Статья
22 Января 2016 17:08

Рынок деградирует

На рынке нефти начались структурные изменения. Это не только значительное падение стоимости «черного золота» и уход большого количества трудноизвлекаемой нефти, но и рост котировок американской нефти WTI по отношению к европейской Brent. И хотя значение самого этого сырья, добываемого в Техасе и в Северном море, для мирового топливно-энергетического комплекса совершенно ничтожно, но от их стоимости зависит цена всех остальных нефтяных брендов, которые продаются на рынке.

Накануне баррель WTI впервые за долгое время торговался чуть дороже, чем баррель Brent. Эксперты подорожание легкой американской нефти только приветствуют, так как, по их мнению, она выше по качеству и объективно должна стоить дороже европейской. Кроме того, такое изменение стоимости сортов свидетельствует о небольшой стабилизации торговли «черным золотом». Однако, по их мнению, до возобновления нормальной работы углеводородного рынка еще далеко.

Гримасы рынка

Отраслевые аналитики подчеркивают, что изначально WTI стоила дороже Brent. Причиной падения стоимости американского сорта, как ни странно, стала сланцевая революция, которая сильно увеличила добычу нефти в США. Насыщение внутреннего рынка Соединенных Штатов и привело к падению WTI. В начале 2011 года Brent стоила дороже WTI на $8–10 за баррель, а иногда и на $25.

West Texas Intermediate (WTI) — сорт легкой низкосернистой (содержание серы — 0,4–0,5%) нефти, добываемой в Техасе. WTI начала торговаться на Нью-Йоркской бирже (NYMEX) с 1983 года и какое-то время была основным мировым эталонным сортом.
Brent стала эталонным сортом в 80-х годах прошлого века (название от одноименного месторождения в Северном море – Broom, Rannoch, Etive, Ness и Tarbert). С 2002 Brent принято называть смесь нефти с нескольких месторождений Северного моря, ее официальное название – BFOE (от названий месторождений Brent, Forties, Oseberg и Ekofisk). По своим показателям Brent близка к WTI, но считается более тяжелой. На данный момент цены около 70% мировых сортов нефти прямо или косвенно зависят от цены Brent, в том числе российская экспортная марка нефти Urals.

Однако сейчас из-за падения стоимости нефти сланцевой добыче приходит конец и справедливость по отношению к техасскому сорту WTI должна восторжествовать.

Всё, что ни делается…

Директор аналитического департамента ИК «Окей брокер» Владимир Рожанковский отметил, что на протяжении 25-30 лет WTI стоил дороже, чем Brent: «Сейчас ситуация нормализуется. Рынок начинает отражать какой-то фундаментальный смысл. На нем еще очень много спекуляций и неверных оценок. На фондовом рынке США, действительно, сформировался пузырь. Всё, что ведет к нормализации и к тому, чтобы платина стоила дороже, чем золото, можно только приветствовать», – заявил эксперт «Актуальным комментариям».

Brent – живее всех живых

Эксперт также призвал не верить тому, что Brent скоро умрет из-за сокращения добычи в Северном море: «Brent формируется не только из запасов, которые добываются на Северном море – к этому сорту относится и вся нефть Персидского залива. И хотя формально ближневосточное «черное золото» имеет свои внутренние названия сортов, нефть из этого региона подстраивается под стандарт Brent – по чистоте, по включениям и т.д. Поэтому сказать, что в Персидском заливе закончится Brent, у меня бы не хватило смелости», – заметил Владимир Рожанковский. Он напомнил, что WTI гораздо меньше, чем Brent, тем не менее о ее кончине никто не заявляет.

Рынок деградирует

По его мнению, наиболее фундаментальным изменением на рынке является контрактирование нефти: «Многие страны, чтобы укоротить путь от добычи нефти до потребителя, идут в обход продаж на биржах и напрямую заключают контракты с покупателями, стараясь сделать их наиболее долгосрочными. У них не всегда это получается, но тенденции именно на то, чтобы нефть продавалась контрактным способом. Я думаю, что это некая деградация рынка. ОПЕК, например, создавалась именно для того, чтобы контролировать биржевую цену на нефть, так как контролировать контрактную цену, к которой имеют отношение только две стороны, невозможно. То есть, действительно, идет деградация рынка, формы продажи нефти», – уверен эксперт.

