает момент, когда надо обеспечить себе максимальную свободу копирования. Свобода копирования — это то, что необходимо. Сам по себе искусственный интеллект функционирует на основе свободного копирования и свободной компиляции. То есть он берет созданное и предоставляет нам на основе этого нечто новое. Иногда внешне новое, иногда реально нечто новое и полезное. Но это происходит именно на том основании, что искусственный интеллект не особенно-то считается с интеллектуальной собственностью. Следовательно, и для развития сферы искусственного интеллекта, как экономической сферы, другим странам, не Соединенным Штатам, конечно, нужно перешагнуть через так называемую интеллектуальную собственность. 

Искусственный интеллект постепенно становится частью обычных сервисов — навигации, смартфонов, поиска. Когда он окончательно перестанет восприниматься как отдельная технология и станет такой же базовой инфраструктурой, как интернет?

— С точки зрения обычного человека, искусственный интеллект — это не нечто, находящееся в его смартфоне, не поисковик, не система навигации, хотя это всё является частью системы искусственного интеллекта, а это нечто сверх. Это некий компьютер, который в состоянии функционировать как мозг и как творец, осуществляя непростые компиляции, предлагая нам непростые решения или осуществляя за нас некие решения, создавая нам некий несложный продукт, а способные создавать большее. Например, взять старый художественный фильм, едва сохранившийся, черно-белый, потрепанный, и отреставрировать его с добавлением даже новых сцен. Искусственный интеллект — это тот, кто может писать сценарии, тот, кто может создавать картины, тот, кто может даже создать документальные какие-то продукты. И это тот, кто может написать книгу, пусть даже основанную на определенной компиляции и обработке собранного материала по истории каких-нибудь событий, по каким-то иным фактам. Ну и, наконец, большие ожидания связаны с тем, что искусственный интеллект будет предлагать нам технические решения. То есть он будет своего рода инженером, и уже не человеческих душ, а инженером человеческих технологий. И вот это как раз то, что ожидается от искусственного интеллекта. И то, что воспринимается как подлинно инновационное. То, к чему еще не привыкли.

Какие события вокруг искусственного интеллекта сегодня действительно стоит внимательно отслеживать российскому бизнесу, а какие пока остаются информационным шумом?

— Российский бизнес, как и люди, ориентированные на новые профессии, на обучение, они так или иначе сейчас вынуждены следить за развитием искусственного интеллекта. Но феномен этого развития состоит в том, что многие новости являются неожиданными или неожиданными столь скоро, поскольку развитие искусственного интеллекта идет достаточно быстро с различными промышленными технологиями, в том числе, конечно, технологиями печати, но и технологиями различного иного изготовления деталей. Вот это все может сейчас быть очень важным для фирм, потому что здесь искусственный интеллект может преподнести нам еще немало весьма ценных и полезных с точки зрения экономического развития сюрпризов. Но угадать все, что мы получим в этой сфере, невозможно.

Василий Колташов, директор Института нового общества.

#ВасилийКолташов