Совет Ливии получил признание
Россия признала Переходный национальный совет Ливии в качестве действующей власти.
«Российская Федерация признает Переходный национальный совет Ливии в качестве действующей власти и отмечает провозглашенную им программу реформ, которая предусматривает разработку новой Конституции, проведение всеобщих выборов и формирование правительства», - говорится в сообщении, опубликованном на официальном сайте МИД РФ.
«Наша страна установила и поддерживает дипломатические отношения с Ливией с 4 сентября 1955 года и никогда не прерывала их вне зависимости от того, какое правительство находилось у власти в Триполи», - подчеркнули на Смоленской площади.
Россия рассчитывает, что заключенные с предыдущим руководством Ливии соглашения продолжат действовать и при новых властях этой страны, заявили в министерстве иностранных дел РФ.
«Исходим из того, что заключенные ранее Российской Федерацией и Ливией договоры и другие взаимные обязательства сторон продолжают действовать в отношениях между двумя государствами и будут добросовестно выполняться», - говорится в сообщении.
Отметим, что неделю назад представитель ливийского Национального совета отмечал, что оппозиция готова соблюдать условия всех контрактов, заключенных во время правления Муаммара Каддафи.
«Контракты будут выполняться», - заверил представитель Совета в Лондоне Гума аль-Гамати.
При этом, он подчеркнул, что многие страны «с самого начала решительно поддерживали ливийский народ» в борьбе против Каддафи. «Другие страны, в частности, Россия и Китай, реагировали очень медленно», - считает аль-Гамати.
Спецпредставитель президента России по Африке Михаил Маргелов, в свою очередь, выразил надежду на то, что новое правительство Ливии будет соблюдать все контракты, подписанные Москвой с предыдущим режимом.
Как сказал Маргелов в интервью «Интерфаксу» в четверг перед началом конференции в Париже, где проходит встреча контактной группы «друзей Ливии», сегодня переходный Национальный совет изучает заключенные режимом Муамара Каддафи контракты на предмет их прозрачности.
Позицию России по текущей ситуации в Ливии подробно озвучил министр иностранных дел России Сергей Лавров.
Россия поддерживает демократические устремления народов стран Ближнего Востока и Северной Африки. «Россия поддерживает эти устремления, направленные на поиск демократической модели, адекватной цивилизационным традициям и уровню развития общества с опорой на верховенство закона, в интересах обеспечения социально-экономического благополучия и политических прав и свобод граждан», - сказал он, выступая перед студентами МГИМО в Москве.
По словам министра, движущей силой нынешних революционных событий в арабских странах является стремление народов этих государств к лучшей жизни через обновление своих стран и переустройство политических систем. «При этом мы лучше чем многие понимаем, что революции (а именно этот термин часто используется для описания событий в арабском мире) редко проходят гладко и беспроблемно. Как правило, это болезненный процесс, зачастую связанный с откатом назад в социально-экономической ситуации, чреватый вспышками насилия», - подчеркнул Лавров.
Говоря о событиях в Ливии, глава МИД РФ отметил, что НАТО своими действиями в этой стране нарушает провозглашенный ею в своей новой стратегической концепции принцип уважения международного права. Министр призвал при решении международных вопросов избегать односторонних подходов, выходящих за рамки правового поля.
Кроме того, Лавров подчеркнул, что Москва никогда не занимала позицию, оправдывающую действия режима Муаммара Каддафи. «Россия никогда не оправдывала бывший ливийский режим. Еще в мае президент Медведев твердо заявил, что Каддафи должен уйти», - напомнил Лавров.
«Однако то, как осуществлялись ливийские резолюции членами НАТО и некоторыми другими государствами, означало грубое пренебрежение принципами верховенства права, игнорирование инициатив Афросоюза и ООН, умножало число жертв среди гражданского населения», - отметил министр. «Мы уверены, что нельзя совершить правосудие методом беззакония», - сказала глава МИД РФ.
Я уверен, что никаких демократических перемен в настоящий момент на Ближнем Востоке начать невозможно. Ливия - точка отсчета определенных процессов, свидетельствующая, что никаких серьезных демократических конституционных изменений ждать не стоит. Никакие Асад и Салех, никакой вменяемый диктатор с этого момента не пойдет ни на какие демократические перемены. Ведь получается, что любые уступки - это шаг в сторону собственной смерти. Такие мысли подтверждает и судьба Каддафи, и еще в большей степени судьба Мубарака. Никто после того, что произошло, не пойдет на какие демократические реформы. Просто будет война до победного конца любых диктатур.
Что касается дальнейшей ситуации в регионе, то я бы на месте российского руководства вообще ничего не делал. События в Ливии – это определенная точка невозврата. С этого момента говорить о позитивном политическом транзите в тех регионах, которые охвачены волнениями, невозможно.
Дальнейшая судьба российских контрактов в Ливии зависит от союзников нового правительства. В друзьях Ливии есть пророссийские силы. На мой взгляд, это Обама и, в некоторой степени, Саркози. Руководство Великобритании наименее расположено к России. В любом случае, все будет зависеть от торга между этими странами.
Сами повстанцы, ставшие легитимной властью, ничего не решают. Именно от США, Франции и Великобритании во многом зависит судьба наших контрактов в Ливии.
Я полагаю, что России все-таки что-то дадут, но не в том объеме, в каком она бы хотела. То есть, России дадут понять, что в следующий раз лучше действовать более организованно с мировым сообществом.
В любом случае, какая-то определенная компенсация России будет дана. Я думаю, что здесь сыграют свою роль отношения нашего президента с Бараком Обамой. А вот, например, Великобритания по части геополитики, наоборот, будет заинтересована в большей изоляции нашей страны.
