Предвыборная корректировка
политологМаксим Минаев
Первая половина февраля 2012 года сопровождалась достаточно знаковыми инициативами, касающимися участия высшего руководства страны во внешнеполитической деятельности. Сначала стало известно об отмене запланированного на начало февраля визита в Россию первого вице-премьера Госсовета КНР Ли Кэцяна. Такое решение было принято в Кремле во второй половине января. Его официальной причиной стало то, что глава правительства России Владимир Путин не смог заранее подтвердить, найдет ли он время для приема будущего премьера КНР в условиях активной предвыборной кампании. А затем стало известно, что Путин не возглавит российскую делегацию на 48-й Мюнхенской конференции по вопросам безопасности. Вместо него в Германии в качестве главного лица от Москвы присутствовал министр иностранных дел Сергей Лавров.
Принятые решения по ряду политико-дипломатических мероприятий на высшем уровне говорят о том, что международная активность Кремля корректируется под предвыборные запросы Путина. Большую часть февраля действующий глава правительства намерен целиком посвятить своей избирательной кампании. Его деятельность ориентирована на прямой диалог с избирателями, а также контроль над подготовкой к голосованию, первый тур которого состоится 4 марта. Уже сейчас в графике основного кандидата на пост президента львиную долю времени занимают соответствующие мероприятия. Естественно, что в такой ситуации ему было бы не совсем удобно участвовать в статусных политико-дипломатических инициативах. Тем более, когда речь идет о встрече с будущим главой правительства Китая, на которой планировалось обсудить сугубо прикладные вопросы двусторонних отношений. Подобные переговоры проще отложить на более поздний срок. В свою очередь президенту РФ Дмитрию Медведеву встречаться Ли Кэцяном одному было уже не резон в силу надвигающегося завершения его президентской легислатуры.
«Коррекция под Путина» выявила определенные просчеты в российском внешнеполитическом планировании. О том, что будущий китайский премьер с начала 2012 года начнет посещать ведущие мировые державы, было известно ещё осенью 2011 года. Его серия турне пройдет синхронно с аналогичными визитами нынешнего зампредседателя КНР Си Цзиньпина, претендующего на пост председателя страны. Также было хорошо известно, что февраль 2012 года станет наиболее жарким месяцем в российской президентской кампании. В силу этого логичней было бы «развести» избирательную гонку и общение с Ли Кэцяном. Китайский политик вполне мог приехать в Москву и в апреле-мае, в зависимости от своего собственного расписания. Но в политико-дипломатическом аппарате данные факты почему-то проигнорировали. В результате пришлось практически в одночасье отказываться от переговоров, что может испортить настрой Ли Кэцяна к РФ. И подобный сценарий вполне возможен. Так, официально в Администрации президента (АП) России какое-то время откладывали с официальным заявлением об отмене визита. Однако сам Ли Кэцян уже поспешил заявить, что в первом квартале 2012 года в РФ не поедет.
В то же время пересмотр повестки дня дипломатии на высшем уровне намекает на то, что в случае избрания Путина на третий срок внешнеполитический курс подвергнется масштабной ревизии. В начале 2012 года у премьера была хорошая возможность для презентации своей внешнеполитической платформы в качестве кандидата на пост главы государства. Её предоставляло участие в Мюнхенской конференции по вопросам безопасности. Резонансный предвыборный жест можно было сделать на территории ФРГ – одного из преференциальных партнеров РФ в Западной Европе. Тем более, что для Путина Мюнхен имеет ещё и сугубо символическое значение. Именно здесь он выступил в 2007 году с речью, содержащей подчеркнуто жесткие заявления в адрес США. Но в реалиях 2012 года от «нового Мюнхена» было решено отказаться. Согласно «утечкам» в СМИ против поездки Путина в Германию высказался Юрий Ушаков. Он аргументировал свою позицию тем, что кандидату в президенты не к лицу повторять изъезженные постулаты администрации Медведева. А новая концепция внешней политики ещё не разработана. Получается, что 2012-2013 годы пройдут под знаком формулирования принципиально новой редакции доктрины Путина.
Линия активности РФ на международной арене с 2012 года обещает быть более тонкой и учитывающей политическую специфику наиболее видных контрагентов из числа стран «Большой двадцатки» и БРИКС. Весьма вероятно, что помимо предвыборной загруженности Путина переговоры с Ли Кэцяном были отменены ещё, как минимум, по двум причинам.
Во-первых, будущий глава правительства КНР должен был посетить Россию в преддверии визита Си Цзиньпина в США. Таким образом, могло сложиться впечатление, что Пекин ставит Москву на второе место, отдавая пальму первенства Вашингтону. Не исключено, что Кремль посчитал такую расстановку приоритетов в китайской внешней политике неприемлемой. И для того, чтобы избежать ненужных статусных сравнений решил выйти из игры.
Во-вторых, не исключено, что Кремль уже сейчас решил поиграть на противоречиях внутри будущего китайского руководства. Си Цзиньпин относится к политико-номенклатурной группе т.н. «принцев» - потомков руководителей КНР со времен Мао Цзэдуна. А Ли Кэцян – выходец из группы «комсомольцев». Этот пул ориентирован на действующего председателя КНР Ху Цзиньтао. Формально у Москвы налажены связи с обеими группами. Особенно учитывая, что Путин контактировал с Ху Цзиньтао на регулярной основе с начала 2000-х годов. Но, по всей видимости, руководство РФ держит в уме качественное наращивание потенциала «принцев», которые постараются ослабить аппаратное влияние «комсомольского клана» после прихода к власти. В такой ситуации Кремлю выгоднее ориентироваться на объединение потомков высшей номенклатуры КПК. Особенно потому, что высшее руководство РФ успело установить с Си Цзиньпином особо доверительные связи.
Максим МИНАЕВ
