Комментарий
1349
10 сентября 2026 20:45
Нефтяной дефицит на руку России
экспертИгорь Юшков
На фоне обострения ситуации на Ближнем Востоке мировой нефтяной рынок сталкивается с риском сокращения предложения. Ограничение поставок из региона повышает спрос на альтернативные источники сырья, и российская нефть в этой ситуации оказывается особенно востребованной со стороны Китая и Индии. Что это означает для России — дополнительные доходы и усиление позиций на рынке или новую зависимость от крупнейших покупателей? И сможет ли Москва использовать выросший спрос как дополнительный рычаг в отношениях с Пекином? На эти вопросы «Актуальным комментариям» ответил эксперт Финансового университета при Правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.Рост спроса Китая на российскую нефть — это прежде всего преимущество для России или сигнал о новых проблемах на мировом нефтяном рынке?
— Для России ,конечно ,это выгодно - потому что, во первых, из эскалации между США и Ираном и обстрелом танкеров , которые проходит в Ормузском проливе и остановкой экспорта самой иранской нефти и ,соответственно, тем что йеменские хуситы, как союзники Ирана, пытаются остановить экспорт нефти из Саудовской Аравии в Красном море. В Красном море в порт Янбу грузят нефть. И йеменские хуситы пытаются минимизировать эти отгрузки. Все это приводит к еще большему дефициту предложения на нефтяном рынке и росту цены.
Для России это выгодно, потому что любая нефть дорожает. Это раз. И, соответственно, российские сорта тоже. Во-вторых, российская нефть становится более востребованной на мировом рынке, потому что Индии и Китаю, двум нашим основным покупателям нужно как то замещать ту нефть , которая не приходит из Ближнего Востока.
Плюс, если раньше часть нефти они покупали из уже хранящихся на танкерах объемов, например, иранской нефти, многие танкеры были загружены и где-то там в море находились, то постепенно эти объемы истощаются, те, что Иран успел вывезти за пределы Ормузского пролива. И соответственно, нужно их тоже чем-то заменить — российскими текущими отгрузками.
Поэтому мы видим повышение интереса к российским сортам. То есть эти все сорта становятся востребованы, потому что ближневосточные сорта тоже были разные. Там была как легкая нефть, так и относительно тяжелая, сернистая, такая, как российский «Юралс». В любом случае нынешняя ситуация для нас выгодна. мы больше зарабатываем, и компаний, и бюджет. Бюджет просто с лагом где-то в месяц получает свои доходы, потому что чем выше сейчас цена, тем, соответственно, выше она окажется в среднем за сентябрь. И по итогам сентября отследят среднюю. Она складывается в основном в сорта «Юралс», но там учитывается и стоимость ESPO . И вот это в среднюю заложит форму образования определения НДПИ на нефть на октябрь. В результате в октябре мы получим доходы, которые определены нынешним подорожанием. Бюджет чуть попозже получит эти деньги с компаний. Компании уже сейчас зарабатывают.
Насколько устойчив нынешний рост интереса к ESPO и может ли он привести к пересмотру условий торговли российской нефтью с Китаем?
— ESPO в основном всегда и продавалась в Китае. Другой вопрос, что подобных сортов меньше стало сейчас на мировом рынке. Поэтому Китай заинтересован в их приобретении еще больше стал. И, в общем-то, отсюда и повышение маржинальности продаж Эспо.
Правда, контракты никакие пересмотрены не будут. Но те объемы, которые отгружаются по краткосрочным договорам, они, конечно, подорожают. Но, в принципе, в долгосрочных отношениях, работает та же формула ценообразования, которая привязана к текущему рынку. Поэтому, когда нефть дорожает на спотовом рынке, повышается цена и по долгосрочному контракту. Все равно нет какой-то цены «один раз и навсегда».
Получает ли Москва сейчас дополнительный рычаг в отношениях с Пекином или, наоборот, становится сильнее зависима от одного крупного покупателя?
— Мы просто осознаем, и они, я думаю, в первую очередь осознают, что мы им тоже нужны. То есть нет ситуации, когда они пытаются выбить из нас скидку, указывая на то, что больше никто нашу нефть не берет. Теперь становится понятно, что и мы для них точно так же важны, как поставщик, как рынок сбыта. Они это сейчас прекрасно осознают. Вряд ли у кого-то появляется какой-то дополнительный рычаг друг на друга.
Может ли повышенный спрос на российскую нефть заметно изменить доходы российского бюджета и экспортную стратегию?
— Экспортная стратегия у нас никак не меняется, исходя из нынешнего положения. Она заключается в том, чтобы поставлять нефть в дружественные страны. А дальше мы просто руководствуемся экономическими соображениями.
Повышение цены приводит к тому, что наши нефтегазовые доходы возрастают — и это хорошо, потому что у нас еще и расходы очень большие. В итоге, дефицит бюджета за первое полугодие примерно 6,5 триллионов рублей, гораздо больше чем планировался на весь 2026 год. Чем больше нефтегазовых доходов, тем меньше у нас в итоге будет дефицит.
Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при Правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности.
#ИгорьЮшков