Что касается ситуации в регионе, то сейчас «демократия» побеждает там, где есть камера телевидения CNN. А в других странах диктаторы втихую расправляются с собственным восставшим народом.
Сейчас все внимание будет сосредоточено на Сирии. Реально за арабской весной будет следовать сирийская осень. Не факт, что удастся быстро свергнуть Асада. Удастся или нет продавить военное вторжение в Сирию – это зависит лишь от того, насколько в Сирии может возникнуть хоть какое-то подобие Бенгази. Поскольку ничего подобного пока Асад не допускает, то в стране просто будет продолжаться бурление.
Мы также видим ,что Запад и Европа очень серьезно настроены по поводу Ирана. Об этом свидетельствует и заявление Саркози.
Так что, тучи сгущаются. С одной стороны, есть консенсус западных стран. Америка пошла навстречу Европе в вопросе Ливии. А теперь Америка ожидает, что европейские страны проявят аналогичное понимание в вопросе Сирии и даже Ирана.
Если в это противоборство удастся вовлечь еще и Израиль, то любые военные действия будут похожи на очень полномасштабную региональную войну. На мой взгляд, мир стоит в шаге от катастрофы.
Понятно, что Америка будет давить на Иран, для чего ей необходимо усилить свои позиции в Сирии. В Дамаске же считают, что нужно подавить эту ситуацию. Израиль убежден, что его безопасность зависит от ядерной программы Ирана. В свою очередь, в Тегеране считают, что если сдадут ядерную программу, то глава страны может повторить судьбу Каддафи. То есть, существует такой клубок противоречий. К сожалению, в ближайшие три года мы не увидим перспектив иного позитивного разрешения событий, кроме военных действий.
Выполнение контрактов ливийской стороной зависит от договоренностей Маргелова в ходе его неоднократных поездок в Бенгази и Триполи. Всю ответственность за выполнение комплекса соглашений между Москвой и Триполи несет именно Михаил Маргелов как главный контрагент России и человек, поддерживавший оперативные контакты с оппозиционным Национальным советом. Он, по крайней мере, знает, насколько эти контракты будут или не будут выполняться.
Думаю, что большая часть контрактов будет отредактирована под запросы ливийской оппозиции и их союзников, потому что будет достаточно странным предполагать, что противники Каддафи захотят сохранить те обязательства, которые были у предыдущего режима. Было бы, мягко говоря, нелогично признавать, что Каддафи - враг, но продолжать его игру. Я думаю, что ни один политический игрок, у которого есть жесткая конфронтация с предыдущей властью, не будет продолжать дело своего оппонента.
О корректировке российских контрактов свидетельствует заявление со стороны Национального совета, что они будут отдавать предпочтение тем странам, которые их поддерживали. Было заявление и том, что доля России и Китая на ливийском энергетическом рынке не вполне соответствует видению оппозиционерами того партнерства, которое у них существует с зарубежными странами. Отсюда, думаю, нужно делать вывод, что контракты если и сохранятся, то не в полном объеме.
Полагаю, что точно так же будут корректироваться и контракты в области логистики, в создании сети коммуникаций на территории Ливии (в частности, железнодорожных). Аналогичная ситуация произойдет и в сфере строительства.
Естественно, военно-техническое сотрудничество будет изменяться в сторону сокращения доли России на ливийском оборонном рынке. И в этом нет ничего странного, потому что основными партнерами ливийской оппозиции в ходе кризиса были Франция и Великобритания, а также отчасти Соединенные Штаты. Естественно, новое ливийское правительство будет ориентироваться на своих союзников, а никак не на Россию или Китай.
Поэтому именно в области военного сотрудничества Россия понесет наибольший урон. К тому же Франция (как один из партнеров ливийской оппозиции) способна предложить не менее привлекательные контракты в области военно-технического диалога. А ведь у Парижа сейчас будут еще и преференции.
Что касается ситуации в регионе в будущем, то в любом случае всегда первична политика. Например, в Ливии не было проблем экономического или социально-экономического плана. Это - одно из наиболее развитых государств в Африке. Понятно, что Ливии возник сугубо политический конфликт, связанный с нежеланием Каддафи трансформировать систему власти в более удобную, отвечающую запросам всего спектра политических элит страны.
Этот конфликт не имел под собой (в отличие от ситуации в Египте) какой-то социально-экономической базы. Я думаю, что схожую ситуацию мы наблюдаем и в Сирии, конфликт в которой носит политико-религиозный характер.
Думаю, что политика будет доминировать и в Ливане, если там произойдет эскалация напряженности.
Однако, например, экономика встает на первом месте в Йемене, потому что в этой стране существуют серьезные социально-экономические проблемы. Хотя политический фактор там тоже присутствует, как и в Катаре.
Можно говорить о том, что наблюдается некая смесь проблем на Ближнем Востоке: где-то доминирует экономика, а где-то - политика. Однако, в основе всех арабских революций лежит именно политика как первоочередной фактор. Может, он не везде проявился столь явно, однако именно недовольство консервацией политических режимов выводило людей на улицы.
Позиции России в регионе будут зависеть от усилий и активности российского дипломатического корпуса. На сцену выходят новые политические силы. Это уже произошло и в Египте, и в Ливии. И многое будет зависеть от налаживания связей с новыми людьми.
В любом случае, у России в Северной Африке и на Ближнем Востоке есть четкое реноме. Россия фактически везде увязывается с действующими правящими режимами. Мы взаимодействовали с действующей властью, и это реноме, скорее всего, будет играть против нас, потому что альтернативных попыток установить контакты с новыми игроками у нас, в принципе, до 2011 года не было.
![Система. Стимул и реакция](/upload/resize_cache/iblock/0f0/238_170_1/5aqvkrjeigsgtwdeo92p44tqouro9q3t.png)