Все дело в формуле

Член Комитета по энергетической стратегии и развитию ТЭК Торгово-промышленной палаты Российской Федерации Рустам Танкаев напротив, считает, что биржа определяла, определяет и будет определять цены на нефть. «Что касается живой настоящей нефти с поставкой в день заключения контракта, то через биржи ее продавалось всегда немного, около 3% от объема всей международной торговли. И я не думаю, что эти объемы заметно падают. Остальные 97% шли по долгосрочным контрактам, в которых не стоит конкретная цена сырья, а только его формула. Написание формулы цены – большое искусство, и люди, которые умеют ее составлять, очень ценятся в компаниях. Эта формула цена привязывает цену поставляемой нефти к котировкам нефти на бирже. То есть 3% нефти, которые продаются на бирже, определяют цену всего остального сырья. Этот механизм для определения условий рыночной торговли необходим, так как в цену входят и условия поставки, и качество нефти», – сообщил эксперт «Актуальным комментариям».

Он пояснил, что, например, Саудовская Аравия, Иран и Ирак вместо настоящей формулы цены в свои контракты поставили постоянную скидку, то есть как бы ни менялась цена маркерного сорта, они все равно всегда продают дешевле. Вот это и есть демпинг на рынке, из-за чего сейчас такие низкие цены.

Фьючерсная зависимость

Рустам Танкаев уверен, что рынку мешает развиваться именно фьючерсная торговля, которая к продажам реальной нефти не имеет никакого отношения: «Фьючерсные контракты вообще не предполагают поставки реальной физической нефти, это такой механизм спекуляций и страшный вред для нефтяного рынка. Они были введены в семидесятые годы для того, чтобы хеджировать, то есть страховать, сделки по поставкам реального «черного золота». И тогда компании думали, что эти инструменты в случае резких скачков цен позволят как-то сглаживать потери или уменьшать сверхприбыли. Но очень быстро оказалось, что эти фьючерсные контракты никакого отношения к хеджированию не имеют, что они просто раскачивают рынок и приводят к тому, что цены начинают очень сильно скакать вверх и вниз, потому что именно на скачках цен брокеры и зарабатывают деньги», – указал эксперт.

Он также рассказал, что в 90-е годы была попытка уничтожить этот способ спекуляции: «Во второй половине 90-х годов крупные компании, такие, как Exxon, BP собрались вместе и попытались ликвидировать всю фьючерсную торговлю. Я тогда сам работал в British Petroleum и участвовал в этом процессе. Их попытка ничем не кончилось, оказалось, что эти самые фьючерсные брокеры имеют больше лоббистских возможностей, чем реальные нефтяники. Нефтяные компании сравнивают фьючерсные контракты с героиновой наркоманией, и говорят, что бороться с наркоманами бесполезно, искоренение возможно только в случае физического уничтожения. Но физически брокеров, как известно, уничтожить нельзя, закон на их стороне».

Российской бирже сложно

Эксперты придерживаются единой точки зрения относительно того, что развивать биржевую торговлю нефти в России сложно по объективным и субъективным причинам.

Владимир Рожанковский напомнил, что Россия уже создавала сорт Repco, которым безуспешно пыталась торговать в США: «Любой новый сорт обоснован только тогда, когда есть целевой потребитель. Если целевой потребитель рассчитывает на какие-то конкретные свойства нефти, которыми обладают наши восточносибирские месторождения, то тогда есть смысл под этого потребителя (если он достаточно крупный, например, Китай) формировать свой новый сорт. У нас своих два: Urals и Repco, но последний не запустился. Третий сорт, на мой взгляд, может внести путаницу в нормализацию, стандартизацию нефти, добываемой в России, и никому, наверное, это не пользу не пойдет», – заявил эксперт.

По мнению Рустама Танкаева, большинству российских компаний невыгодно продавать нефть на бирже в России: «Как правило, у нефтяных компаний есть свое подразделение, зарегистрированное на Западе, со стопроцентным западным капиталом, которое является покупателем ее нефти. После того, как это подразделение приобретает все 100% нефти у своего хозяина, она потом уже продает эту нефть на рынке. В основном – по долгосрочным контрактам. Вот эта дельта между ценой, которую заплатили головной российской компании и ценой, которую заплатили потребители – это способ вывода капитала из России, причем очень удобный. Поэтому биржевая торговля нефтью в России и не развивается», – отметил эксперт.


Автор:
____________

Читайте также:
  • вконтакте
  • facebook
  • твиттер

© 2008-2016 НО - Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".